ЛитМир - Электронная Библиотека

Нестеров прибыл через час после моего вызова, и спокойно развалившись в кресле, выслушивал угрозы и крики зама директора академии по физической подготовке и спортивному развитию.

- Да вы хоть понимаете, что натворил этот ваш... малолетний убийца! Шесть человек в реанимационных коконах с тяжелыми переломами. Трое с переломами челюсти. У одного полностью раздроблена ключица и правая рука! Вы хоть понимаете что чемпионат по стратоболу через две недели?! Да они месяц реабилитировать здоровье будут!

- То есть вы хотите сказать, что это ваша халатность позволила т а к вести себя вашим ученикам в стенах академии? Может мне обратиться в комитет социального контроля? - Нестеров улыбался. - Мой вам совет замените вашу команду, а точнее ее членов на лиц их замещающих. Ибо вашим ученикам теперь светят исправительные работы по окончанию медицинского лечения, уж в этом я вас заверяю!

- Я этого так не оставлю!

- А уж я-то тем более. Я рад, что хоть в чем-то мы с вами пришли к консенсусу!

Зам выскочил из кабинета директора словно ужаленный.

- Андрей, а ты умеешь находить неприятности. Вечером снимем показания с браслета. Мне интересно насколько ты продвинулся.

Я тяжело вздохнул. Даже второй уровень работы нейро-сети не давал нужного результата. Я не порвал себе ничего (имею в виду связки и мышцы), но такое чувство, что мне пришлось разгрузить вагон картошки. Я на ногах-то стоял с трудом.

Как я добрался домой, лучше не спрашивайте. С трудом добравшись до квартиры, я через силу загнал себя в ванную под горячие струи воды.

Горячая. Холодная. Снова горячая. Снова холодная.

Вода словно смывала усталость, и пыль тысячелетий, которая оседает на коже несмотря даже на рабочие комбинезоны.

В дверь постучали.

- Еще пять минут.

- Не торопись. Просто хотела убедиться, что это ты. Говорун сам не свой!

Выбравшись из душевой, я пару минут постоял под потоком теплого воздуха, обсыхая, после чего надел чистый банный халат.

Девушки о чем-то шушукались в гостиной. Все были встревожены.

- Что-то случилось?

- Андрей ты получил это?

Эллис взмахнув рукой, вызвала голографический экран, на котором шел текст сообщения. Вкратце: завтра в двенадцать часов нам с Эллис и остальным участникам сегодняшнего побоища явиться в здание прокуратуры по такому-то адресу, для дачи показаний, и возбуждения уголовного расследования относительно избиения двенадцати человек, и запугивания шести девушек группы поддержки стратобольной команды "Вертиго". Их же вроде две было?

- Нестеров в курсе. Данные с браслета и запись всего действа я ему перенес. Дальше уже будут проблемы не у нас, так что успокойтесь.

По крайней мере, я надеюсь на это. Все-таки превышение необходимой самообороны можно соотнести к каждому пострадавшему.

- Девчата, я понимаю все сегодня голодные, но сил нет, даже вилку поднять. Давайте закажу пиццу, а завтра заготовлю на несколько дней вперед.

- Э-э-э... а что такое пицца?

- Хм-м нечто круглое, с колбасой и сыром. Ладно, черт с вами, сейчас что-нибудь соображу.

Глава 4.

Девушки бывают разные. Даже очень. Красивые, манящие, или пугающие своим характером, или даже неестественной красотой.

Нас собрали в небольшом зале, чтобы познакомить с делегацией из посольства Тендорианцев. Восемь человек. Три юноши, пять девушек, включая саму леди-посла. Тея эр Рэмин была дета в темно-синий, с легким отливом, строгий деловой костюм, если не считать чрезмерного выреза на груди и слишком короткой юбки. Туфли на высоких каблуках придавали ей еще двенадцать сантиметров роста, подгоняя к моим метр восьмидесяти пяти. Голубые глаза, белоснежно-белые волосы, словно кто-то решил добиться идеально белого цвета.

Дело в том, что наши дорогие инопланетяне решили приобщиться к утерянной культуре далекого прошлого, и подали прошение в оказании помощи своими специалистами.

Нас всех познакомили. Парни тут же встали в стойку, словно стая гончих. Наивные, тут ловить нечего, она у ж е смотрит на них как на пыль под ногами.

- Извините, если для вас это покажется оскорбительным, насколько ваши специалисты владеют древними языками?

- Я думать не надо много силь, чтобы суметь надраться. Надеяться, что вы смочь пить больше!

- Не знал, что вы употребляете алкогольные напитки во время работы. Но знание вами языка не тянет даже на троечку, по десятибалльной шкале. Боюсь к переводам вас пускать опасно.

Судя по тому, как вытянулись лица, и покраснела наша госпожа посол, первое очко за нами.

- Ви есть Нахал!

- И не махал, а дирижировал. Раду буду поработать с вами, - и дежурную улыбку. - Обмен опытом есть обмен опытом, и нам и вам есть чему учиться.

Два - ноль. Судя по тому, как вытянулись их лица, такого отношения они к себе не ожидали. Эр Рэмин зло прищурилась, но быстро пришла в себя.

В голове прокатился легкий ветерок.

Эмпат? Мысли значить читать любим? Надо будет попросить у профессора ментальный глушитель психоволн. Мне хватит и Эллис с ее любознательностью.

В советское и российское время ходили слухи теории, как можно защититься от любителей влезать в чужую голову. Представлять яркую картину, железобетонную стену, либо что-то иное, мешающее сосредоточить внимание на ваших мыслях. Многие утверждали, что шапочка из фольги мешает читать мысли. Хм-м...

Пахабная картина во всех подробностях: прикованной к кровати эр Рэмин и все то, что с ней можно было бы осуществить, похоже, достигла своего адресата. Ветерок пропал, а сама девушка, покраснев, словно маков цвет отвела взгляд.

Три - ноль.

Гости свалившиеся на нашу голову буквально были из штанов выпрыгнуть, лишь бы их допустили к работе.

Вспоминая тот день, я и по сей день, считаю, что это было одной из крупнейших ошибок сделанных администрацией земного правительства. Крупнейшей. Я имею в виду то что они допустили их до работ с архивами.

Больше всего меня удивила аккуратность всех прибывших специалистов. Глухие, облегающие тело второй кожей комбинезоны. Во-вторых они привезли с собой свое оборудование, не скажу, что в чем-то переплевывало то, чем пользовались мы. Однако лаборанты только ахали, глядя на аппаратуру.

Так же по всему периметру склада-лаборатории добавилось наблюдательных камер, охрана по периметру, и куча военной техники. На выходе нас обыскивали так, словно мы пытались протащить пару грамм героина в швах нижнего белья. Больше всего это бесило девушек.

- Садитесь.

Эллис непроизвольно вздрогнула, глядя на стул. Стулья были особенными настолько, насколько обычная дубина отличается от ракеты земля-космос. По сути, данные стулья были упрощенными вариантами "детектора лжи" снимающего всю биометрику человека во время разговора, или еще точнее допроса.

Усевшись на стул, я ободряюще кивнул Эллис.

На белый пластиковый стол, вмурованный в пол легло несколько приборов и пластин - носителей информации, по аналогу привычных мне планшетов.

- Мое имя Доррей Мюрхем, я следователь по особым делам, связанным с превышением необходимой обороны и повлекшей тяжелые последствия для противоположной стороны дела.

- На основании статьи 18 Конституции Федерации Земных Сообществ я требую присутствия адвоката, а в соответствии с Приказом 770-21 Минобороны за пунктом 13.8 мое дело не может рассматривать гражданский прокурор, только военная прокуратура и органы военного трибунала.

Если после моего первого требования об адвокате он просто поморщился, то после второй речи удивленно замолк. Лицо его вытянулось, а взгляд смотрел поверх моей головы.

- Все так гражданин Хмельнов. Это вы верно подметили.

Из-за спины с небольшим серебристым дипломатом вышла молодая девушка лет двадцати пяти - двадцати восьми, в строгой военной форме, лакированных туфлях, и черных погонах с темно-красным просветом посередине. Количество звезд говорило о капитанском звании девушки.

29
{"b":"228988","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Кто вы есть? От манипулятора до альтруиста. Типы личностей
Оптимизация и продвижение в поисковых системах
Мыслящий мужчина. Что значит быть мужчиной в современном мире
Библия секса. Обновленное издание
В ее сердце акварель
Дерзкая советница властелина
Я хочу пламени. Жизнь и молитва
Assassin's Creed. Последние потомки: Участь богов
Как заставить работать мозг в любом возрасте. Японская система развития интеллекта и памяти