ЛитМир - Электронная Библиотека

– В моей стране говорят – лучше выглядеть глупым, чем открыть рот и дать тому доказательства. Тут именно такой случай.

– Изречение мне нравится. Но вы не выглядите глупой, так что мне не ясно, как вас следует понимать.

– Возможно, они были бы огорчены моим отсутствием, но жить во дворце… Я точно сделаю что-нибудь, что огорчит их куда сильнее.

Он покачал головой.

– Вам всего лишь надо быть самой собой.

– Этого я и боюсь.

– Нет никаких причин для страха.

– Нет, есть. Вот отличный пример. – Она обвела рукой роскошный интерьер салона. – Я выросла в задрипанной квартирке Лос-Анджелеса. И не отличу вилку для креветок от вил.

– Вы преувеличиваете.

– Да. Но суть вы уловили.

– Если вам понадобится узнать что-то в этом роде, будьте поблизости от меня и повторяйте мои действия. Обещаю защитить вас.

Она внимательнее вгляделась в его подчеркнуто доброжелательное лицо.

– Звучит как «доверься мне».

– Верно.

– В моей стране люди предпочитают держаться подальше от человека, если он говорит такое.

– Необычайно циничный взгляд.

– У меня есть на то причины.

– С нетерпением жду возможности их узнать, – сказал молодой человек.

Вероятно, пытается быть вежливым. Улыбнувшись, он прикрыл ее руку своей. Движение, предназначенное успокоить, а вместо того растревожившее.

– Король с королевой предвкушают встречу с вами, внучкой их дорогих друзей, которую они много лет искали.

– Искали? – вскинулась Джессика.

В письме мама сообщала, что забеременела от женатого дипломата и сбежала из дома, не желая навлекать позор на свою семью. Джесс боялась, что эта же семья и к ней повернется спиной, а слова попутчика подарили ей новую надежду.

– Спасибо вам…

Кстати, он представился? Может, совокупность разыгравшихся нервов, скептицизма и его комплиментов заставила ее забыть?

– Извините, не знаю вашего имени.

– Прошу прощения. Упустил из виду. – Он слегка поклонился. – Кардал, сын короля Бхакара Амала Хурани.

Имя показалось знакомым. Наверное, потому что Кардал был частью королевской семьи.

– Значит, мы родственники?

Он покачал головой:

– Ваш род восходит к королям, но то было больше сотни лет назад.

Непонятно по какой причине она почувствовала облегчение, продлившееся до момента, когда вдруг ей стало ясно, отчего его имя звучит так знакомо. И почему она подумала, будто видела его раньше. Потому что фотографии Кардала мелькали в газетах. В жизни он выглядел лучше.

– Вы – принц-бабник.

Кажется, она произнесла это вслух? О господи, выражение его лица подтвердило, что произнесла.

– Вы читаете бульварные газеты.

– Я их не покупаю, – сказала она. Различие невелико, но все-таки оно есть. – Однако их трудно не заметить в магазине, парикмахерской или в приемной у врача.

– Можно было бы выбрать доктора, который не оказывает поддержку сомнительным изданиям.

– Выбора у меня нет. – Вот доказательство, что они живут на разных планетах. Он понятия не имеет о ее мире. – Мои дети ходят к врачу, которого оплачивает для них государство, и у нас нет возможности выбирать издания, выкладываемые им в приемной для посетителей.

– У вас есть дети? – спросил он.

В темных глазах мелькнуло удивление.

– Я никогда их не рожала, если вы это имеете в виду. Я – социальный работник и занимаюсь детьми, находящимися на попечении государства.

– Ясно.

– Сомневаюсь. Вам, должно быть, никогда не приходилось беспокоиться о медицинском обслуживании, об обеде или о крыше над головой. Вы ведь выросли во дворце, а не в детском доме. – Для себя она сделала пометку, что раздражение приглушает страх.

– Похоже, вы правы. Ну надо же!

– Как мне следует вас называть? Ваше высочество? Или ваша милость?

– Я предпочитаю титул «повелитель Вселенной».

Джессика моргнула.

– Прошу прощения. Вы пытаетесь шутить?

– Ни в коем случае.

Но он улыбался – обворожительной улыбкой, от которой слабеют колени. Еще одна пометка: этот бабник имеет чувство юмора, удваивающее его обаяние. Джессика не знала, радоваться ли, что ее способность вычислить донжуана безукоризненно функционирует, или огорчаться, что явно унаследовала от матери слабость к таким мужчинам. Пусть не старается – ей нужна искренняя любовь, а бабники насквозь фальшивы.

Совершенно очевидно: Кардал – воплощение всего, что ей не нравится в мужчинах. Да и потом, не станет он нацеливаться на нее. Согласно тем сомнительным изданиям, принц предпочитает моделей, актрис и всемирно известных красоток. Она не то, не другое и не третье.

– Друзья и родные зовут меня Кардал, – сказал он. – Нам пора.

– Пусть будет Кардал, – кивнула Джессика. – Я только возьму мои сумки.

– О них позаботятся.

Он поддержал Джессику за локоть, чтобы пропустить вперед, и тепло его пальцев просочилось через материю ее костюма, рождая желание мгновенно растаять. Может, потому, что от него так хорошо пахло. Где-то она читала, что запах – мощное средство из арсенала соблазнителей. Тем не менее существует такая вещь, как откровенное предубеждение, а он недавно поцеловал руку единственной женщине в мире, неуязвимой для его разрекламированных бульварной прессой чар.

Кардал заметил холод, воцарившийся в карих глазах Джессики, после того, как он представился. И упорство, с которым она пыталась уклониться от его прикосновений. Учитывая их отношения, такое поведение странно.

Усадив Джессику в лимузин, Кардал проследил за погрузкой багажа. Всего две сумки – скудный набор, если предполагать, что это все ее имущество. По опыту он знал, что женщины всегда берут с собой больше необходимого, а она ведь забирала всю свою жизнь. Действительно странно.

Кардал сел рядом с ней в машину и натолкнулся на ее взгляд. У него вошло в привычку использование лести в отношениях с женщинами. Но эта девушка на самом деле очень привлекательна. Выгоревшие пряди русых волос рассыпались по плечам, точеные скулы свидетельствуют о благородном происхождении. И еще у нее потрясающие губы – полные, четко обрисованные и, откровенно говоря, зовущие к поцелуям.

– Расскажите мне о себе, – сказал Кардал.

– Я разочарована.

– Вам надо лишь указать мне виновника, и я прослежу, чтобы он жестоко поплатился за свой проступок.

– Поглядите в зеркало, – сухо произнесла она. – Наверняка вы способны на большее, чем обычное «расскажите мне о себе». Самые блестящие ваши изречения смакуют газеты всего света. Например: «Я перед вами, а теперь остальные ваши два желания». Или «Есть у вас лейкопластырь? Я поранил колени, упав на них перед вами». Или мое любимое: «Вы верите в любовь с первого взгляда? Или мне выйти и войти второй раз?»

– Но я искренне хочу узнать вас получше.

Ответом ему стал язвительный взгляд.

– Вероятно, ставка на искренность хорошо оправдывается?

Загадка Джессики Стерлинг усугублялась. Разоблачение его личности отчего-то резко выключило очевидный женский интерес, который он распознал по ускоренному пульсу и руке, дрожавшей в его ладони. Исчезла дружелюбная, открытая женщина, встретившая его поначалу. Теперь она казалась колючей. Ядовитой. И, если он не ошибается, подозрительной. Раньше женщины так на него не реагировали. Приятное новшество.

Он улыбнулся:

– Оправдывается полностью. Когда я вежливо и искренне спрашиваю у женщины о ней самой, она с готовностью сообщает мне мельчайшие подробности своей жизни.

– Ладно, начинаем игру.

– Игру?

– А что еще? Это ваше амплуа.

– Что ж, если вам так угодно, начинаем игру.

– Что и требовалось доказать.

– Итак, будьте любезны, расскажите мне о себе.

Джессика тяжело вздохнула.

– Родилась в Лос-Анджелесе, Калифорния. Мать умерла, когда мне было двенадцать. Выросла в государственном детском доме. После окончания колледжа получила профессию социального работника. – Она пожала плечами. – Ключевые моменты моей жизни.

2
{"b":"232","o":1}