ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Наконец, майор поднял голову, внимательно посмотрел на Эмиля и сказал.

— А, добрый день! Ну, что будем делать? Когда обнаружим убийцу Беллы Кони?

— Я думаю, через несколько дней…

— Значит, продвинулся? — в его голосе прозвучал интерес, который он явно не хотел показать.

— Хм… — промычал Эмиль. — Это как посмотреть… Прежде всего, я хотел спросить, нет ли у вас каких-нибудь материалов об Илие Аиоаней.

— А это ещё кто такой? — майор Николау сделал вид, что и представления не имеет об этом человеке.

— Муж Флорики Аиоаней, которая удочерила Дойну Коман.

— Погоди, погоди! Дойна Коман, Флорика Аиоаней, Илие Аиоаней… Да ты что, дорогой, думаешь, что у меня здесь домовая книга? Откуда мне их всех знать? Давай подумаем не спеша… Флорика Аиоаней… хм… это имя я где-то слышал… Ах, да, конечно… Такая славная старушка… По-моему, несколько дней тому назад я дал тебе о ней сведения… А теперь ты хочешь узнать про её мужа… Ты думаешь, что это он убийца? Вполне возможно… Только, по-моему он просто не успел сделать этого… Ведь он погиб на фронте… В Чехословакии… Да, да… Я думаю, что ты узнаешь о нём в Ассоциации борцов-антифашистов. Я больше ничего не знаю… Ей богу, не знаю… Чего ты так на меня уставился? Раз я говорю, что не знаю, значит — не знаю!

— Можно мне ещё что-то спросить? — кротко, как ученик, желающий заслужить расположение учителя, произнёс Эмиль.

— Можно.

— Видите ли вы какую-нибудь связь между делом о краже браслета и смертью актрисы?

— Вижу! Я одинаково сильно запылился, разыскивая материалы и по тому и но другому делу. Если в этом может состоять интересующая тебя связь — пожалуйста, я её вижу!

Майор остановился и снова внимательно посмотрел на Эмиля. Казалось, он спрашивал, зачем ему понадобилось «откапывать мёртвых» и искать разгадку тайны, которая больше никого не интересует. Наконец, он решился продолжать:

— Ладно… Я нахожусь здесь, чтобы выполнять свои обязанности. Вот я их и выполняю… Но — не больше того!

В его голосе прозвучал упрёк? Эмиль предпочёл не придавать этому значения.

— Всё же, если хочешь, я тебе отвечу: связь я вижу! Однако, может быть, я ошибаюсь… Поэтому я тебе ничего и не сказал… Тем более что я здесь не для того, чтобы решать ваши загадки, а для того, чтобы помогать вам в расследованиях.

Эмиль заметил, что майор вдруг перешёл на множественное число.

Касается этот его гнев всех вообще или относится только к нему? Если так, значит, он сердит на Эмиля, потому что он обращается к своим сотрудникам на «вы», лишь когда сердится. Но за что он рассердился? — спросил себя Эмиль.

— Есть ещё вопросы? — сухо спросил майор.

— Нет… Спасибо, — кротко ответил Эмиль и добавил:

— Разрешите идти?

— Вы свободны! — не глядя на него, отрезал майор. Эмиль вышел из крепости Николау, смеясь про себя.

Значит, майор рассердился на него! «Вы свободны!» «Ладно, — подумал Эмиль, — у меня тоже есть для вас сюрприз!» Охваченный внезапным весельем, он быстро, шагая через две ступеньки, поднимался к себе в кабинет. Но это его утомило и, прежде чем открыть дверь, он остановился передохнуть.

В кабинете его ждала Ана.

— У нас много дела, — сказал Эмиль и повелительно добавил: — Записывай: 1. Доставишь мне данные о некоем Илие Аиоаней. Ты найдёшь их в Ассоциации борцов-антифашистов. Я приготовил письмо с просьбой, чтобы тебе помогли это сделать; 2. Найдёшь предлог и нанесёшь ещё один визит Флорике Аиоаней, чтобы посмотреть…

Эмиль резко остановился.

— Нет… туда пойду я… Я хочу убедиться своими глазами… Значит, 3. Хм… третьего не надо…

— Можно мне задать вам один вопрос, товарищ начальник? — спросила Ана с тем серьёзным выражением, которое появлялось у неё каждый раз, когда Эмиль говорил с ней, как с подчинённой.

— Можно! — коротко ответил Эмиль, вспоминая такой же краткий ответ Николау.

— Зачем нам данные об Илие Аиоаней? Вы предполагаете, что ему известно всё о смерти актрисы?

— Это не имеет никакого значения! — убеждённо воскликнул Эмиль. — Ведь известны случаи, когда виновный умирал раньше жертвы! — с таинственным видом пояснил он свои слова.

Ана отправилась выполнять приказ капитана Эмиля Буня.

Эмиль между тем нанёс короткий визит Флорике Аиоаней. Хотя он решил вести себя как можно естественнее, что-то его стесняло. Положение ещё осложнилось тем, что вместо старухи дверь открыла Дойна.

Она узнала Эмиля.

— Разрешите? — спросил он.

Дойна впустила его и закрыла дверь.

— Пожалуйста.

— Мне хотелось бы… хотелось бы… То есть, в связи с обменом… — заикался Эмиль. Наконец он нашёлся: — Ваша мама обещала мне поинтересоваться, нет ли в этом доме свободных квартир…

— Извините, но я об этом ничего не знаю… А мамы нет дома… Она пошла получать пенсию… — сказала Дойна.

— Хм… хорошо, извините! Спасибо… извините… я ещё зайду… конечно, если не помешаю…

— Нет, пожалуйста… раз вы договорились с мамой! — Дойна с удивлением глядела ему вслед.

Эмиль сбежал по ступенькам бегом. Того, что он искал, на стене холла не оказалось. Он приходил, чтобы ещё раз взглянуть на ту фотографию, где муж старухи был снят на площади в Праге вместе с группой своих боевых товарищей. Но фотографии там больше не было!

Вместо того, чтобы огорчить Эмиля, это его развеселило. «Значит, я был прав! — подумал он. — Если она убрала фотографию, значит, это был он!»

После трёх дней дополнительных разысканий, во время которых он особенно интересовался мужем Флорики Аиоаней и ещё несколькими чрезвычайно важными, как он заявил Ане, вещами, наступил наконец великий день.

Все люди, так или иначе причастные к «делу Беллы Кони», были приглашены на этот вечер в Главное управление милиции. Эмиль оформил для всех пропуска и позвонил по телефону. И лишь капитану Орнару, который позвонил ему сам, спрашивая, что означает это приглашение, он сказал, что тот может не приходить — если ему не хочется или если он плохо себя чувствует.

У капитана милиции

Оказалось, что кабинет Эмиля был слишком мал для того, чтобы вместить всех приглашённых. Это стало заметно, когда Ана и Эмиль начали вносить в него стулья.

— Мы здесь задохнёмся! Давайте пойдём в другое место.

Ровно в восемь часов вечера все были в сборе.

Эмилю пришлось просить специального разрешения, чтобы созвать их в такой час.

— Да что такое? — спросил его начальник. — До восьми часов ты занят? На пирушку их приглашаешь, что ли?

— Нет… — смутился Эмиль. — Но…

— Ну а как, убийцу нашёл? — спросил начальник.

— Почти, — ответил Эмиль.

— Почти! Это ещё что за слово?

В конце концов ему всё же разрешили собрать людей в восемь часов вечера. Все горели нетерпением узнать разгадку этой старой тайны. Единственным неудобством мог быть спектакль Сырбу. Но спектакля в тот вечер не было.

— Нет, дорогая! — сказал он Ане, которая позвонила ему по этому случаю.

— Значит, вы придёте?

— А что я буду там делать, дорогая?

— Увидите своих… старых знакомых! — сказала Ана.

— Нет, я не могу, дорогая! Сегодня я должен совершить преступление!

— И всё-таки, — придёте?

— Ну хорошо, приду! С милицией лучше не ссориться. Тем более что скоро мне придётся сдавать экзамен на получение водительских прав.

— Желаю вам успеха! — засмеялась Ана. — Но знайте, что друзей и таких важных людей, как вы, мы заставляем сдавать экзамен по два-три раза — для того, чтобы уберечь их от несчастных случаев!

— Значит, вы превратили меня в феномен природы, дорогая?! Но скажите, дорогая, не обнаружили ли вы: убийца — это как раз я и есть?!

— Вам лучше знать, — ответила Ана.

Первым явился умирающий от любопытства Серджиу Орнару. Он приехал на своей развалине — «джипе», прошедшем не меньше двухсот тысяч километров, который стоил ему меньше, чем моторная лодка.

— С меня и такого довольно! — говаривал Орнару. — Ездить на окрестные озёра…

36
{"b":"231300","o":1}