ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Проклятая
Невеста по вызову, или Похищение в особо крупном размере
Разрушительница шаблонов. 13 правил, которые больше не нужно соблюдать
Первая невеста чернокнижника
Убедили, беру! 178 проверенных приемов продаж
Гиблое место в ипотеку
Муми-тролли и новогодняя ёлка
Мама на нуле. Путеводитель по родительскому выгоранию
Копирайтинг с нуля

Спауну пришлось самому звонить в скорую…

Бык взломал дверь квартиры семьи Филдсов. На данную «операцию» ушло тринадцать минут. К огромному везению преступника его никто не заметил. А хозяева…

«Ничего не подозревают. Тем для них лучше. Всегда мечтал сдохнуть в тишине. А теперь эти суки разрушили мечту. Тем и сильнее моя ненависть к ним».

В кромешной тьме, как фара, светился лоб Быка. Неугомонный бандит добрался до комнаты, где нахрапывал кот, спала Джоанна, рыбки мирно и плавно передвигались в аквариуме…

Убийца направил пистолет на женщину. Но потом чуть притормозил, задавшись вопросом:

«Что за красный лучик лезет мне в нос?»

Позже выяснилось, что это светился не лоб экс-котика, а игрушка маленького непослушайки Кевина, неприкаянно бродившего по квартире.

Стефан не успел сориентироваться, чтобы взять сорванца на прицел. Времени не осталось. Смышленыш включил свет и…

— А-а-а-а-а-а-а-а! — закричал Стефан Ричер.

— А-а-а-а-а-а-а-а! — вскочила перепуганная мамочка.

Прибывшие Спаун и Тень зашли в комнату, где происходило действо. Посмотрели, что творится, покачали головой и за ручку ушли. Их никто не заметил…

— А-а-а-а-а-а-а-а-а! — Бык смотрел на свою распухшую кисть (Кевин взял подаренную папой бейсбольную биту и нанес дяденьке травму), дул на нее, гладил поврежденные пальцы и… кричал, — А-а-а-а-а-а-а-а!

Бо-бо-бо-бо-бо-бо! Больно-о-о-о-о-о-о-о!

Злодей думал, что сейчас притворится бомжом или, того круче, обеспокоенным открытой дверью новым соседом. Но из кармана выпал пистолет. Джоанна решила — надо звонить в полицию!

А Бык все орал и орал…

Узнав об аресте одного из должничков, самый неоднозначный персонаж департамента, лейтенант Эсмонд Фернок, поплатился настроением и планами на следующую неделю. Хитрый коп по полной тряс конторку Майро, финансы доставал ныне арестованный Стефан Ричер/Бык, а теперь Гипнотизер лишился посла, что несколько усложнит переговоры.

Но деньги мошенника забылись так же быстро, как и вспомнились. Причина — появившийся в кабинете Бёрк. Лицо офицера выражало наивысшую степень беспокойства, и Фернок даже не стал возмущаться, что он опять забыл о правилах приличия, как, к примеру, «постучать, прежде чем войти».

— Что такое? — спокойным голосом спросил лейтенант, спокойным и даже приятным.

Уолтер положил руку на сердце:

— Узнаете, вот, честное слово, либо забоитесь, либо не поверите…

Хозяин кабинета выкинул смешок:

— Скорее, второе…

— Ладно, милый друг, раз уж пришел, то говори, по какому вопросу. Вялотекущую недосказанность не люблю, такое действует по принципу снотворного…

И в чем-то Эсмонд был, несомненно, прав, судя по сонным глазеночкам Бёрка, который сначала подумал, с чего начать свой рассказ, и только потом раскрыл всю колоду.

— Я сделал так, как вы говорили.

— В смысле?

— Забыли, что ль?

— Ну, допустим, держать в черепном ящике все подряд я не могу. Что сделал-то?

— Допросил докторов Антнидаса…

Затем последовал еще смешок. Второй по счету.

— А? Так это я не забыл…

Лицо Уолтера выразило недоумение:

— А что тогда?

— То тогда. Все я помню. Просто не поверил, что сдержишь слово. И, зная вас, как облупленных, не удивился бы…

— А как же деньги?

— А что деньги? Скажешь, не мог их присвоить?

— Можно узнать, вы всех людей на этой грешной земле считаете безответственными и ворами?

Фернок дал наиболее близкий к истине ответ, а явное преувеличение означало иронию:

— Почему всех? Себя же не считаю…

— Итак, офицер, ближе к сути. Что сказали халаты? — не дав собеседнику ответить, Фернок продолжил красноречивое разглагольствование, — Судя по тому, с каким видом ты явился, с таким, что словно по тебе проехались, в дурке от чаевых не отказались.

— Не отказались…

— Выкладывай…

Уолтер выложил все за шесть минут.

Лейтенант очень эмоционально, очень громко отреагировал на услышанное. Его так это взбесило, что он чуть не… Впрочем, неважно.

Его можно было понять. Любой человек с ферноковским темпераментом не отнесется бесчувственно к подобным заявлениям. Но… прошла минута-другая и он поутихнул. Правда, не перестал осыпать Уолтера критикой за кое-какие моменты…

— Ты хоть понимаешь, идиот, хотя бы капелькой своего зачаточного мозга, что если все так, как ты мне наплел, то, быть может, уже поздно к ней идти?

— Что…

Бёрк слова не успел молвить в оправдание, как был перебит:

— Ничего! Ты мне когда это сказал? Только что! А когда наведывался в клинику? А? Три дня назад? — Фернок привстал, начал махать перед носом «накосячившего» указательным пальцем, — Доктора-то не дураки, в отличие от тебя. На то хитрецы и есть, что котел варит. Чем хитрее, тем легче жить, чем легче жить, тем сильнее срать на мораль. Им платят, может, и регулярнее да больше, чем ты да один раз! Они ведь наверняка все передали этому уроду!

Голос погрустневшего офицера был в четыре раза спокойнее голоса Эсмонда Фернока:

— Вы думаете?

— Сто процентов даю. И доложили прокурорскому не когда-нибудь, а сразу после твоего ухода.

— Но если вы думаете, что девушку могут убить, то…

— Если уже не убили. Ты мне должен был доложить сразу, понимаешь? Сразу! А не только сейчас!

— А почему вы вообще такое допустили?

— Потому что просек ситуацию.

— В смысле?

— В прямом! Сам-то еще с ума не сошел? Если всё говно, которым ты мне сейчас вынес мозги, не преувеличено десятикратно, не придумано тобой в первом приступе сперматоксикоза, если ты, офицер, не ширнулся чем-нибудь легкодоступным, прежде чем войти сюда, то, увы, дружище, мы имеем дело с очень умным, но беспринципным ублюдком! — последние слова, как показалось Уолтеру, лейтенант произнес с какой-то неясной восторженностью, охватившей и без того возбужденный рассудок, — Труп римлянина вспомнил. Целый маньяк нарисовывается…

Офицер минут десять смотрел Ферноку в лицо, практически не отрываясь, до тех пор, пока тот не сказал, что они будут делать.

— Идем!

— Куда?

«Тот» был до фэнтезийности решителен и неустрашим:

— В чертовку клинику. Скарлетт твою навещать. И заодно с врачами договариваться, но уже не подкупать. Довольно тратить деньги.

По дороге Фернок подхватил куда-то спешившего «месье» Блейка и велел присоединиться:

— Подождите, а куда мы? — ненастроенный на «экскурсии» Дэвид сомкнул брови и небесталанно изобразил недоумение.

Фернок почти срифмовал:

— Меньше знаешь — лучше спишь. Иди молча и заткнись…

— Сделаем!

От «месье» разило алкоголем.

«Три мудреца» «выползли» из отдела, забежали в отделанный натуральной кожей салон Ford Crown Victoria (машина Эсмонда). Лейтенант вежливо попросил Бёрка сесть за руль, а в просьбе подчиненного «дать ему поводить» отказал и замахнулся кулаком.

Всю дорогу до Антнидаса они обсуждали свои личные проблемы, стыковки-несостыковки, выказывали пожелания о дальнейших деловых отношениях и просто юморили.

Предчувствие беды Эсмонда было связано с «узницей положения».

Скарлетт, поэтому он иронизировал чуть меньше абсолютно расслабленных Бёрка и Блейка. Второй, кстати, в середине поездки изъявил желание… вырвать.

— Друзья, у вас есть что-нибудь? Не могу…

Фернок повернулся к горе-Дэвиду:

— В каком смысле не можешь?

Тот схватился за живот и начал постанывать:

61
{"b":"229013","o":1}