ЛитМир - Электронная Библиотека

«Век свой Петр Васильич (мельник-колдун. — М. В.) неспокойно прожил: с моргулятками тяжело ладить. Они знали свое дело и сильно его донимали. Посылал он их песок считать, пеньки в лесах (самое трудное для беса: иной пенёк ведь с молитвой рублен)» (Самар.).

Название нечистого духа, услужающего (и, одновременно, докучающего) колдуну — моргулятка — скорее всего характеризует его как существо мелкое, мелькающее, стремительное и суетливое, ср.: одним моргом сделать — «сделать очень быстро» <Даль, 1881>; моргнуть — «убежать, побежать, скрыться» (Тульск.); моргучий — «часто мигающий, моргающий» (Орл., Ряз.); привередливый, капризный (Моск.); морготать — «шумно вести себя, хихикать» (Читин.) и т. п.

МОРОК — сон, в котором человек видит самого себя; по народным поверьям, является приметой скорой смерти (Костр.).

МОРОКА — призрак (Курск.).

МОХОВИК, МОХОВОЙ — лесной дух, обитающий среди мха, дух, обитающий в моховом болоте.

«Собрались все бесы до кучки: водяной, лесовой, полевой, моховой» (Смол.).

Сведения о моховиках немногочисленны. В Олонецком крае говорят, что моховик — самый маленький из лесовиков, подчиненных старшему лесовику — великану, лесному царю.

На Вологодчине считали, что моховики — «маленькие, в четверть аршина старички, так что они могут прятаться во мху, им и питаются» <Черепанова, 1983>.

По поверьям Смоленской губернии, моховой — дух, обитающий в моховом болоте.

«Хозяин» мха (не именуемый, правда, моховиком) упоминается в быличке Новгородской области: «Хозяин грибов, мха есть. Хозяин везде должно быть. Он вроде бы выйдет, такой старичок старенький выйдет с-под корня или с земли, окрикнет мальчишек: „Зачем так делаете неладно!“, если они грибы неправильно собирают. Это лесовой хозяин, он бережет, сторожит лес» <Черепанова, 1996>.

Энциклопедия русских суеверий - i_025.png

Н

Энциклопедия русских суеверий - i_026.png

НАВЬ, НАВЬЕ, НАВЬИ, НАВЬЯ, НАВЫ — покойники.

Навье — название покойников, встречающееся еще в летописи и сохранившееся в ряде районов России вплоть до XIX в. (древнерусское «навь» от славянского navѣ из индоевропейского nahu — вид погребального обряда).

На протяжении почти тысячелетия покойники (навьи) наделяются в поверьях способностью «жить» после смерти. Так, для навий, по свидетельствам XIII―XVI вв., топили баню в Чистый четверг Пасхальной недели, приглашая покойников мыться. При этом на пол бани насыпали пепел, а обнаружив на пепле следы, напоминающие птичьи, считали, что навьи были в бане: «Приходили к нам навья мытися!»

«В Лаврентьевской летописи сообщается: „…приведе Янка митрополита Иоанна скопьчину, его же видевши людье все рекоша: се навьи (по другому списку мертвец) пришел; от года бо до года прибыв умре“. <…> В древних переводах библейских книг навь употребляется еще в смысле ада, тартара, как царства мертвых» <Троицкий, 1892>.

Покойники-навьи, по поверьям, могли посещать дома своих родственников, отмечая, вслед за живыми, большие годовые праздники. На юго-западе России четверг Пасхальной недели именовался «навский великдень, Пасха мертвецов»: покойники в это время отправляли в церкви праздничную службу.

«Навским днем» («навьим днем, навьими проводами») в некоторых районах России называли Радуницу (вторник Фоминой недели), один из главных поминальных, родительских дней, когда обязательно ходили на кладбище, захватив с собой еду и питье (ими делились с покойниками).

Традиционно считалось, что умершие влияли на бытие живых людей, помогали им или, напротив, вредили — в частности, вызывали болезни (см. ПОКОЙНИКИ). Согласно летописному свидетельству, эпидемия чумы в Полоцке (1092 г.) сопровождалась нашествием навий; «Летописец, рассказывая о явлении незримых бесов, которые рыскали на конях и поражали смертию полочан, прибавляет, что в то время говорили „Яко навье бьют полочаны“, то есть что мертвецы карают народ чумными стрелами. В Переяславском списке это место варьируется так: „Из навей дети нас емлют“» <Троицкий, 1892>.

В целом навьи Древней Руси характеризуются, видимо, сходно с покойниками в верованиях XIX―XX вв.: это «живые», двойственные в своих проявлениях существа, поведение которых во многом определяется родом их смерти («естественной» или безвременной, неестественной), характером погребения, рядом других причин.

Поэтому, хотя в навьях и видят иногда только «чужих», «зловредных» мертвецов, отличных от «своих» предков <Рыбаков, 1987>, достаточного основания для такого жесткого разделения, думается, нет. Как отмечает Ф. Буслаев, «старинное название мертвеца — навье и доселе употребляется в орловском наречии. Как в областном языке мы видели взаимную связь понятий мертвеца и привидения, так и наши летописи свидетельствуют, что нечистая сила являлась в образе навий. <…> Самая грамматическая форма слов „навье“ и „родители“ свидетельствует о смутном, неопределенном представлении, какое имели наши предки о душах покойников: форма среднего рода навье указывает на что-то безличное, лишенное человеческого образа (или однозначно определенного облика. — М. В.); а множественное „родители“, для означения одного покойника, не оставляет сомнения, что определенный образ усопшего… сглаживался в безразличной массе собирательного понятия» <Буслаев, 1861>.

Уточним, однако, что характерное для определения навьи «сглаживание» понятий об умерших в поверьях XIX–XX вв. сосуществует с конкретно-материальными, даже детализированными представлениями.

НАВНОЙ, НАМНОЙ — дух, появляющийся в доме и «наваливающийся» на людей; домовой.

«Не ложись у порогу — навной перешагнет» (Твер.).

Навной, намной — одно из наименований домового духа, ночью «наминающего» людей к переменам в их судьбе; он может показываться в облике призрака, тени, но при этом оставляет весьма материальные следы — синяки на теле человека (Твер.), что «предвещает несчастья» (Яросл.).

В варианте названия домового — навной — очевидна связь со словом «навь» (навье) — «мертвец, покойник» <Черепанова, 1983>. Это свидетельствует о связи образа домового духа с культом предков. Нередко домовой в поверьях прямо являет собой покойника (см. ДОМОВОЙ), что и отражено в названии навной.

НАВПА — водяной-полурыба (см. ВОДЯНОЙ).

Название навпа (включающее «навь» — покойник), по-видимому, отражает представления о водяном как о покойнике, предке (см. ВОДЯНОЙ).

НАЛЁТ — нечистый дух, прилетающий к женщинам змей, оборачивающийся человеком (см. ЗМЕЙ).

«Налёт может иметь вид „огненной метлы“» (Влад., Яросл.)

Согласно поверьям Владимирщины, налёт прилетает к тем, кто безмерно тоскует об умерших; но для окружающих он невидим.

НАСЫЛЬНЫЙ БЕС — нечистый дух, вызывающий болезни.

По сообщению Г. Попова, «некоторые калужские, орловские, пензенские крестьяне до сих пор не потеряли веры в насыльного беса, который может принять вид какого-нибудь животного или птицы и, появившись неожиданно перед жертвой, произвести то или другое заболевание» <Попов, 1903>.

НЕ-БОГ, НЕ НАШ, НЕ СВОЙ ДУХ — нечистый дух, который противостоит Богу или принадлежит к иному миру; Дьявол, Сатана; черт.

НЕВЕРНАЯ, НЕ НАША, НЕПРИЯТНАЯ, НЕСВЯТАЯ СИЛА — нечистая сила.

127
{"b":"231641","o":1}