ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

 «Только не испытания! — мысленно взмолился я, увидев, как высветился на мониторе мобильника знакомый номер. — Ох… надеюсь, никуда идти не понадобится…»

 — Не понадобится, — подтвердил Грег. — Пока мне надо только с тобой поговорить. А это я могу сделать и по телефону.

 «На фига тебе телефон, если ты все равно читаешь мои мысли?» — желчно подумал я.

 — Мог бы и без телефона, но не хочу тебя нервировать перед испытаниями.

 — О нет!

 — Шучу. Испытаний больше не будет.

 «А чего ты тогда звонишь?» — подумал я.

 И с досады укусил себя за палец. Блин, надо как-то учиться контролировать мысли! Пока я не додумался — до неприятностей…

 Но Грег на сей раз никак на мои мысли не отреагировал. Помолчал несколько секунд, а потом сказал задумчиво, будто не мне, а в сторону:

 — Зря я поручил Валенку разбираться с твоим змеем.

 — Каким еще змеем… — начал я, вспомнив об уговоре с байкером, но тут же махнул рукой.

 Ясно, что Грегу уже все известно о нашей дурацкой ловле змея на живца. Наивно было бы полагать, что Валенок что-то от него сумеет скрыть. Я скорчил рожу и приготовился выслушивать критику.

 Но Грег вовсе не собирался читать мне выговоры или устраивать разбор полетов.

 — Я предполагал, что змей тебе угрожает, — заявил он. — И ошибся. Поэтому первым его не трогай. Если попытается напасть — тогда разберешься сам, без помощников…

 Я вспомнил методы Валенка и подумал, что после такого избиения этот змей еще долго ко мне не приблизится. Впрочем, кто его знает, какая у него регенерация…

 — И что мне с ним делать? — спросил я, помешивая картошку.

 — Да ничего. Не обращай на него внимания.

 — Хм… это нелегко.

 — А ты попытайся.

 — А он точно не угрожает?

 — Нет. Он за тобой следит. Видимо, по поручению своего хозяина. Следит и ждет.

 — Чего ждет?

 — Твоей ошибки. Нашей ошибки. Видишь ли, у нас не принято переманивать учеников. Но ученик может уйти сам. Его могут выгнать…

 — У кого — у нас? — не удержался я.

 — Скоро узнаешь. Очень скоро. Собственно, по этому поводу я тебе и звоню. Пора готовиться.

 Я с тоской поглядел на сковороду, выключил газ, накрыл ее крышкой.

 — Слушаю. Что я должен сделать?

 Как чувствовал, что разговор предстоит долгий, — и не ошибся.

 — Ты, наверно, помнишь, что я сказал при нашей первой встрече, — начал Грег. — Нет смерти — есть превращение. Но эти вещи по сути очень схожие. Чтобы изменить себя, ты должен родиться заново. Но нельзя родиться, предварительно не умерев.

 Я задумчиво поглядел на сковородку, вот только никаких позитивных эмоций больше не испытал. Заявление Грега играючи отбило мне весь аппетит.

 — Значит, умереть? — повторил я, пытаясь обернуть дело в шутку. — А потом воскреснуть? Это что, новое задание?

 — Вроде того, — подтвердил Грег.

 — Чудесно! Великолепно!

 — А что в этом такого? Время от времени надо сбрасывать шкуру, — нравоучительно сказал Грег. — Ты растешь, и старая кожа становится тебе мала. Собственно, она тебе уже жмет, разве не чувствуешь?

 — Ну разве что в плечах немного, — принужденно засмеялся я, невольно бросая взгляд на левую руку. Сейчас на моем желтом — лучшем, — глазу была повязка, но я и так знал, что увижу, если ее сниму: похожая на дорогую перчатку белая чешуя вместо кожи и короткие заостренные темные когти. — Но в целом она меня вполне устраивает. Я все-таки не змей, чтобы шкуру сбрасывать… по крайней мере не змей большей частью!

 Но Грега было не так просто сбить с темы.

 — Змей не змей, это неважно. Надо ловить моменты, подходящие для перемены. Сейчас ты на пороге такого момента. Но, если пришла пора меняться, а ты упорно цепляешься за старое, начинается застой, который заканчивается катастрофой. И перемены все равно происходят, только очень болезненно и… в неправильную сторону.

 — Это в какую? — мрачно спросил я.

 — Падать всегда легче, чем подыматься, — философски заметил Грег. — Чтобы этого не произошло, мы, Алекс, с тобой и возимся. Сам иногда не пойму, зачем мне это надо…

 «Так, может, и не надо?» — с надеждой подумал я.

 Грег засмеялся.

 — Я же не говорю, что тебе придется умереть на самом деле. Зачем впадать в крайности? Пока не припекло, попробуем провести превращение щадящими методами.

 Я помотал головой, не поверив ни единому его слову.

 — Знаю я ваши «щадящие методы». Насмотрелся в Зеленкино. Что-то мне все это не нравится!

 — Ничего, ты еще войдешь во вкус. Некоторые так увлекаются переменами, что их прежняя личность исчезает вовсе.

 — Во вкус чего — самоуничтожения? Так, давай перейдем к конкретике. Что мне надо будет делать на этот раз? Как именно мне предстоит умереть, чтобы переродиться?

 Грег помолчал и неожиданно предложил:

 — А давай сам..

 — Что — покончи с собой?

 — Зачем же так сразу? Найди способ умереть и воскреснуть.

 Ну и задачку мне задали! Вот так с ходу разрешить вопрос, над которым тысячелетиями бьются лучшие умы человечества. Когда первый шок прошел, мне стало смешно. Грег же не может требовать от меня такое всерьез! Я даже заподозрил, что он просто хочет отделаться от меня.

 «Стоп! — сказал я себе. — Спокойно! Будем рассматривать это задание как коан. Хлопок одной ладонью, и все такое. Ну, поехали…»

 С полчаса я прикидывал варианты решения задачи и так и этак, а потом отправился на поиски по традиционному маршруту — в Интернет. Поиски в Сети вскоре принесли кое-какие результаты. Как ни странно, тема смерти, перерождения, воскрешения и обновления оказалась, без преувеличения, популярной. Я даже нашел целый психологический тренинг. Заключался он в следующем: компания едет в лес, каждый выкапывает себе могилку, забирается туда и целый день тихо в ней сидит. А вечером возвращается к жизни цветущим и обновленным. Называется — «обряд ритуальной смерти». Просто праздник какой-то!

 «Нет, — думал я, — нутром чую, все не то. Не ритуал имел в виду Грег. Игра и есть игра. Умереть понарошку — а превращаться что, тоже понарошку? Если бы я организовывал этот ритуал сам, я бы сделал так, чтобы, по крайней мере, угроза гибели была настоящая…»

 Но если подвергнуть свою драгоценную, единственную жизнь смертельному риску, где уверенность, что этот риск не станет напрасным? Как побывать на том свете и с гарантией вернуться назад?

 Безвыходная ситуация.

 Я лениво перебирал ссылки, которые выдал поисковик на слово «превращение», уже не надеясь найти что-то толковое. Глаз зацепился за странную фразу:

 «Смерть только освобождает от телесных оков…»

 «А ну-ка!» — Я с воодушевлением щелкнул по ссылке и прочитал всю фразу целиком:

 «В любви и смерти — путь к превращению. Вместе они сжигают жизнь, что отделяет человека от страны, из которой не возвращаются…»

 Ни начала, ни конца, ни пояснений, и даже источник указан не был. Ну и что бы это значило?

 Я почесал в затылке. В этом загадочном отрывке определенно был какой-то смысл. Я это чувствовал, только не мог выразить словами или хотя бы сформулировать мысленно.

 «Это не ответ, — сообразил я. — Это подсказка…»

 Грег сказал сегодня немало слов о смерти, но о любви даже не упомянул…

 Несколько минут я сидел неподвижно, повторяя про себя эту фразу. Потом меня посетила неожиданная идея. Я взял телефон, набрал номер Ники и пригласил ее в гости. Под предлогом проконсультировать меня и посоветоваться. И вообще обсудить происходящее. Хотя сам толком не понимал, зачем она тут нужна.

 Ну, если не считать того, что я по ней давно уже соскучился.

 Дождь на улице усиливался. Казалось, уже темнеет, хотя до заката было еще далеко. Снаружи было сумрачно, свистел ветер, капли барабанили по стеклу. Мы с Ники сидели на полу — она на ковре возле дивана, я на паркете под батареей, куда, откровенно говоря, уже несколько дней как перебрался спать. Пили чай. Разговаривали об интересном. Я глядел на Ники, как она рассеянно перебирает мои книги, время от времени быстро взглядывая на меня, и думал — хоть бы этот день тянулся подольше! На душе было невероятно спокойно и тепло. Наверно, это и называется — быть довольным жизнью. И почему я не приглашал ее в гости раньше?

37
{"b":"229015","o":1}