ЛитМир - Электронная Библиотека

«Господи! — ужасался про себя Мастачный. • Откуда

у них такие гроши? Я всю жизнь надрывался, ловчил, о таких грошах не помышлял, а тут — запросто...»

Откуда деньги? От лопоухих, конечно. Откуда у них? Or лукавого, конечно. Лукавый давал лопоухим, чтобы ло­поухие дольше верили в сказочку о райском будущем.

Альберт Васильевич с немым вопросом встретил отчима.

Успокойся, сынок, мазут потек. Обоим продал! За «лимон» двести пятьдесят! Дай попить, в горле пересохло...

Альберт Васильевич немедленно исполнил просьбу и с ува­жением наблюдал, как скачет кадык на горле папани. Вот тебе и мент поганый... Недооценил он отчима.

Альберт Васильевич радоваться не спешил:

А если о второй половинке шифра спросят?

Me спросят, — уверенно отвечал отчим. — Я эту шайку знаю. Дармовые деньги как приходят, так и уходят, их злорадство подгоняет, разум плетется сзади. Л чтобы шибко торопились, я коммунякам намекну, кто посягает па чужое. Звони атаману.

Альберт Васильевич больше не спорил.

Я готов покрыть ваши убытки в полном размере, — сказал он НовокшопоВу. — Разумеется, стулья утром, день-

Набат-3 - _1.jpg

принимается! — оживился Новокшонов.

Чесались руки. Он связался с нижегородским Вова-

ном, тот назначил свой процент и разыскал правую руку покойного Гены Крокодила. Назначив свой процент, тот дождался возвращения с курорта бывшего майора Стуле- никипа и спросил напрямую:

В чемоданчике было еше кое-что. Ты честно полу­чил свою долю денег за честный рассказ. Теперь держи ответ о какой-то дискете. Нечестно, брат...

Брат! — осознал простые слова Студеникин. — Она валяется у меня в шкафу. Забери ее совсем! Думал, после отдыха гляну, что там такое, чтобы зря хороших людей не беспокоить. Я, может быть, пентиум во всех этих «окнах», — перешел на нарочито спокойный тон Студеникин, — но на сервер бытия не тороплюсь.

Умные слова остудили правую руку Гены Крокодила, царство ему небесное.

А вот если там ценное есть, на дискете этой? Как сделать нужно, чтобы все одному досталось?

Студеникин понял его. Жизнь еще долгая.

Сделаем, браг. Сделаем копию, а на хард-драйв я вирус посажу. 11родаешь — есть программа, продал — нет программы.

Хорошо иметь дело с умными людьми. Гена Крокодил дерьма рядом не держал. Через час Вовап нижегородский получил известие — кобыла в стойле. Через десять минут

Альберт Васильевич услышал его голос: портянка в сапо­ге. Через пять минут Альберт Васильевич докладывал ата­ману Новокшопову: ваши пляшут, а старший Новокшо- лов открытым текстом передал Рыжему и Арапчонку: ребятки, гоните денежки. Через час ему ответили: шифр подлинный.

Через два часа посыльный забирал дискету и отдавал деньги.

Через три часа на этой стороне делили навар.

Через три часа и одну минуту Студсиикин спрашивал правую руку покойного Гены Крокодила, упокой Господь его душу:

За сто рублей вкалываешь месяц, за сто тысяч бак­сов час. Где логика?

11е задавай глупых вопросов, брат, — отвечал правая рука. — Кончил в тело, гуляй смело. Где большие деньги, там короткая жизнь. Не забывай про это.

Студеникин похолодел. Собеседник расхохотался:

11е трясись, не про то базар. Сто тысяч баксов — это не деньги, вот у Мастачных пошла короткая жизнь.

Может, повременить? — озаботился Студеникин. — Надо бы еще вторую часть шифра получить.

Это другая часть разговора, браг. Тебе до нее дела нет. Мы хоть воры, но не лохи. Как ты там про пентиумы намекал? Опять похолодел Студеникин. — Не бойсь... Дело выгорит.

Только теперь Студеникин вспомнил кличку правой руки Гены Крокодила Палач. Не надо ему давать советов.

Пока Лаптев давал советы в Красноярске, к нему в компьютер забрались молодые и красивые, выудили вто­рую половинку шифра.

На всякого мудреца довольно простоты. Пошла тор­говля за эту часть шифра.

Клюнут? — поинтересовался у Палача Новокшонов.

Куда денутся! — ржал Палач в ответ. — МВФ про­гнал почти пять миллиардов баксов и Россию, и элитная братва уже присосалась к сосалову. Сучонка-имиджмсй- керша замок в Баварии покупает, вороватая семейка гото­вится ноги уносить...

Собирался в дорогу и Мастачный-младишй. I Iopa. Шах­теры повылазили из земли, Борька-алкаш туда еше не со­шел, жареным запахло крепко, с мордобоем и лозунгами о счастливой доле. Вскоре семейство Мастачных взлетело в небо к этой самой доле, пока не началось.

Ну вот, началось, — проворчал недовольно Мастач- ный-папа, откладывая газету в сторону.

Что там? — отставил стакан с персиковым соком па­сынок. Они сидели на лужайке своего замка под Эксгоном.

Пишут, будто бы мы с тобой сорвали Ельциным покупку замка Гармиш-Патирхсн в Альпах.

Вот сволочи! — снова взялся за стакан Мастачный- младший. — Вор у вора дубинку украл! Не можется!

А я тебе вот что скажу, — привлек его внимание отчим. — Ты грамотный, радуешь меня, однако запомни хохланкую истину: не зевай на шляхе, будет две рубахи; прозеваешь, свою потеряешь.

Они спокойно коротали вечер, попивая каждый свой любимый сок, их мало заботили теперь наветы и поклепы из другой жизни, на зеленой ухоженной лужайке резвились ротвейлеры. Это успокаивало, как шуршание дензнаков в кармане, и одновременно освежало, как прохладный сок.

Как считаешь, отец, — спросил на всякий случай Мастачный-младший, — нас не застукают здесь?

Пока пет, — уверенно отвечай Мастачпый-старший. - Гам не до нас. А вот месяца через два-три возьмутся. Шутка ли, поболе миллиона зелени скосили. Тогда не зевай. Мой батя, царство ему небесное, в военное лихолетье полицаем служил. Опосля em искали долго и не нашли. В Аргентине он укрылся, где душу в спокойствии отдан Творцу. Так я и думаю потому: а не наладить ли связь с тамошними Мастач- ными? Раньше в мыслях такого не держал, а теперь в самый раз. Как считаешь?

На миг Мастачный-младший задумался, прокручивая вариант.

А чего ж? Давай, отец, списывайся, созванивайся. Там нас не найдут. Я тебе интересную вешь еще скажу: в тамошних колониях бывших нацистов десятка два наших партийных бонз укрылись. На одном языке говорят.

Шутишь! — не поверил Мастачный-папа.

Святая правда. Я ведь в Интернет регулярно загля­дываю и в компьютерных штучках толк имею. Когда я взялся нашу половину дискеты обрабатывать, многое про­яснилось. Нашел удивительные совпадения почти в двад­цати случаях: самые крупные счета находятся в филиалах известнейших банков в Буэнос-Айресе. Что, если поис­кать все же вторую половинку шифра, не копнуть ли глубже кротовьи норы?

Сыпок, на этот счет есть другая пословица: играй, не заигрывайся, воруй, но в меру, — мудро присоветовал папаня.

А как же тогда — не съем, но понадкусываю? — насмешливо спросил любознательный сыпок.

Это с Украины завезли жиды тамошние, а мы с то­бой хохлы истинные, — вразумлял папаня. — Я тебе боль­ше скажу: русских, москалсй, значит, никаких не оста­лось. репаных и нерепаных извели. Мордва осталась, ренаные хохлы остались, евреи да Дьяченки.

И Мастачныс еше, — рассмеялся сынок.

Эй, репаные! — раздался в ланкаширской тишине го­лос зычной мамаши Мастачной. — Боршсчку носнидаете?

Съемо! — разом ответили папа с сыном и немедля отправились в столовую, где по каменным стенам висели оленьи рога от прежнего хозяина, а на полу лежали шку­ры русских медведей. У хохлов оленей и медведей давно не водилось, они сели хлебать украинский наваристый борщ, разлитый в тарелки тонкого саксонского фарфора.

39
{"b":"229014","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Пробуждение женщины. 17 мудрых уроков счастья и любви
Институт проклятых. Сияние лилии
Вдова для лорда
Никель. Истории ледяных менеджеров
Таинственная жизнь грибов. Удивительные чудеса скрытого от глаз мира
Сад надежды
Тибетская книга мертвых
Война миров 2. Гибель человечества
Просветленные рассказывают сказки. 9 уроков, чтобы избавиться от долгов и иллюзий и найти себя