ЛитМир - Электронная Библиотека

Теперь, когда он расставил все сети, Остафьеву некуда было деться. А через несколько дней все закончится. Ждать осталось совсем недолго.

Глава 5

Вечером в залах ресторана на Пятницкой было шумно, почти все столики оказались заняты, но забронированный кабинет стоял пустым. Как и предупреждал Антон Александрович, он задерживался, поэтому Дине пришлось подождать. За полдня симуляции она так вжилась в роль, что сейчас действительно ощущала болезненную слабость. Она равнодушно листала меню и думала о том, что совершенно не хочет есть. Дина уже раз пять прочитала список разнообразных средиземноморских блюд от начала до конца, когда в дверях появился Остафьев.

– Извините, я опоздал, – сказал он, усаживаясь за стол. – Пришлось забежать в салон связи, купить новый телефон и сим-карту. Этот номер никто не знает, так что звоните мне только на него. – Он протянул Дине карточку с новым телефоном. – Боюсь, что разговоры по всем остальным моим номерам прослушиваются.

«Неужели все так серьезно?» – подумала девушка, записывая номер в память своего мобильного. Впервые ей подумалось, что поручение начальника может оказаться не таким уж пустячным. Впрочем, когда она узнала, куда отправлял ее Остафьев, это чувство быстро улетучилось. Завтра днем ей предстояло вылететь во Франкфурт, арендовать машину и на ней добраться до Люксембурга. Там она должна была положить диски в ячейку в указанном Остафьевым банке, позвонить доверенному лицу шефа в Люксембурге и передать тому ключ от ячейки. На этом ее миссия заканчивалась, и Дина могла быть абсолютно свободной. Главное, чтобы до конца недели она не появлялась на работе и продолжала «болеть». Вопрос, где скоротать свободное время, для нее не стоял. До конца недели она решила задержаться в Европе.

Остафьев передал ей диски и солидную пачку наличных: на оплату расходов плюс обещанное вознаграждение. Брать деньги Дине было неловко. Какая же это работа, если ожидавшая ее поездка обещала сплошное удовольствие? Дине предлагали прокатиться в старую Европу в преддверии Рождества, оплачивали все расходы, просили выполнить простейшее поручение, да еще и денег за это давали. Много денег.

Дина поделилась своими сомнениями с шефом, но тот категорично настоял, чтобы она приняла всю сумму. Ему было важно, чтобы девушка получила достойное вознаграждение за выполнение этого необычного служебного задания, а главное – сохранила тайну.

Ужин подходил к концу, с делами покончили. Пора было расходиться, но Остафьеву не хотелось оставаться одному. Кажется, впервые за несколько последних месяцев он смог разделить с кем-то свои проблемы и рассказать все как есть. Илья и жена были не в счет. Анжелике Антон Александрович многого не говорил, он не любил обсуждать с ней работу. Илью же старался не тревожить, дабы не сбивать его творческий настрой, не отвлекать от работы над формулой. В общих чертах и Илья, и Анжелика, конечно, знали о проблемах фирмы, но о подробностях Остафьев никому не говорил. С Диной ему нехотя пришлось поделиться, и, рассказав ей, как обстоят дела, он почувствовал себя заметно лучше.

В ресторане зазвучала музыка. Композиция Нино Катамадзе, густая и терпкая, как выдержанное грузинское вино, поглощала и мягко подчиняла, оставляя в душе ощущение беспричинного счастья. От этой мелодии будто становилось теплее, и Остафьев решился.

– Давайте мы с вами на прощание угостимся глинтвейном? – предложил он Дине. – Устал я от всех этих забот. Так хочется оказаться сейчас в горном шале с камином, уютным креслом, пледом и кувшином глинтвейна. Но из всех перечисленных удовольствий я пока могу себе позволить только последнее. Составите мне компанию?

Антон Александрович снова просил ее, второй раз за сегодняшний день, но в этот раз просьба оказалась личной. Он просил подарить ему не только время, но и душевное тепло. Спешить Дине было абсолютно некуда, за окном все еще валил снег, а в ресторане царили уют и покой. И еще эта музыка. От нее совсем не хотелось уходить. И Дина снова согласилась.

Час пролетел за оживленным разговором как одна минута. Остафьев интересовался годами Дининой учебы, ее путешествиями, о которых она могла рассказывать бесконечно, но и сам не отставал. В юности он объездил автостопом всю Европу и часть Азии, и разнообразных историй из тех времен, грустных и веселых, у него имелось немало. Вскоре горячее пряное вино сделало свое дело – у обоих в головах стало хмельно и весело.

– Хорошо с вами болтать, но такими темпами мы скоро совсем опьянеем, – заметил Остафьев. – К сожалению, я не смогу отвезти вас домой, за мной следят. А показывать моим врагам, что я знаю о вашем существовании, пока не стоит. Правда?

– Действительно, мне уже пора, – согласилась Дина, – нужно успеть собраться, ведь завтра мне предстоит много дел. – Она улыбнулась и откинула за плечо мешавшие волосы.

Остафьев посмотрел на Дину пристально, заметив вдруг, как она хороша. И тут же прогнал от себя эти мысли. Еще чего не хватало. Он придерживался жесткого табу: никаких служебных романов. К тому же он был женат. И счастливо женат. Анжелика, конечно, та еще штучка, ее капризный взрывной характер не раз выводил Остафьева из себя, да и денег красавица-жена выкачивала из него немало. Но все ее недостатки перекрывали два главных достоинства: она обладала дивной красотой и очень его любила.

***

Будильник надрывался уже пять минут, когда Дина наконец очнулась и вырвалась из мягких лап сна. Нет, эта омерзительная штука никогда не оставит ее в покое – она протянула руку к будильнику и, увидев время, в ужасе вскочила с кровати. Проспала, теперь уже точно проспала!

Ужас быстро сменился воспоминанием о вчерашнем вечере, о предстоящей поездке в Европу, и у нее отлегло от сердца. Потом Дина испугалась, что просьба директора могла оказаться только сном и сейчас она все-таки опаздывала на работу! Она схватила сумку и, увидев в ней диски, полученные накануне от Остафьева, окончательно поверила, что эта невероятная история ей не приснилась. И сегодня днем ей действительно предстояло лететь в Германию.

Чтобы не дать ей еще раз в этом усомниться, зазвонил телефон и голосом Остафьева пожелал ей доброго утра. Антон Александрович поинтересовался, все ли вчерашние договоренности в силе. Окончательно проснувшись, девушка ответила, что, поскольку она и так уже опаздывает на работу, ей остается только одно: сказаться больной и ехать по его делам в Европу. На том конце не оценили ее утреннего юмора, поэтому пришлось добавить, как в том фильме: «Шутка». Но директору явно было не до шуток. Он сдержанно пожелал ей счастливого пути и попросил позвонить, как только она прилетит во Франкфурт.

Следующим человеком, с которым Дине предстояло переговорить, была Аношина. Лгать Дина не любила. Она чувствовала себя неловко, но ничего поделать не могла: чтобы иметь возможность выполнить поручение Остафьева, ей следовало сообщить своему непосредственному начальнику о вымышленной болезни. Она позвонила Ольге Вэ и скрепя сердце принялась врать. Аношина бодро ответила, что не сомневалась в таком исходе ее вчерашнего недомогания, и велела Дине сидеть дома до окончательного выздоровления. Получив таким образом увольнительную, девушка занялась сборами.

В Великом герцогстве Люксембург Дина раньше не бывала и в самолете попыталась вспомнить все, что знала про эту крошечную страну в центре Западной Европы, лежащую у границ сразу трех государств – Бельгии, Германии и Франции.

Люксембург как государство вел свою историю с десятого века и с тех пор пережил немало нашествий завоевателей: французы, немцы и фламандцы – кого здесь только не побывало в Средние века. Маленькому Люксембургу удалось остаться независимым от могущественных соседей, и теперь он был одной из немногих стран современной Европы, где до сих пор сохранилась монархия: государство возглавлял Великий герцог.

Население страны насчитывало чуть меньше полумиллиона человек, включая коренных жителей и множество эмигрантов из других европейских стран. Они говорили как минимум на четырех языках: люксембургском, немецком, французском и английском.

8
{"b":"228950","o":1}