ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Поискав взглядом мужа, увидела его под цветущей яблоней.

– Ты решил уехать? – подойдя, спросила она.

– Тебе, по-моему, и здесь хорошо, – раздраженно ответил он. – Мало хахалей в Курске, так решила с моим братом в любовь…

– Заткнись! – гневно прервала его Елена. – Как ты смеешь?! – Шагнув вперед, резко хлестнула его по щеке.

Вячеслав поспешно отступил.

– Вот, значит, как ты заговорил, – презрительно улыбнулась жена. – Ну, хорошо, мы с тобой побеседуем на эту тему при отце.

Не урпел явно испуганный Вячеслав что-то сказать, как oнa пошла к дому.

– Стерва, – чуть слышно бросил он вслед.

– Ну что? – насмешливо поинтересовался от палатки рослый парень. – Продолжать?

– Заткнись! – заорал Вячеслав.

– Слушай, ты, – угрожающе протянул парень, – особо пасть не разевай. Ты кто есть-то? – шагнул он к Вячеславу. – Никто, и звать никак. Ставьте палатку, – повернулся он к выжидательно смотревшим на него четверым парням.

Вячеслав покраснел, судорожно сжал кулаки, потом тряхнул головой и медленно побрел к дому.

– Лихо ты муженька бреешь, – услышал он насмешливый голос брата.

– У нас иногда возникают разногласия, – спокойно ответила Елена, – но в основном мы живем дружно.

Белый усмехнулся.

– Ты это для него говорила? – повернувшись к стоявшей у двери женщине, спросил он.

Она кивнула и, приложив к губам палец, громко удивилась:

– Для кого? Я тебе отвечаю. Белый рассмеялся.

– Пойду поброжу. Эти деревенские прелести вот где сидят. – Он провел ребром ладони по кадыку. – Но матери надо девять дней справить, – сказал он и вышел.

Елена шагнула следом. Проводив взглядом Белого, крикнула:

– Славик!

– Чего тебе? – хмуро спросил тот из-за угла.

– Ты думаешь, что делаешь? Какого черта собрался уезжать? Ведь надо девять дней справлять. К тому же твои оскорбительные слова! Ты выставляешь меня дешевой шлюхой! Вот что, милый… – Едена понизила голос. – Не мешай мне, понял?

– Ладно, – немного помолчав, сказал Маршал. – Отдыхайте. Потом решим, что дальше. Только особо не рисуйтесь. Кто спросит, в деревне любопытных полно, говорите, как Толька сказал: служили вместе.

Он вышел.

– Ну вот, – посмотрел на Зверобоя Кощей, – а ты говорил, что Маршал в ярости будет. Он мужик башковитый. Что нам еще делать оставалось?

Войдя в сарай, Маршал с коротким выдохом впечатал кулак в дрогнувшую стену.

– Сволочи, – прошипел он. – Ведь там отпечатков полно. Значит, о Кощее и Власе милиция уже знает. Сейчас они в розыске. Кретины! – Бросившись на кровать, рывком перевернулся и сел. Достал сигареты.

В открытую дверь вошел Белый.

– Короче, она сказала, чтобы я приехал в Курск двадцатого, – сообщил он. Всмотревшись в перекошенное яростью лицо подельника, удивленно спросил: – Ты что?

– Да эти щенки приехали! – рявкнул тот. – Кощей Таньку, здешнюю медичку, знает. А они, – затянувшись, выматерился, – в деревне под Воронежем ментов постреляли!

– Ни хрена себе, – выдавил Белый. – Значит, сейчас их шарят.

– Конечно! – подтвердил Маршал. – Они пальчики в доме, гдe были, не вытерли. Кощей и Влас сидели, так что милиция их ищет.

– И что теперь? – немного помолчав, спросил Белый.

– А что ты предлагаешь? – вопросительно взглянул на него Маршал.

– Что тут предлагать? – Алексей ухмыльнулся. – Если их хапнут, то и нам лапти свяжут. Валить их надо. Хотя, – сразу продолжил он, – об Орле мусора не знают. Но то, что они с нами, – для мусоров повод, чтобы нас к делу примазать. А за ментов, тем более я их не шмалял, мне торчать на хрен не надо..

– Но Кощей к Таньке приехал! – бросил Маршал. – Значит, сразу не уедет. А уезжать вместе и сразу – это и дураку станет понятно, что мы знакомы, Тем более я с Иринкой. Она и так поняла, что я парней знаю. Вот влипли! Что их убивать надо, это понятно. Но как? Эта фельдшерица глазки Кощею строит. Он ей что-то про стройку наболтал. Вот она и рада. Не удивлюсь, если завтра в сельсовет пойдут расписываться.

Удивленно посмотрев на него, Белый громко рассмеялся.

– Зря, – буркнул Маршал. – Хорошо еще, что их по дороге не взяли. Они доехали до Грязей. Оттуда в восемь вечера автобусом до Тамбова. Около автовокзала сняли комнату на ночь у какой-то бабуси. Днем пришли на автовокзал, чтобы куда-нибудь уехать, и Кощей увидел свою давнюю любовь. Так что, с одной стороны, даже хорошо, что они сюда приехали. Гораздо хуже было бы, если бы их взяли и они о нас следователю говорить начали. Мне подобная известность ни к чему.

– Даже если они мусорам что-нибудь и напели бы, – пожал плечами Белый, – то только про Трофима. А для мусоров это блевотина. Заявы по тому делу нет.

– А Зверобой? – кратко напомнил Маршал.

– Ванька – парень ништяк, – по-своему охарактеризовал его Алексей. – Да и эти двое вряд ли раскололись бы. Но с ними сейчас стремно. Мы пока нигде не засветились. Так что, – кивнул он, – на счет того, что валить надо, ты прав. Но сейчас не в жилу. А время…

– Вообще-то здесь их, наверное, не нащупают, – задумчиво перебил его Маршал. – Если мы правы и Бобр хочет нам предложить какое-то крупное дело, парни пригодятся. А там видно будет. Когда в Курск поедешь?

– Через два дня девять дней матери, – хмуро проговорил Алексей. – Сразу и рвану. Она сказала – двадцатого. Заскочу пораньше. С Бобром нужно нос по ветру держать. Как ты думаешь, – без перехода спросил он, – на кой мы ему понадобились?

– Насчет «мы», – усмехнулся Маршал, – ты правильно сказал. А вот зачем? – Он пожал плечами. – Не знаю. Но, скорее всего, наше предположение насчет Колымы правильно. Поэтому с парнями торопиться не будем. Конечно, если им на хвост плотно сядут… – Маршал с деланным сожалением развел руками. – Тут уж на опережение работать надо.

– А ты не думаешь, что кто-то из них про тебя Иринке ляпнуть может? – немного помолчав, предположил Алексей.

– Это может сказать только Ванька, – вздохнул Маршал, – и то только 0 своей сестре. Ведь я с ней почти месяц жил. Это не смертельно, но определенные неприятности возникнуть могут. Я имею в виду наши отношения с Ириной. B oбщем, так… – Маршал в упор посмотрел на Белого. – Ника и Толька – местные. Если что, они узнают.

– Ты имеешь в виду, если участковый начнет интересоваться парнями? У капитана стажер есть, – не дожидаясь ответа, продолжил Алексей, – он с Толяном в хороших. Так что…

– Но Толик говорит, что парни служили с ним вместе, – перебил его Маршал, – значит, он может и стажеру так сказать.

– Вряд ли, – ухмыльнулся Белый. – Толян не дурик с сельсовета.

– Мне тоже так показалось, – согласился Маршал. – Сельский учитель. А это в наше время говорит о многом. Интересно, – чуть слышно добавил он, – что Бобров предложить хочет?

– Тормози, – удивился Белый. – Разжуй, что ты имеешь против сельского учителя?

– Все просто, – весело ответил Маршал. – Парни вроде него либо рэкетом занимаются, либо коммерцией. И те, и другие хотят красиво жить. Толик, конечно, тоже этого хочет. – Заметив, что Белый хочет что-то сказать, опередил его: – И тем не менее преподает в школе географию. В сельской школе. И, заметь, по уши влюблен в твою сестру. Готов пасти коров, разводить кроликов. И все это только для того, чтобы сделать Нику счастливой. Знаешь, – покачал он головой, – я не пойму президента с его командой. Они сами отдают козыри коммунистам. Создается впечатление: поиграли в демократию, и хватит. На выборах вполне могут победить коммунисты. А это гражданская война. Потому что те, кто сумел создать себе капитал, просто так с ним не расстанутся. Я не имею в виду людей типа печально знаменитого Мавроди или ему подобных. Не говоря уж о мафии. Ведь много таких, кто в это время сумел своим трудом и умом заработать приличные деньги. И не думаю, что они просто так отдадут нажитое потом, а то и своей кровью. Впрочем… – заметив удивление в глазах Белого, улыбнулся он, – сие к нам не относится. Хотя свой выбор делать придется.

31
{"b":"2342","o":1}