ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Брось сигарету, иначе задохнешься, – сказал, улыбнувшись, Грег.

Макс затянулся в последний раз и затушил сигарету. В багажнике было очень тесно.

– Может, вынуть запаску, будет просторнее? – предложил Грег.

– Ее украдут, а мне платить.

– Ты, кстати, напомнил мне… – Он прищелкнул пальцами. Макс посмотрел на него взглядом, которым пользовался всю жизнь: горьким взглядом отчаяния и безнадежности. Грег сунул руку глубоко в карман, дал ему пачку банкнот и захлопнул крышку багажника.

У него были правила, выработанные в течение его карьеры. Одно из первых – после ограбления день-два не приходить в свою квартиру. Если все происходило по плану, он оставался с жертвой последнего ограбления, утешая ее.

Хилари жила в высоком красно-голубом доме с плоской крышей, напоминающем тюбетейку. Грег запарковал свой «торус» в трех кварталах от него, на полосе, где парковаться не разрешалось.

Он уже отделался от плаща, поломанного носа, шрама. Пуленепробиваемый жилет был слишком большой ценностью, чтобы выбросить его в канаву, и он все еще был на нем. Дождь перестал, но тротуар еще не успел просохнуть.

Он посмотрел на часы. Половина шестого. В котором часу Хилари покинет банк, зависело от того, насколько глупым окажется отделение по расследованию банковских ограблений. Но Грег сомневался, что она придет домой раньше восьми.

Он не чувствовал голода, но возможно, еда успокоит его, и он решил, что самый лучший способ убить время – это пойти в ресторан. Он отправился в греческий ресторанчик, где они с Хилари два-три раза ужинали, зашел внутрь, и ему предложили столик на двоих у окна. Официантка помнила его и спросила, где его девушка. Грег пожал плечами и неопределенно улыбнулся, спросил, как идут дела, и несколько раз слегка коснулся ее, пока они обсуждали меню.

Он заказал порцию молодого барашка, пиво и зеленый салат. Он ел не спеша. В продолжение обеда официантка несколько раз появлялась – любезная и улыбающаяся. На десерт он заказал желе.

Он вышел из ресторана в половине восьмого и без четверти восемь подошел к дому Хилари.

Дом был на охранной сигнализации. Грег нажал на ее кнопку, несколько раз резко толкнул дверь. Никакой реакции. Его это не удивило. Менты собрались сейчас в кружок, заказали себе какую-нибудь пиццу и ели из бумажных тарелочек. Если наберется много свидетелей, сбор предварительных показаний мог занять всю ночь. Им было, разумеется, не до таких пустяков, как какие-то двери.

Грег знал Хилари почти шесть месяцев, но, когда он попросил у нее ключ от квартиры, она не была к этому готова. Поэтому однажды, оставшись без нее в кухне, он достал запасной ключ из кувшинчика, который стоял на мраморной полке, над газовой плитой.

Но от общей входной двери у него ключа не было. Он стоял и нажимал кнопки, пока какой-то доверчивый дурачок не впустил его, затем поднялся в лифте до девятого этажа, открыл квартиру Хилари, вошел внутрь и тихо прикрыл за собой дверь. Квартирка была крошечная: с одной спаленкой, кухней размером с небольшую отбивную и ванной настолько компактной, что каждый раз, смотрясь в зеркало, он удивлялся, как это здесь могли поместиться сразу два Грега.

Хилари не выключила ни единой лампочки, вся квартира была залита светом, и стояла такая тишина, что Грегу стало как-то не по себе. Затем в холодильнике щелкнуло, и этот обыденный звук отогнал страх и вернул ему самообладание.

Нервы, просто нервы. По пути на кухню он скинул с себя куртку и увидел, что браунинг, о котором он забыл, заткнут за пояс брюк. Курок был взведен, и если бы Грег случайно его задел, он вполне бы мог подстрелить себя.

Грег вынул пистолет, отпустил курок. Карманы куртки были набиты банкнотами. Он завернул пистолет в куртку и положил на столик рядом с мойкой.

Он посмотрел на часы. Семь пятьдесят три. В холодильнике он нашел водку и лед – на голубом пластиковом подносике в морозилке.

Он налил водки, добавил кубик льда и, войдя в гостиную, посмотрел через окно на балкон, где лежали разные вещи – велосипед Хилари, летние шины от ее «тойоты», пара алюминиевых стульев для балкона и несколько полузасохших растений в горшках. Балкон выходил на север, где постоянно была тень, и единственное, что могло бы здесь вырасти, – это мох, а возможно, грибы.

Грег уселся на стул, закурил сигарету. Огонек зажигалки вновь вернул его мысли к банку. Огонь извергается из браунинга, мент Пута получает в грудь пулю, еще одну и еще.

Теперь, сидя на балконе, Грег яснее видел последовательность происходившего. Он сделал тогда три выстрела. И орудие убийства, прямая улика здесь, на кухне. Ему непременно нужно избавиться от пистолета.

…Мент уже падал, когда из браунинга выскочила первая использованная обойма. Его тело согнулось, и серебристый диск, миниатюрный жетон, зеркально блеснул и ударился об пол.

Из кармана брюк Грег достал черное кожаное портмоне и, открыв его, ногтем сковырнул засохшую капельку крови с серебристой поверхности жетона. В маленьком отделеньице лежало пластиковое удостоверение личности. Гарсия Лорка Мендес, фас и профиль. «Policia Cuidad de Colon». Пижон был отлично упакован, достаточно взглянуть на его коричневые кожаные ремни. Грег нахмурился. Colon – что это такое? Повернув жетон к свету, падавшему на балкон из окна квартиры, он заметил, что слово «detective» было написано неправильно. Откуда он взялся, этот ярлык, из банки с крупой, что ли?

И вдруг на него нахлынула волна облегчения. Скорее всего этот Пута вовсе и не был ментом. А если и был, то, так сказать, в экспортном исполнении.

Грег вспоминал, в каких странах говорили по-испански. Мексика. А еще? Коста-Рика. Куба. Он погасил сигарету об ограждение балкончика, выпил еще водки и снова закурил. Боливия – когда-то он видел фильм «Кассиди и танцующий малыш». Перу. Колумбия.

Итак, что же именно мент из Колумбии делал в этом крупном канадском банке.

Он запомнил его взгляд, видел, как даже в смертной судороге он хватался за портфель. Пута мог быть кем угодно, но не пришел же он в отделение банка с портфелем, полным наркотиков, с тем, чтобы сдать его туда на хранение?!

Ну и дела. Минуту назад тебя ожидали двадцать пять лет исправительных работ, и вдруг густо запахло миллионами.

Или нет?

Где же портфель? Вероятно, он оставил его у двери. Нет, секунду, это невозможно, он запер дверь и вошел прямо в квартиру. Значит, портфель был в кухне? Он ясно помнил, что завернул пистолет в куртку и положил рядом с мойкой, но он не помнил, куда он дел портфель.

Грег встал, повернулся к раздвижной стеклянной двери и увидел, что прямо на него идет высокий, широкоплечий, хорошо загоревший молодой человек. Грег чуть не поднял руки, но вовремя заметил, что на парне ничего нет, кроме коричневых слаксов, и что от дверей спальни на него смотрит абсолютно нагая Хилари.

Сунув в карман портмоне и жетон, Грег взялся за ручку двери. Парень чуть не оторвал ему руку, с такой силой он захлопнул ее.

Какое-то время они стояли, разделенные только стеклом, и выжидательно смотрели друг на друга. Потом Грег взял цветочный горшочек и сделал вид, что собирается бросить его в стекло. Парень отпрянул в сторону. Грег поставил горшочек и сел. Сигарета у него во рту сгорела до фильтра, он сплюнул окурок в низенький, пузатый стаканчик, закурил снова и потом предложил пачку новоявленному сопернику. Он был поражен, но не хотел показать виду.

Молодой человек повернулся к Хилари и что-то сказал ей, потом, кивнув ей, пошел в спальню. Хилари отправилась следом за ним. Что, черт подери, происходит? Он предполагал, что Хилари будет в шоке, разбитая и несчастная. Она должна была упасть в его объятия, рыдая и прося утешения. Может быть, пока там все происходило, этот парень был здесь и уже успел поддержать ее и утешить?

Грег решил, что, если они закроют дверь в спальню, он разобьет стекло и пойдет за браунингом.

Однако дверь не закрыли, через несколько минут молодой человек вышел из спальни полностью одетым. Помимо коричневых слаксов, на нем были такого же цвета пиджак и куртка, белая рубашка с галстуком и блестящие коричневые ботинки.

92
{"b":"234127","o":1}