ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Югославская трагедия
Полуденный бес. Анатомия депрессии
Любовные драмы звезд отечественного кино
Великие мужчины
Северная Академия
Игра Кота. Книга седьмая
Тёмный ручей
Ежевичная зима
Меланхолия сопротивления
Содержание  
A
A

 — Че надо, металюги?

 Валенок положил мне руку на плечо.

 — Да ты расслабься, чувак! Это наш деревенский родственник — впервые в жизни увидел ролики.

 Я аж задохнулся от негодования. Мальчишка с презрением захихикал. Мне жутко захотелось дать ему по морде, но я сдержался. Не хватало еще связываться со школьниками!

 — Валенок, какого хрена?! — воскликнул я, когда пацан исчез за кустами.

 — Тсс! — сказал он. — Не ори. Это куколка.

 — Кто?!

 — Куколка дракона.

 Я поспешно оглянулся вслед роллеру, но тот был уже далеко.

 — Вот так и я тебя в марте распознала, — сказала Ники. — Грег как раз проводил урок о куколках. А вечером я еду в трамвае и смотрю — да вот же она!

 — И что дальше с тем парнем? — спросил я, тщетно высматривая вдалеке огненные крылья. — Будете его учить, как меня?

 — Вот еще, — возмутился Валенок. — На фига он нам сдался? Он же ярко выраженный красный!

 — Возможны разные варианты, — ответил Грег, никак не отреагировав на реплику Валенка. — Например, на него положит глаз Красный клан. Или кто-нибудь из одиночек. Учитывая интенсивность свечения, это очень возможно. К слову, ты светился гора-аздо слабее.

 — То есть, если бы не прихоть Ники, фигушки бы вы мною занялись, — проворчал я.

 Грег спокойно кивнул и продолжил:

 — Может, он сумеет превратиться сам, — но это маловероятный вариант. Правда, — и это очень интересный факт! — обстоятельства обычно складываются в этом смысле благоприятно для куколки. Но далеко не у всех хватает ума или интуиции ими воспользоваться. Так что, скорее всего, он постепенно погаснет. Это наиболее вероятно. Сотни куколок гаснут каждый год, не получив поддержки. Природа к одиночкам равнодушна.

 — А еще варианты есть? — спросил я, крайне заинтересованный.

 — Есть, — кратко ответил он. — Еще один. Плохой.

 — Какой?

 — Стать змеем.

 Парень снова появился вдалеке. Он лихо нарезал круги возле стадиона, полыхая крыльями. Я провожал его взглядом, размышляя о последних словах Грега.

 И тут у меня за спиной раздалось деликатное покашливание:

 — Кх-кх… Ничего, что я вас отвлекаю?

 Я резко обернулся.

 Метрах в двух позади меня стояла невысокая стройная девушка лет двадцати с виду. Она тоже была на роликах, в обтягивающих красных шортах и маечке цвета индиго. Шелковистые волосы, отливающие медью, крутой волной падали на плечи. Сквозь пряди длинной челки сверкали неправдоподобно синие глаза.

 Розовые губы дерзко улыбались. Я вдруг обнаружил, что восторженно лыблюсь в ответ, хотя девушка смотрела вовсе не на меня, а на Грега.

 — Я первая его заметила, — сообщила она с вызовом. — Я пасу его от самого метро.

 — И что дальше? — спросил Грег.

 Роллерша смерила его взглядом. Смотрела она бесстрашно, чтобы не сказать нахально. Я бы не хотел, чтобы моя подруга смотрела таким взглядом на компанию незнакомых мужиков.

 — Все еще не понятно? Валите отсюда!

 Я понял, почему она показалась мне знакомой — выражение лица в этот момент у нее было в точности как у Валенка.

 Роллерской «защиты» на синеглазке не было: ни шлема, ни наколенников с налокотниками. Только на правой руке — толстая перчатка. Я пригляделся и с легким холодком отметил, что с правой кистью у девушки серьезные проблемы. Мало того что она казалась гораздо больше обычной человеческой, так там и пальцев было явно меньше, чем полагается.

 Девушка уперла левую руку в бок.

 — Это моя куколка, поняли?

 — А как насчет территории? — вежливо уточнил Грег. — Она ведь не твоя?

 Та и глазом не моргнула.

 — Ну так и не ваша!

 Парень-куколка так и болтался возле стадиона. Он описал широкую дугу у касс и принялся выделывать затейливые петли.

 — Подожди, подруга, сейчас он снова сюда прикатится, и мы поделим его пополам, — пошутил я, чтобы разрядить обстановку. И слегка сбить с нее спесь.

 Кажется, я сделал это зря. Синеглазка окинула меня взглядом с головы до пят и зловеще ухмыльнулась. А потом принялась медленно, демонстративно стаскивать с правой руки перчатку. Ники и Валенок попятились. Грег остался на месте, не спуская с нее глаз.

 — Бронзовая! Она же бронзовая! — услышал я рядом испуганный шепот Ники. — Они лучшие из боевых…

 — Не бронзовая, — пробубнил Валенок. — Хуже. Я вообще таких ни разу не встречал.

 — Слушай, Черный лорд, — сказала наглая девица, одну за другой расстегивая липучки перчатки, — твой ученик меня оскорбил.

 — Эй, я же ничего обидного вроде не сказал! — возмутился я.

 — Не сказал, — согласилась она. — Но мне не понравилось, как ты на меня смотрел.

 — А как я смотрел? — удивился я еще сильнее.

 — Недостаточно восторженно, — ухмыльнулась она.

 Перчатка была снята. Я офигел. Под ней оказалась когтистая четырехпалая лапа, покрытая темно-синей, словно лакированной, чешуей. Девушка бросила перчатку мне под ноги.

 Но, прежде чем я успел отреагировать, Грег нагнулся и подобрал перчатку.

 — Я буду сражаться вместо него, — объявил он.

 Дракониха пожала плечами.

 — Да, пожалста. Так даже интереснее. Сначала с тобой расправлюсь, а потом и мелкого поучу.

 — А я на вас полюбуюсь, — сказал Валенок, — «Расправлюсь», хе-хе… Вах, какой горячий дэвушка!

 Девица прищурилась.

 — Ты следующий, здоровяк!

 — Эх, надо было первым вызваться, — пригорюнился Валенок. — Вечно Грег меня опережает…

 — Может, представишься? — предложил Грег.

 — Лея Драганка, — она горделиво подняла подбородок. — Запомните это имя! Оно еще прогремит на ваших унылых болотах. А вы можете не представляться. Я и так про вас слыхала. Черный клан с Яхтенной: два упыря и упыренок с фобией…

 «Это она обо мне, что ли?» — гневно подумал я.

 Грег повертел в руках перчатку, оглянулся и небрежно бросил ее на траву.

 — Отойдем с аллеи, — сказал он. — Тут слишком людно. Уйдите все. И уберите Алекса. Да подальше!

 — Эй, Грег, — тихо предупредил Валенок, когда мы переходили с аллеи на обширный газон, — сейчас полдень, ее время, да еще жара. Ты бы поосторожнее…

 — Разберемся, — буркнул Грег.

 — Черный, ты готов? — окликнула его Драганка.

 В следующий миг они оба совершили превращение. Мимо все так же ходили люди, у стадиона играла музыка, но тот мир, который я теперь воспринимал как пленку на поверхности настоящего, стал далеким и нереальным. Реальны были лишь два дракона, застывшие друг напротив друга.

 В первый раз я видел Грега так близко, что мог рассмотреть каждую его чешуйку. Но все мое внимание было приковано к драконше.

 Она оказалась синей — от усов до хвоста.

 Ничего настолько красивого я в жизни не видал. Ее глянцевитая чешуя казалась отлитой из жидкого стекла и фаянса. При малейшем движении она переливалась, меняя цвет от нежно-бирюзового до глубокого, почти черного индиго. Только глаза, похожие на два сапфира, практически не менялись, оставаясь такими же холодными и наглыми. Грег рядом с ней выглядел однотонным черным пятном без нюансов и оттенков.

 Текли секунды, а драконы по-прежнему стояли метрах в пятнадцати друг от друга, не шевелясь и даже не дыша. Я увидел, как едва заметно трепещет кончик хвоста Драганки, и подумал, что все это напоминает встречу двух матерых котов на нейтральной помойке. Дальше я аналогию развить не успел, потому что мне вдруг стало жутко.

 Это было похоже на то, что я испытывал в своих кошмарах или той ночью в Зеленкино, или когда Валенок сцепился с белым драконом возле проходной… Теперь я, правда, отчетливо понимал, что страх не мой, что он мне внушен извне, причем даже не нарочно, а как побочный эффект драконьего боевого состояния, — но легче-то от этого не становилось! Драконы все стояли, глядя друг другу в глаза, и вокруг каждого из них распространялась невидимая аура, легчайшее прикосновение к которой вгоняло в ужас. Сердце застучало, ладони вспотели. Напряжение росло. Воздух становился вязким и душным, словно его заколдовала Лигейя. Я почувствовал, что вот-вот потеряю сознание…

79
{"b":"229015","o":1}