ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Он знал, что это сделал ты?

– Нет. Считал, что ему счастье с неба свалилось. Он был уверен, что и тебя нет. А когда к тебе память стала возвращаться, я ему о тебе и рассказал. Как же он испугался! Наследник первой очереди объявился! Но я ему подсказал выход. Нанять того, кто уберет парня. И Тиски порекомендовал. Я же у Тиски водилой работал, шлюх по клиентам развозил, знал, на что способны его подручные. Но еще кое-что придумал. Я надоумил бывшего папашу, чтобы он лично проконтролировал, как тебя шлепнут. Чтобы ты снова случайно не воскрес.

– Зачем?

– Так я же компромат на него собирал. Наши разговоры записывал. Хотел потом шантажировать и денежки с него тянуть.

– Тогда зачем ты его убил?

– Наметился расклад получше. Прикинь, твой дядя – убийца твоей семьи. Ты до этого допер и отомстил ему. Зарезал, а потом покончил с собой. Нервишки не выдержали. Кому сейчас принадлежит торговый центр? Тебе. А кто твой ближайший родственник? Я! Дядя сдох, ты повесишься, и всё, чем владела твоя семья, наконец, достанется мне! Это заслуженное вознаграждение, ведь всё сделал я! И тогда, и сегодня!

– В тот день, у торгового центра… Мы с Марго случайно сели к тебе в машину?

– Хрен там! Я хотел тебя контролировать. Это был тонкий расчет. Голубев написал мне, что ты захватил последнее еще не отосланное письмо. Там был адрес нотариуса. Я был уверен, что ты придешь к нему. Ведь ты хотел выяснить свое прошлое. Разве не так?

– Я все выяснил. Вовчик, ты худший из возможных подонков.

Вовчик бледнеет и делает шаг назад. Табуретка вываливается из-под моих ног. Петля стягивает шею, но я успеваю охватиться руками за балку на потолке.

– Ну-ну, повиси пару минут. Будет больше похоже на суицид. В последний момент ты захотел жить, уцепился, но ничего не смог исправить. А мне пора. Надо избавиться от этой одежды. Пятна его крови, волокна твоих шмоток. Я должен быть чист перед законом. Обещаю уронить слезу на твоих похоронах. Goodbye, сопливый сопляк!

75

Автобус с двенадцатью инвалидами-колясочниками из Верхневольска мчится по Дмитровскому шоссе. Слева тянутся заросшие лесом холмы, справа иногда виден канал. Валентина Николаевна листает атлас автодорог, который ей дал водитель.

– Адрес, девочка. Вспомни хотя бы название деревни, – умоляет воспитательница Марину. – В этом районе несколько горнолыжных центров.

– Я не знаю.

Марго косится на Дэна. Она успела ему шепнуть, что видела мерзкие записи в его компе. И если он не исчезнет, то крупно пожалеет.

– Следователь! – Осеняет Валентину Николаевну. – Мне звонил следователь из Москвы и оставил свой телефон!

Она находит в мобильнике сохраненный номер и нажимает вызов.

– Николай Сергеевич? Это воспитательница из Верхневольска. Мы с вами говорили о Павле Соломатине. Я сейчас с ребятами в Москве, точнее за городом. Нам надо срочно найти Павла. Он направился к дяде в загородный дом. Скажите адрес! Вы наверняка знаете!

– Павел поехал к Артуру Соломину? – обеспокоился следователь. – С какой целью?

– Отомстить. Но это же ваша работа! Надо остановить мальчика, пока не случилась беда.

– Черт! Я выезжаю.

– Вы в Москве?

– Ну, конечно.

– А наш автобус уже где-то рядом с этими горнолыжными центрами. Назовите адрес!

– Сейчас. – Самаров диктует адрес дома. – Только вы ничего не предпринимайте! Это опасно. Возможно, что не всё так просто, как кажется Павлу.

76

Я слышу, как уезжает Никита. Чтоб его! Это никакой не таксист Никита, а Вовчик! Вовка Соломин, мой двоюродный брат. Раньше он был пухленьким, но за последние лет семь, что я его не видел, вытянулся и похудел. Как же я его сразу не раскусил!

На моей шее петля. Я продолжаю держаться за балку. В момент обрушения табуретки петля резко затянулась и содрала кожу. Шею жжет, пальцы ломит. Хорошо, что у меня руки крепкие, несколько минут продержусь, но что это даст? Все равно хана! Может сразу отмучиться? Ведь об этом я думал еще в первые месяцы инвалидности.

Но тогда Вовчик окажется безнаказанным! Убийство моей семьи спишут на дядю. Я ему отомстил, а сам повесился. Сбудется план подлого Вовчика. Настоящий убийца выйдет чистеньким и получит всё!

Хрен тебе! Я еще поборюсь!

Я держусь лишь одной рукой за балку, а другой пытаюсь растянуть узел на шее. Ничего не получается! Я ломаю ногти, а узел не поддается! Я меняю руку, вгрызаюсь в веревку зубами.

Вот дерьмо! Жаль, что я не дикий хищник!

Я снова держусь обеими руками за балку. Мышцы каменеют. Затекших пальцев я уже не чувствую. Кажется, я не замечу, когда они разогнутся. Это может произойти в любую секунду. Остается закрыть глаза и…

Господи! Какой же я идиот!

Перед тем, как ресницы захлопываются, я замечаю петлю на крюке от люстры. Здесь веревку не надо развязывать! Достаточно сдернуть петлю с крюка!

Пот катится со лба и щиплет глаза, но я их не закрываю. Следует изучить расположение петли и понять, какое движение надо совершить. У меня будет только одна попытка без права на ошибку. Я перехватываю руку и цепляюсь за крюк. Теперь мои пальцы касаются веревки. Надо на несколько мгновений удержаться на одной руке, чтобы сдернуть петлю.

Господи, дай мне силы!

Я разжимаю пальцы и дергаю петлю вправо и вверх. Рука, державшаяся за балку, соскальзывает. Я сваливаюсь на пол, держа в руке освобожденную веревку.

Неужели я жив?

В блаженной тишине я слышу свое частое дыхание. Сердце постепенно возвращается в привычный ритм.

Но что это? Посторонний звук. Черт! Если вернулся Вовчик, мне конец!

Я оглядываюсь и вижу, как стонет и шевелит рукой дядя Артур. Надо же! Он не убит, а ранен!

Я ослабляю петлю на шее, освобождаюсь от веревки и бреду к нему. Несколько шагов даются нелегко. Я плюхаюсь рядом с дядей, пальцы попадают в его кровь. Кажется, я испачкал даже свою одежду.

В голове, как ржавая якорная цепь, со скрипом вытягиваются из пучины тяжелые мысли. Дядя жив. Он может засвидетельствовать мою невиновность. Но что за хрень! В его глазах дикий испуг. Кажется, он уверен, что это я пырнул его ножом. Я поднимаю свою окровавленную ладонь. Рядом лежит нож с моими отпечатками. Если даже я их сотру, это мало что изменит. Дядя помнит, что перед тем, как вырубиться, я ему угрожал.

Вот влип! Я бы на его месте тоже ни секунды не сомневался!

Я замечаю в руке дяди мобильный телефон. Он сумел вытащить его из кармана и испуганно прячет от меня. Я разжимаю его пальцы, забираю трубку и набираю «03». Выслушав мой разговор со «скорой помощью», дядя прикрывает глаза. Он ждет своих спасителей, а что делать мне?

Единственный человек, кто может поверить в мой рассказ, это следователь Самаров. И я звоню ему.

77

«Шкода» свернула с кольцевой автодороги на Дмитровское шоссе. Из-за строительных работ поток машин петлял в лабиринте ограждений, то и дело упираясь в сужения.

– Черт! Не успею! – ругнулся Самаров и дернул рукой, желая поправить отсутствующий галстук.

«Человек-сюртук» впервые за многие годы выскочил из дома без строгого костюма. Он только что выслушал Парализатора. Теперь запутанная история обрела законченную форму. Убийца известен, мотивы и методы тоже, но всё это лишь со слов подростка, находящегося в розыске. Как опытный следователь Николай Самаров прекрасно знал, что мало узнать правду. Надо суметь доказать ее в суде! Если сейчас Владимир Соломин уйдет и избавится от улик, то обвинения Павла Соломатина превратятся в голословные. Кто поверит мальчишке, замешанному в ограблениях, когда все улики указывают, что он расправился с дядей!

Самаров связался с местной полицией и объяснил ситуацию.

– Сколько вам потребуется времени? – спросил он.

– Минут пятнадцать до поворота с трассы.

– Быстрее можете?

– Вертолета у нас нет.

51
{"b":"228935","o":1}