ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Ага.

Вечером мы стали звонить Кате.

Она теперь работала где-то в правительстве.

Кем — мы не понимали. Но все очень легально и престижно.

И она ждала Антона. Жила его проблемами.

Проблем в тюрьме много. Его перевели в другую камеру, значит, нужен новый телевизор. Потому что забирать что-либо из камеры не принято.

Еще нужен новый вентилятор. И компьютерные шахматы. Передать можно все, что угодно. Каждая передача — сто долларов. Даже кокос можно передать. За плюс сто. Только самой носить тяжело. На очереди по целому дню уходит. Поэтому передачи носит адвокат. Оплата — почасовая.

Антон говорит, что вспоминает Катю каждый раз, когда его бесцеремонно обыскивают. И ощупывают.

Катя никого никогда не любила до Антона.

Интересно, где Снежанна?

***

Будильник стоял на 6 утра.

Ромин водитель вез меня в аэропорт.

Через четыре часа я увижу сына.

Я заберу его домой.

В гостиной на журнальном столике лежат три билета в цирк. Мама купила.

Школа Артема была похожа на дом нашего соседа. Лучшие английские традиции: темный кирпич, ровный ряд окон, перед входом лужайка.

Артем в синем спортивном костюме. У них — физкультура.

— Я так по тебе соскучилась!

Только когда я обняла его, я действительно поверила, что я здесь. В Лондоне. И все эти странные события, которые происходили со мной, закончились.

— Мам, подождешь? Ладно? А то я капитан, я не могу ребят бросить. Полчаса?

Я кивнула. Полчаса — подожду. Но не больше. Я и так слишком долго ждала.

В иллюминаторе показалась взлетная полоса Шереметьево-2. Никакой sea view не сравнится с этим видом. С него начинается ощущение дома.

По привычке я приподняла ноги и опустила их на пол в ту секунду, когда самолет коснулся земли. Артем сделал то же самое.

Это нас Рома научил.

Артем с визгом бросился папе на шею.

Рома довольно улыбался, как кот, которому чешут ухо.

Артем шел между нами, держа нас за руки.

В машине я продемонстрировала Роме галстук, который купила ему в Duty Free. В подарок. Valentine.

Рома усмехнулся.

— Никит, знаешь, за что я тебя люблю? — спросил он.

Я мило улыбнулась. Как будто он сказал не «люблю», а, например, «сырники».

— За постоянство. Ты мне уже покупала такой галстук, когда летела из Рима в прошлом году.

Ужас. Я непринужденно рассмеялась.

— Мне кажется, тот был на тон светлее.

— Не расстраивайся. Ты же, в конце концов, не виновата, что они годами не меняют коллекции в этих Duty Free, — сказал Рома. Добрый человек.

Всю оставшуюся дорогу я молчала.

— Когда в цирк идем? — спросил Рома, взяв со стола билеты.

Мама в это время накрывала на стол.

Я стояла, не шевелясь.

— В воскресенье? — Рома внимательно изучал билеты.

Я молчала.

— Первый ряд? Отлично. — Он смотрел на меня и улыбался.

Я подумала, что мне, наверное, лучше молчать.

Просто стоять, молчать и не шевелиться. Может, и все вокруг тогда тоже застынет? Как в детской игре. «Море волнуется раз, море волнуется два…»

— Артем! — позвала бабушка с кухни. — Я там билеты купила! В цирк пойдем!

«Море волнуется три…»

Артем внимательно посмотрел на меня, перевел взгляд на Рому.

— Я не хочу в цирк! — крикнул он, чтобы слышно было на кухне.

— Мама с папой хотят. Вместе пойдете.

Моя мама появилась в дверях с полной тарелкой пирогов. Посмотрела на нас.

— Да что я не видела в этом цирке? — сказала она медленно.

«Море волнуется три, морская фигура на месте замри».

А в цирке принято обниматься, как, например, в кино? Надеюсь, что да.

77
{"b":"23407","o":1}