ЛитМир - Электронная Библиотека

Сдавшись быстрее девушки, мэр громко и бесстыдно заревел…

Бёрк получил кое-какую полезную информацию, напрямую касающуюся департамента: Фернока, Фроста, Пэксвелла, его и всех, кто в нем работает. Всех без исключения! Настроившаяся проучить неверного братца Скарлетт Кригер выдала полицейскому еще одну тайну своего зловещего, покрытого пеленой рода.

— У вас есть что-нибудь такое, что могло бы помочь вам, мне, нам обоим… есть? — Уолтер боялся оказаться навязчивым, но Скарлетт и не собиралась упрекать его. Напротив, ей было приятно, что за несколько лет психушки в ее каморку зашли не ради издевательств, и что она получила возможность хоть кому-то стать полезной, — Подумайте, я ни в коем случае не давлю на вас. Я заинтересован в том, чтобы вам помочь…

— Как? — спросила Кригер.

Ее голос становился все более живым, все менее тусклым. Так благоприятно сказывалось общение с положительным человеком, каким без сомнения являлся молодой офицер.

— Вытащить отсюда.

Женщина не поверила в услышанное:

— Знаю, за время своего пребывания здесь ваша надежда частично растаяла, но, думаю, все еще можно исправить. Если бы я только знал всю правду… — Бёрк посмотрел на нее, — Мне было бы легче. Я бы полностью видел ситуацию. Пока что вижу, в департаменте завелись агенты, и не знаю больше ничего, например, о способах борьбы…

Поразмыслив, Скарлетт решила рассказать о «кровавых братах», об их затянувшемся бизнесе, об убийствах, что они совершают, о неизвестном числе жертв…

Но главная заслуга сил добра состоит в том, что миссис Кригер перестала «молчать».

— Мой брат… — узница начала раскрывать свою израненную душу с некоторыми сомнениями, которые, впрочем, позже прошли, — Он часто брал в руки дневник, в котором писал, признавался самому себе, что не умеет разогревать чувства в процессе изливания.

Многие психопатки зачитывают вслух никому непонятную, кроме них, мораль. Берут выдержки из книги, хранящейся в голове. Но у Скарлетт так красиво, так лирично получалось передавать ложные образы, что Уолтер никогда бы не посмел назвать ее полоумной, даже если отчасти это правда.

— Прокурор?

— Нет. Не он. Хотя да, прокурор тоже мой брат. Ведь у меня двое братьев. Вернее сказать, они у меня были. Я их похоронила, в душе…

— Ясно. А кто второй?

— Маленький, умный, очень одаренный, по мнению педагогов, подросток, но непослушный, часто бранящийся и жестокий… — пауза длилась полминуты. С болью, но Скарлетт таки договорила, — Джимми Кригер. Он же Джимми Баллук…

— Что?

Уолберг подумал, что спятил, услышав из дрожащих уст имя особо опасного, разыскиваемого полицией Мракан-сити, преступника. Имя, которое Максимилиан Пэксвелл, отважный и храбрый полисмен, лишний раз боится озвучить…

Четырехэтажное серое здание, построенное в восьмидесятых годах, располагающееся на Атлантик-стрит — здание ФБР. Лепрекон вынудил ФБРовцев конкретно понервничать. Те в волнении позабыли и о планах создания базы данных для распознавания лиц, и многие другие проекты отложили в долгий ящик.

А сегодня в полицию поступил почти экстренный вызов — взломали еще несколько крутых сетевых ресурсов, несколько почтовых ящиков знаменитостей (сильно пострадала двадцатисемилетняя актриса Мария Блонски) и куча другой конфиденциальной информации, которая, считают пострадавшие, должна была таковой и остаться.

Через несколько мгновений дежурный-полицейский взял зазвонившую трубку. Полунамек на возможный взлом председателя от неизвестного лица был тут же передан комиссару, ФБР и другим соответствующим службам. Незнакомец (который, вероятно, и есть преступник с глупым прозвищем) назвал адрес. Многие копы думали, неизвестный специально ведет по ложному следу. Но, как бы они не хотели, им пришлось выполнять указание.

— Если это подстава, то арестуем говнюка за дачу заведомо ложных показаний. Ха-ха-ха! — во всю глотку рассмеялся несдержанный Вульф.

Генри Своллс, сколько б ни напарничал с Майклом, все никак не мог привыкнуть к его весьма специфичному юмору. Сержанту казалось, смеяться над возможной угрозой жизни будет только идиот, но идиотом Вульфа назвать никак нельзя, а вот хитрой лисой — еще как можно.

— Давай в этот раз ты будешь немного ответственнее относиться к службе. Помни, мы не для себя стараемся… — Генри хранил верность дружбе, никогда не грубил коллегам и вел себя очень спокойно. Максимум делал небольшие замечания.

— Да брось, дружище! — взмахнул руками напарник, — У этого парня, которого мы идем брать, как нам сказал Фрост…

— Что у него?

— Забавное имечко, его просто хочется повторять и повторять. Вот скажи, ты бы хотел, чтобы бы тебя все звали Лепреконом?

— А ты бы? — Генри поставил вопрос на вопрос.

— А я… — Вульф приставил палец ко рту, — Было б неплохо! Чисто по моим вкусам, это уж всяко лучше тех кличек, которые дают собутыльники…

Адрес, выданный коварным взломщиком-продавцом «людских сокровенностей» — Атлантик-стрит, дом двадцать пять по пятьдесят второй улице. Полицейские забежали внутрь, опасаясь, что за ними могут следить. Более ответственный Своллс приглядывал за неуемным напарничком, в какой-то мере опасался, чего бы тот не натворил.

В этом районе царила полная тишь. Единственные враги гробного бесслышья — уханье совы, чей поразительно острый слух позволяет ориентироваться даже в непроглядной ночной тьме, отдаленно звучащий собачий лай и осторожное шептание «атлантских» бомжей.

Несмотря на первоначальную обстановку — тихо, спокойно, вроде нет и души, фараоны понимали, расслабление может стоить им жизни, а убийцы и маньяки бывают адски хитрыми, такими, что раскусить их истинные намерения не по силам даже высококлассным мозгоправам. Да и тьма нередко служит прикрытием.

Белая сова — бесстыжая виновница многих авиаинцидентов замолчала.

«Что здесь может делать нормальный человек, если только не искать полоумного выродка?» — думал Вульф, ежесекундно поглядывая на Своллса с приоткрытым ртом, — «Забавная у нас работа: зарплата меньше желаемой, а рисковать приходится. Или что, по мнению Генри, я тут делаю? Оттягиваюсь на курорте с банкой виски в руке и с формистой шатенкой?»

На втором этаже героев-полицейских поджидала хитро поставленная ловушка. Открыв деревянную дверь, Генри и Майкл увидели стоящий в семи метрах от них черный силуэт. Герои рефлекторно потянулись за стволами и были готовы начать пальбу, если предполагаемый убийца сделает хотя бы одно движение в их сторону.

Вульфа мучил страх больше, чем Своллса, хоть второй и не мог похвастаться накачанными в спортклубе бицепсами.

«Только дай повод, урод» — мысли Майкла всегда отличались концентрированной грубостью, а сейчас и сама обстановка предрасполагала к цинизму: они, вероятно, нашли Лепрекона — хитрого преступника, возможно, очередного шизоида-лунатика, если повезет, а если нет — страшного маньячеллу, загнавшего их, как кроликов, в клетку, из которой невозможно выбраться, — Только дай повод, и я размажу твои недоделанные хакерские мозги о запаутиненный край той стены».

Человек в черном комбинезоне не двигался, будто хотел, чтобы его арестовали. Наиболее отважный из всего дуэта — Генри Своллс — подошел к нему, чтобы напялить браслеты. В тот же миг успешно активировался злодейский сюрприз: на огромном, тогда еще скрытым в темноте, семидесяти дюймовом мониторе высветились зеленые буквы.

Своллс повременил с арестом, отвлекся на прочтение.

   УСТАЛ ОТ МЫСЛИ, ЧТО ЯД СЖИРАЕТ МЕНЯ ИЗНУТРИ.
   МНЕ НАДОЕЛО ИСКАТЬ ПОВОД, ЧТОБЫ ВСЕХ ВАС УБИТЬ.
    ЧТОБЫ ЯД НЕ СЖИРАЛ — НУЖНО УБИТЬ,
    ПОВОД — НЕ ЯД, НО ЖИВЕТ-ТО ВНУТРИ.
50
{"b":"229013","o":1}