ЛитМир - Электронная Библиотека

— Это я знаю, — откликнулся Эйб.

— Ладно, давай натопим еще немного снега и ты можешь отправляться в путь.

Они растопили еще снега на плитке, набросав его в котелок, и полили веревки, связывающие лыжи, и закрепленное на них одеяло, чтобы получить более жесткую конструкцию санок-волокуш. Кросс читал о таком способе, но пробовал его сам на практике впервые. К его удивлению, вода тут же замерзла на морозе и сковала и веревки, и одеяло тонким ледовым панцирем.

Они осторожно положили на них Люиса, устроили его как можно удобнее и Кросс стал надевать лыжи, которые, как он понял из слов Бэбкока, принадлежали Ларрейби. Крепления почти не пришлось регулировать.

Итак, Хьюз с Люисом направится дальше по тропе, чтобы попытаться пробиться к добровольцам, несмотря на то что его путь преграждало неизвестное количество врагов.

Но такое же неизвестное количество врагов было и в долине у дороги на Вернесберг, да еще с группой детей-заложников, поэтому Кросс решил, что шансы умереть у него с Хьюзом остаются равными.

Эйб оттолкнулся палками и стал спускаться по склону, поворачивая из стороны в сторону, сначала неуверенно, потом все быстрее и быстрее, как заправский горнолыжник. Вот он скользнул мимо огромного валуна, похвалив себя, что вовремя его заметил, и немного притормозил, потому что самая крутая часть склона еще была впереди. Понемногу он вспоминал старые навыки, которым, впрочем, совсем бы не позавидовал, скажем, Жан Клод Килли. Кросс успокоил себя мыслью о том, что впереди у него долгий путь — миль пятнадцать — и возможности потренироваться и улучшить технику будет более чем достаточно.

“Интересно, — вдруг ни с того, ни с сего подумал он, — согласится ли Джилл Бейтс сделать массаж и мне?”

Эйб оттолкнулся палками, прибавил скорости и помчался вниз по склону.

Дарвин Хьюз тащил за собой импровизированные сани с Люисом Бэбкоком и мысленно разговаривал с ним, не рискуя высказывать вслух то, что вспоминалось ему из своей жизни, чтобы не производить лишнего шума.

Перед взором Хьюза вставали картины того, как отец взял его с собой в лес и впервые дал пострелять из старенького армейского “Кольта”, с которым он не расставался. Как он попал в ОСС, прибавив себе возраста, чтобы его взяли в армию, конечно, с согласия родителей. В своем учебном подразделении Дарвин оказался наилучшим снайпером, он стрелял даже намного лучше, чем инструктор по огневой подготовке. Кроме того, Хьюз продемонстрировал отличную выучку в мастерстве рукопашного боя и, окрыленный своими успехами в военном деле, вызвался добровольцем в воздушно-десантные войска.

Затем Дарвина однажды разбудили поздним вечером и сообщили, что его армейская подготовка закончена и что на проходной его ожидают какие-то люди, которые хотят с ним поговорить. Когда он вышел к ним, те сразу ему сказали, чтобы он забыл о службе в армии и больше о ней и не мечтал. Они поинтересовались, где он научился говорить по-немецки и попросили рассказать о себе на этом языке. Дарвин ответил, что на немецком всегда говорила его бабушка, мать мамы и нехотя выполнил просьбу, отбарабанив свою не такую уж большую биографию. Затем один из незнакомцев обратился к нему на этом же языке и стал быстро говорить, Хьюз даже толком не успел понять, что именно. Он на секунду оторопел и потерял самообладание, так как подумал, что это шпион и кинулся на него с кулаками. В то время ему не надо было объяснять, как следует поступать со шпионами.

Дарвина оттащили, успокоили и сказали, что его произношение ужасно и что на таком немецком уже не разговаривают лет сорок. Потом они спросили, где он научился читать по губам. Хьюз объяснил, что в детстве у него были проблемы со слухом, тогда-то он и научился понимать по губам то, что ему говорили. Впоследствии слух нормализовался и сейчас он слышит даже лучше других — честно! — но способность читать по губам он не утратил и иногда применял ее ради развлечения. Тогда ему на полном серьезе задали чисто риторический вопрос: хочет ли он помочь своей стране и применить на практике свои довольно уникальные способности? Он едва не запрыгал от радости.

В некоторых случаях, те, которые работали на ОСС, даже не подозревали, в какой организации они состоят, и узнавали правду только многие годы спустя. Дарвин же знал об этом с самого начала, еще до высадки союзных войск в Нормандии. До этого он уже успел побывать несколько раз в Германии, но больших заслуг по этому поводу себе не приписывал. Подумаешь, большое дело! Даже если предположить, что над территорией Германии выбрасывали по десять парашютистов в течение года, то в общем их набралось бы достаточное количество, чтобы взять штурмом Берлин. Но ведь не взяли!

Гюнтер Ран поклялся найти Фазиля — найти и убить.

Но сначала надо заняться детьми.

Если его перехватят, они станут залогом его безопасности, пусть хотя бы и временной. И не потому, что так приказал Фазиль, а потому, что другого выхода нет. Когда же школьники станут не нужны, он просто избавится от них. Слишком много любопытных детишек слышало его имя и, конечно же, с удовольствием сообщат это полиции, да еще и опишут его внешность. Не говоря уже об учительнице и о француженке, водителе автобуса.

Когда Гюнтер связывался по рации в последний раз с Робертом, тот сообщил ему, что он с десятком товарищей преследует беглецов из Сан-Мартина — видимо, из числа тех, кто вызвался сыграть роль заложников при отработке операции в компании одного или двух контртеррористов, которых приказал ему устранить Фазиль. Ран распорядился, чтобы тот продолжал преследование, во что бы то ни стало догнал и уничтожил всех беглецов. Сделал он это только потому, что не хотел больше видеть Роберта рядом с собой. Побег из Европы был рассчитан только на одного человека, а у Роберта теперь есть все шансы поймать пулю при погоне.

О тех, кто ехал с ним в грузовике — о водителе и о сообщниках в кузове — тоже не стоит беспокоиться. Он легко избавится от них, как и от тех, кто остался у школьного автобуса.

Концы в воду — и из Европы! Фазиль же свое получит, не сейчас, а тогда, когда он совсем не будет ожидать мести. Если же он не сумеет посчитаться с ним собственноручно, то просто сообщит американцам, что организовал все эту заваруху Фазиль и пусть ЦРУ само нанимает убийц, чтобы отплатить ему.

Так или иначе, Фазиль не уйдет от мести.

Гюнтер взглянул на часы. Еще десять, максимум пятнадцать минут, — и пора будет убирать свидетелей...

Глава 35

Хьюз видел, как от подножия горы по склону поднимается цепочка вооруженных террористов, на которых сверху, из-за валунов, летели редкие камни, не причиняющие, однако, никакого вреда нападающим. За валунами, по всей видимости, укрывались добровольцы. Кто же ими командует? Наверняка Рейнс, принимая во внимание его воинское прошлое.

Штурмующие карабкались вверх в зловещем молчании, словно при психической атаке. Они не стреляли, так как уже поняли, что безоружные беглецы через несколько минут и так станут их легкой добычей.

Дарвин присмотрелся повнимательнее в ту сторону, где они залегли и заметил узкую тропинку, закрытую со стороны склона валунами. Если он поторопится и если скорость продвижения цепочки штурмующих не возрастет, то можно добраться до защищающихся раньше бандитов.

А гранаты можно приберечь на тот момент, когда уж не останется никакого другого выхода.

Дарвин заметил, что бандиты неумолимо приближаются к валунам, из-за которых в них продолжали лететь камни. Прозвучало несколько коротких очередей, и камни перестали падать.

Хьюз продолжал бежать по тропинке, которая тянулась над тем местом, где засели отчаявшиеся обороняющиеся. Мысли его путались. Не свернул ли себе шею по опасному пути к детям Эйб Кросс? Если он сам не сможет выручить добровольцев, найдут ли Бэбкока? Или он замерзнет насмерть?

Еще несколько секунд — и Дарвин увидел сбоку тропинки расщелину, которая тянулась вниз, к валунам. Его план был прост — добраться до беглецов и раздать им все оружие, которым он был увешан, словно рождественская елка.

25
{"b":"2314","o":1}