ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Добравшись до ветхого здания с облупленной табличкой «Адская Кухня», он постучал в дверь. Открылась прорезь, Этельвульф пихнул внутрь чёрную пластиковую карточку: копилку маны и одновременно удостоверение личности. Лязгнули засовы. На пороге возник юноша лет восемнадцати – гнилостный запах мокрого дерева выдавал в нём лешего в человеческом костюме из искусственной кожи. Корнелий на секунду представил себе его истинное лицо – тёмное, во мху, поросшее сучками и древесными грибами.

– Заходите, господин искуситель, – любезно сказал леший, отступая назад.

Демон спустился по лестнице вниз, в окутанный полумраком подвал со сводчатыми потолками: ни дать ни взять – средневековый монастырь бенедиктинцев. Почти все столики были заняты жующими и выпивающими бесами, на стенах висели перевёрнутые распятия и развесистые рога лосей, официантки, облачённые по случаю близости Чёрного Воскресенья в одежду монахинь, разносили заказы. Он присел за стол, и возле Корнелия сразу остановилась миловидная ведьма, с шутливой богобоязненностью сложив обе руки.

– Развратной ночи и нескучного блядства, – приветствовала она. – Что закажете?

– «Тушёный ангел», – сообщил бес, едва взглянув на меню.

– А на гарнир? – казённо поинтересовалась ведьма. – «Адская картошка» с перцем, макароны «Путы зла» или попробуете новое предложение – «Потроха святоши»?

– «Адскую картошку», – кивнул Корнелий. – Побольше соуса. Бокал разливного тёмного пива «Седьмой грех» и на закуску порцию сухариков «Чесночный мученик».

– Минет будете брать? – осведомилась официантка. – Сегодня акция – берёшь одно прелюбодеяние, два – в подарок. В принципе, у вас по карточке на секс скидка пятьдесят процентов как бесу, работающему с духовными особами. И чистый спирт за вредность.

С дальнего столика Этельвульфу замахал руками бес в джинсах и свитере.

– Я приятеля встретил, – сказал Корнелий. – Может, потом уже оргию сообразим – после того, как безбожно и неудержимо напьёмся в стиле диких свиней. Большое спасибо.

– Пожалуйста, – улыбнулась официантка. – Ваш заказ принят, ожидайте кушанье.

Через секунду на стул рядом с Корнелием грузно плюхнулся тот самый бес в джинсах, осторожно держа на весу пиво. Тут же отхлебнул половину бокала и сплюнул пену.

– Корнеша, братан, сто лет тя не видел! – завопил гость. – Чо как, сучара?

Этельвульф еле заметно скривился. Староанглийскому демону по природе положено проявлять чопорность и официальность. Пусть он последние пятьсот лет жил в России – привыкнуть к бесам-выскочкам, коим всего четверть века от роду, было физически невозможно. Чёрт Мурмур, как и он, числился полукровкой (рождён от эстрадной певички) – сын адского герцога с таким же именем (в среде русских демонов его уважительно именовали Мурмур Мурмурович). Отец занимал пост сопредседателя в Коллегии Демонов: по статусу он мог воскресить любого мертвеца и заставить отвечать на свои вопросы. Согласно мифу, герцог летал на грифоне – однако в поездках обходился без сказочной птицы. Грифоны и драконы передохли достаточно давно, ещё до пуска первой железной дороги, не выдержав местной экологии. Худощавый и низкорослый юноша с выдающимися скулами на плоском лице, Мурмур являл собой классический образец золотой молодёжи, в любых разговорах произнося: «Папа то, папа это». В весьма нежном возрасте он уже достиг должности соглядатая (восьмой разряд демонов) и работал под прямым руководством Астарота в отделе прелюбодеяний: внушая девушкам ночные сны с Бредом Питтом, приводящие затем к жестокой мастурбации под одеялом.

Этельвульф окинул приятеля взглядом. Настроение почему-то испортилось.

– Бывало и хуже, – откровенно ответил он.

Принесли пиво. Он сдул пену и глотнул тёмную жидкость. Печально, с каждым столетием пиво всё хуже. Эх, какой потрясающий эль некогда варили на границе с Шотландией! Нынешнее поколение людей вряд ли узнает, что такое хорошее пиво.

– С попом этим никак? – понимающе кивнул Мурмур. – Да, хреново, конечно. Знавал я однажды демона, так ему дали миссию вегетарианца одного соблазнить. Вот мучился бедняга. Дошёл до ручки – устроился в любимую фирму «объекта» пиццу доставлять.

– А как пицца может погубить душу? – удивился Корнелий.

– С этим сложно, – согласился Мурмур. – Но в пост, чувак, – оно запросто. Вегетарианец всегда заказывал «Не убий» – особую лепешку с овощами и соевым сыром. Бес извёлся, пытаясь развести «объект» оскоромиться – без толку. Один раз для профилактики яду сыпанул. Тот траванулся, выздоровел – и опять соевый сыр жрёт. У демона в мозгах от перенапряжения что-то лопнуло, отказался от миссии – а это ж наказание, срок сразу. Встречал я его потом на каторге, близ этажа восемнадцать «бэ»: считай, нет больше парня. Совсем бедняга докатился, по ночам монстра в шкафу в детских спаленках изображает.

– Благодарю за оптимизм, – кисло сказал Этельвульф.

Официантка, шурша рясой, принесла заказ на деревянной дощечке. Тушёный цыпленок был прибит к дереву гвоздями (прозрачный намёк на распятие), сбоку дымился картофель. Запах «ангел» издавал восхитительный, и чёрт ощутил, что проголодался. Он отрезал себе кусок, наколол на вилку-трезубец и разжевал. Да, шеф-повар тут гений. Говорят, раньше работал в отделе чревоугодия и кучу народу отправил на муки в Ад: вот, безусловно, хитрая задумка… человек без задних мыслей приходит в авторский ресторан, наслаждается там отлично приготовленным блюдом, чревоугодничая, – и не в курсе, что сие действо есть смертный грех. Иногда Этельвульф всерьёз задумывался, есть ли в Раю кто-нибудь вообще? Или там, офигев от одиночества, летают лишь стаи белых голубей…

– Хочешь? – он пододвинул «ангела» в сторону Мурмура.

– Не, чувак, спасибки, – ответил тот, копаясь в недрах айфона. – Не, ну ты сечёшь? Монстром в шкафу пугать трёхлеток. Да, как бы и с тобой такого не приключилось.

– Спасибо, – улыбнулся Корнелий, показав зубы с застрявшей курицей. – Ты очень мил.

Мурмур залпом осушил бокал пива.

– Мужик, ну с этим ващет надо чота делать, – развивал он активность. – Ты пробовал ну… как-то взбесить его? Скажем, типа… у попа этого есть домашние животные?

– Имеются, – подтвердил бес, расправляясь с «ангелом». – Нехарактерные такие даже… знаешь, сперва, получив задание, пока я ближе с ним не познакомился, радовался – вижу, собачка у него на квартире живёт, чихуахуа. Ну, думаю, дело в шляпе – мелких карманных псин только изощрённые мужеложцы держат да девицы гламурные а-ля Пэрис Хилтон. Конечно, немного напрягло, что собачку зовут Серапион, но… ну, в общем, оказалось, фигня. Чихуахуа лишь досталась ему в наследство от почившей в бозе чокнутой старушки-соседки. Так что надежда на мужеложество не оправдалась.

– Убей собачку, – бестрепетно предложил Мурмур. – Поп будет психовать. Прикинь, приходит он после молитвы, такой весь одухотворённый. Включает свет, а там – оба! – чихуахуа, распотрошённая в центре пентаграммы. И стены все в кровище… у двери огромные алые буквы: «Люцифер король, слава Сатане». Смотрит он грустно на всё это и говорит: «Да ёб вашу мать!» И ты уже на десять процентов ближе к своей цели.

– Ты святого отца не знаешь, – вздохнул Этельвульф, с откровенным удовольствием принявшись за картошку. – Его и слон распятый в комнате выматериться не убедит.

Мурмур-младший приподнял тонкие брови.

– А ты уже пробовал?

– Нет, слишком энергозатратно. Но поверь на слово, не сработает и это. Да и не могу я убивать собак. У англичан к ним пиетет, любим охоту. Меня ещё на первых чёрных мессах демоны постарше стыдили – да что ж ты так, пуделя несчастного не загрызёшь? Мамины старобританские гены никуда не денешь. Сердце ведь кровью обливается.

Он отставил пустую дощечку с костями и вкусил пива.

– Чувак, тебе бы психолога навестить, – тревожно предложил Мурмур, провожая взглядом «монашку» с потрясающим бюстом. – Неужели совсем никого убить не можешь?

– Да ты в своём уме? – возмутился Корнелий. – Всех могу. Но вот собачек – никак.

4
{"b":"228980","o":1}