ЛитМир - Электронная Библиотека

— Ты сможешь найти дорогу назад?

— Я тебя не потащу!

— Я и не надеялась, но может, кого‑то позовешь, пока…

Договорить мне не удалось, потому что в этот момент мы услышали голоса.

— Мы тут! — крикнула Элисан, но крик вышел какой‑то хриплый и не очень громкий.

Не удивительно, что нас нашли минут через десять. Я уже успела заморозить то, что не отбили обезьяны. Да, и спать стало хотеться больше, чем попасть в тепло.

Первой на поляну выскочила наша наставница по практике. Ее длинный, черный плащ развивался сзади, как крылья вороны, а неприятное лицо еще больше скривилось при виде двух поверженных учениц.

К ногам ее жался один из наших недавних противников. Стоял он на четвереньках, и больше напоминал побитую собаку, чем на грозного противника.

— Вы!!! — взвизгнула учительница, но продолжать то, что хотела сообщить, не стала, вспомнив о своих прямых обязанностях. Коротко дав несколько указаний, она отошла в сторону и стала мрачно рассматривать поле недавнего боя.

То, что мы виноваты во всем, вплоть до Великой магической войны, стало понятно сразу. Потому, что лечить меня никто не стал. Просканировали, наложили слабое обезболивающее и заставили плестись обратно в лагерь своими ногами. Даже руку никто не предложил, чтобы легче было идти. Так что слегка пошатываясь я плелась в конце цепочки мрачных людей.

Не намного лучшее зрелище представляла Элисан. Ей даже обезболивающего не наложили, просто дали восстанавливающий силы эликсир и все. Девушка шла сосредоточенно, стараясь аккуратно ступать, иногда слегка кривилась от боли, но не единой жалобы я от нее так и не услышала. Это невольно заставило взглянуть на нее по–другому.

Да, она мне не понравилась с первых же минут нашего знакомства. Да, она любит задирать и может легко обидеть других. Но с другой стороны, я никогда не видела, чтобы Лиса делала подлости, или, например, ввязывалась в драки с более слабым противником. Даже меня обычно доставала словами, хотя вполне могла сделать жизнь в академии невыносимой. И для этого не обязательно было устраивать что‑то грандиозное. Достаточно просто делать мелкие пакости. А в этом помощников у нее, хоть отбавляй.

Да и потом, Элисан не только пообещала Сейму приглядывать за мной, но и выполнила свое обещание, хотя тоже особой любви ко мне не испытывает. Получается на ее слово можно положиться? Может быть, я заблуждалась и она не такая плохая? Надо будет понаблюдать.

Занятая мыслями о своей заклятой подруге, я более–менее спокойно доковыляла до лагеря, и тут‑то почувствовала всю полноту усталости. Ноги тряслись и не хотели делать больше ни шагу, все тело будто налилось тяжестью или наоборот стало чересчур легким, не поймешь. А еще, то ли действие обезболивающего закончилось, то ли его специально с меня сняли, но как‑то разом накатила боль от каждого ушибленного места.

— Всем строиться! — приказала преподомучительница.

Мрачно поглядывая на нас, адепты покорно выстроились в два ряда. Постаралась стать как можно дальше. Тут же рядом возник Оливер. Благодарно оперлась об подставленное плечо, стараясь при этом не сильно не налегать, чтобы не привлекать к себе еще больше внимания.

— Это возмутительно! — начала свой разнос учительница. — Вчера было велено не покидать пределы лагеря без сопровождающих. Но две не безызвестные вам адепки решили, что они умнее своих наставников. В результате более тридцати ценнейших экспериментальных экземпляров были покалечены!

— Так уж и покалечены? — прошептала пересохшими губами. Оливер с интересом скосил на меня глаза, но промолчал. Правильно, будет еще время, чтобы приставать с вопросами.

— Большей безответственности и недисциплинированности сложно себе представить! Лучшие труаты, выведенные специально для помощи людям в труднодоступных местах… — тут ее голос сорвался, создавалось впечатление, что она сейчас разрыдается. — За все время, проведенное в Призрачной Академии, я не видела большего пренебрежения к плодам чужого труда и распоряжениям учителей. Так что виновные будут наказаны. Я не засчитываю им практику, а все время до ее окончания они проведут, выполняя грязную работу в лаборатории и прилегающих общежитиях.

Что?!!Если мы не смогли показать умение владеть оружием, то кто вообще сможет?!! Это же форменное издевательство!

Только хотела возмутиться, как Оливер легонько толкнул меня в бок.

— Не спорь, мы Лан ду Трейну пожалуемся. Он что‑нибудь придумает. А эта грымза, все равно не отстанет. Она тут знаешь, как завывала, когда ее чучело подопытное в крови прибежало.

С трудом добралась до девичьей палатки, в которой с возможными в наших условиях удобствами уже развалилась Лиса.

Ввиду нашего вопиющего непослушания, бедным труатам требовался отдых. Так что адептам выдался еще один свободный день. Вот они и стали развлекаться тем, что приходили, то по одному, то по несколько к нам в палатку. Кто‑то хотел собрать сплетни, чтобы потом первым рассказать другим курсам. А кто‑то, в нашем лице, нашел себе подопытных. Еще бы, когда еще дадут добровольную жертву для отработки лекарских заклинаний. Учить‑то мы их учили, а вот желающих попробовать на себе мастерство боевых магов особо не находилось. Первых мы выгоняли сразу, вторых — кривились, ругались, но терпели. В конце концов, к вечеру нас, совершенно вымученных, но немного подлатанных, оставили в покое.

— Знаешь, меня волнует одна вещь, — сказала Элисан, когда мы остались вдвоем.

На улице уже сгущались сумерки, и вся группа собралась вокруг весело плясавшего огня.

— Хотя возможно и ошибаюсь, — девушка сделала паузу, а потом продолжила, — кажется, я слышала зов.

— Зов?

— Да, вампирий зов. Понимаешь, в нашем роду были высшие вампиры, не спрашивай как это возможно, но точно были. И теперь все кровные представители клана могут слышать зов, не поддаваясь его действию. Вампиры не слишком распространенная и любимая раса. Когда‑то они были многочисленными и хотели покорить другие народы. В результате — были загнаны на архипилаг, позднее получивший название Вампирий.

Себя они считают высшей расой, а все отношения с представителями других национальностей — чем‑то вроде извращения. Так что они единственные, кто за все века смог сохранить чистоту крови.

Если на самом деле я подчинилась зову вампира, то тогда становится понятным многое. Например, что не запомнила дорогу. Вот только получается на меня начали охоту? Зачем? Из‑за того что я будущий сильф?

Зябко поежилась. Как‑то не слишком приятно ощущать себя оленем, которого искусные охотники загоняют в хорошо расставленную ловушку.

А на следующий день, нам было предложено явиться в лабораторию, для выполнения своих прямых, на весь оставшийся месяц, обязанностей. Что мы собственно и сделали.

Лаборатория располагалась в сером трехэтажном здании, совершенно безликом и лишенном привычных завитушек, колон и балконов. Внутри тоже было все скучно до предела, только серый цвет заменял белый, но он был везде: на стенах, потолке, даже полы и те были белыми.

— Будите чистить клетки, — постановила мучительница.

Другая женщина, стоявшая в стороне, пока ей не подали сигнал, выдала нам белые халаты и такие же белые косынки. А когда мы их одели, повела в подвал. Именно тут располагалось все самое интересное, но часто не самое приятное на вид.

С гордостью женщина описывала каждый экземпляр находившийся здесь. А я все с меньшим энтузиазмом смотрела на ближайшее будущее. Вот как, мне скажите, чистить клетку с непонятной живностью, которая больше всего напоминает осьминога скрещенного с верблюдом плюющегося какой‑то кислотой?

— Совершенно безвредное животное, — прокомментировала это нечто наша сопровождающая. Нет, так дело не пойдет. Мало того что не засчитали практику, так еще к милым зверушкам отправили!

Я еще раз обвела взглядом просторный подвал, сплошь заставленный рядами клеток. Именно в этот момент родилась идея великой мести. Правда, чтобы ее осуществить пришлось ждать практически до самого конца практики. Но результат превзошел все ожидания. А чувство удовлетворения от совершенной пакости искупило все дни противной работы.

33
{"b":"234065","o":1}