ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Откуда ты, я не понял?

– От Андроидов из технического. У них в голове гигабайты, трещат на непонятном языке, а пальцы – это щупальца для новомодных экранчиков. Вот если им Интернет на денек отрубить – всё, капут работе! А у меня надежно – растворчики, порошочек, весы с гирьками и микроскоп шестьдесят четвертого года выпуска. Тогда, ты знаешь, основательно делали. А сейчас, зачем стараться – каждый год новая модель.

– Петрович, ты по какому делу?

– По Парализатору. Помнишь, телефончик поручил определить?

– Удалось? – заинтересовался Самаров, усаживаясь за стол с кружкой горячего кофе.

На следующий день после исчезновения Павла Соломатина и Марины Андреевой из полицейского автомобиля в Солнцево, следователь вернулся к Виталию Андрееву и взял подробные показания. Виталий Андреев признался, что подарил дочке телефон. Номера он не знает, телефон, якобы, купил накануне с рук. Сведения скудные, но Самаров сразу понял, что это след! Мобильник остался у сбежавшей девушки, если вычислить его номер, то можно попытаться определить местоположение беглецов.

– Вот номерок. – Петрович гордо выложил на стол бумажку.

– Ты уверен?

– В таких вещах Андроиды не ошибаются.

– Но как они нашли?

– По методу «решета». Собрали всё возможное и отсеяли всё лишнее. Согласно протоколу допроса в момент передачи телефона Андреев случайно позвонил. Известно приблизительное время и продолжительность звонка. Это отправная точка.

– Но там густонаселенный район.

– За сутки до этого, если верить Андрееву, этим телефоном никто не пользовался. Это второе условие для метода «решета». Девчонка сбежала и значит, из этой точки больше не звонила. Это третье условие. Андроиды, кажется, учли восьмой этаж, с которого был произведен звонок, еще чего-то, я не вникал. Короче, вот тебе номер, но официальное заключение они оформлять не будут.

– Это почему?

– Да у них же методы полулегальные. Столько информации без судебного решения перелопатили.

Следователь взял бумагу с номером, выпрямил спину.

– А я получу решение суда на отслеживание этого телефона.

– Кто бы сомневался. Ты же Самаров, а они Андроиды. Как говорится, почувствуйте разницу.

Следователь взял трубку и через минуту активно доказывал важность дела судье.

Петрович приуныл.

– Значит, ни благодарности, ни банковского перевода? – Самаров его не слышал. Эксперт дружелюбно пригрозил: – Следующий раз я над душой у Андроидов стоять не буду.

Самаров отрывисто кивнул, пропустив фразу мимо ушей. Он был целиком занят жарким спором с судьей, судя по имени, женщиной.

– Новенькая что ли? – посочувствовал Петрович судье, покидая кабинет. – Еще не знает, что нашему человеку-сюртуку проще отдаться, чем объяснить, почему не хочешь.

51

Череда произошедших событий: возвращение в Москву, родная квартира, дом, улица, знакомый торговый центр, столкновение с дядей – раскололи ледяной панцирь моего прошлого. Заиндевевшее окно оттаяло. Я вспомнил многое. Вся жизнь до дня трагедии вернулась ко мне. Я возродился полноценным человеком, за плечами которого есть огромный мир реальной жизни.

Вот папа, который только что принес нам щенка. Пока мы увлечены неуклюжим четвероногим другом, папа прячет яркие коробки в большую сумку. Я догадываюсь, что это наши с сестрой подарки, которые мы найдем в Новогоднюю ночь под елкой. Маленькая Лена будет уверена, что их принес Дед Мороз, а я то знаю, что самый лучший волшебник на свете наш папа. Он говорит, что Новый год мы встретим в новом месте. Где? Это сюрприз. Больше из папы ничего не вытянешь. Но есть добрая мама. Она загадочно улыбается и намекает, что сюрприз большой, красивый, теплый, деревянный и стоит на опушке леса.

Теперь я уверен, что они хотели показать нам новый загородный дом. Тот самый дом в Дмитровском районе, которым сейчас по бумагам владеет мой дядя.

Лет до девяти я каждый год бывал у дяди Артура в Дмитрове. И он к нам приезжал с женой Верунчиком и сыном Вовчиком. Двоюродный брат Вовчик был старше меня на шесть-семь лет. Он был полным, задавался, вечно слушал плейер через наушники, вставлял английские словечки и втихаря называл меня сопляком.

«Hello, сопляк! Хочешь music послушать? – Вовчик снимает наушники, подносит к моей голове и плюется: – Тьфу, да у тебя из ушей сопли свисают».

Тот еще родственник!

Как-то раз я не выдержал и пожаловался маме. Обидно быть «сопляком». Вовчика отчитали, он на время притих. Однако, прощаясь, он наклонился ко мне и шепнул: «Goodbye, сопливый сопляк». И тут же замурлыкал какую-то песенку из своих наушников, будто ничего не произошло. Более мерзкую рожу я не видел.

Потом, когда мы переехали из панельного дома на окраине Москвы в элитную квартиру в «Серебряных ключах», семья дяди практически исчезла из моей жизни.

От мамы я слышал, что дядя завидовал отцу. Простой телефонист из Дмитрова понял, насколько отец богат и стал просить деньги. Отец давал до поры до времени, но потом что-то случилось. Кажется, Вовчика отчислили из платного института и забрали в армию. А мой папа не захотел давать деньги на его восстановление или «отмазку». В общем, братья разругались, но меня, мальчишку, мало интересовали отношения взрослых. Тем более отдыхать за границей было гораздо приятнее, чем мотаться в Дмитров к толстому Вовчику, который специально наступает тебе на ногу, а потом извиняется: «Sorry, сопляк. Ты такой маленький, я не заметил». А дядя видит и улыбается: «Младшим всегда достается. Спроси своего папку».

Я вспоминаю, что мой папа младше дяди Артура. Может, и ему доставалось в детстве от более сильного? Но мой папа добился в жизни большего, чем дядя. А что если дядя Артур решил отомстить ему за это? Кто был за рулем злополучного «камаза»? Мне кажется, что я видел этого человека.

Каждый раз страшные воспоминания роковых минут расширяют мутную картину. Я силюсь увидеть то, что забыл, но мрак не расступается. Или провал в памяти это защитная реакция организма, заботливо охраняющая мою психику?

К черту тупое спокойствие! Я должен вспомнить!

…После столкновения автомобилей, БМВ отлетает на обочину. Дверца рядом со мной распахивается. Кубик Рубика выпадает из моих рук и оказывается на снегу. Я помню, что в последние секунды, перед тем, как надолго потерять сознание, перед моим взором пестрый кубик на белом снегу. А рядом еще что-то.

Да! Как же я мог забыть!

Это щенок, которого выбросило из машины. Его задние лапы не двигаются, у щенка перебит позвоночник. А передними он беспомощно колошматит по снегу и скулит. Жалобный писк маленького живого существа возрождается в моей памяти. Я смотрю на щенка, силюсь помочь, но не могу пошевелиться.

А тут же рядом со щенком появляются чьи-то ноги.

Да, точно! Так и было! Я вспомнил это!

В тот момент я был уверен, что к нам пришла помощь. И силы оставляют меня в надежде на скорейшее спасение…

– Это шлюхи.

– Что? – я возвращаюсь от страшных воспоминаний в грустную действительность.

Марго смотрит в потолок. Как обычно мы заперты в полуподвале. Недавно мы заметили сквозь окошко, как Кабан встретил у ворот двух размалеванных девиц и провел в дом. Сейчас сверху доносятся бурные женские стоны.

– Только проститутки так вопят, когда их трахают, – поясняет Марго.

– А ты откуда знаешь?

– Они деньги отрабатывают. Настоящие чувства не такие.

– А какие?

Марго переводит взгляд с потолка на мою унылую персону. В глазах ее что-то придирчивое, как у гаишника, остановившего машину.

– Ты тоже будешь по проституткам шляться? – девушка пихает меня в грудь.

– Марго, что ты несешь?

– Все мужики такие! Не ценят то, что у них есть. Ищут приключения. – Она еще раз толкает меня, и я вынужден отступать.

– Сначала надо выбраться отсюда, а потом строить планы на жизнь.

– Мне кажется, ты уже втянулся в новую жизнь. Разве, нет?

– Что за бред!

37
{"b":"228935","o":1}