ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Это какая-то необыкновенная война! — восклицал Ллойд Джордж. — На немецкой стороне людей, понимаете, людей — офицеров, солдат — не видно… Одни машины!.. Танки, броневики, грузовые автомобили, мотоциклы… И, конечно, самолеты, очень много самолетов… Германская авиация имеет колоссальный перевес над французской и английской!.. Ничего подобного до сих пор не бывало… Нынешняя война совсем непохожа на прошлую.

Слова Ллойд Джорджа прямо подводили к тому вопросу, который больше всего интересовал меня: устоит ли Франция?

— Не знаю… Не уверен… — отвечал Ллойд Джордж. — В прошлую войну Франция, несмотря на все свои недостатки, была великолепна… Она дралась, как львица… И имела таких вождей, как Фош и Клемансо… Нынешняя Франция непохожа на прежнюю… Дух не тот… И крупных вождей у нее что-то не видно… А враг сейчас гораздо опаснее, чем в 1914 г.

— Но если Франция падет, — начал я, — что будет делать Англия?

Не успел я закончить фразу, как Ллойд Джордж воскликнул:

— Драться, драться и еще раз драться!.. Англичане — народ не из пугливых… Я ведь валлиец, — с усмешкой вставил старик, — и могу судить об англичанах объективно… Да, да! Англичане не подымут руки, даже если бы немцы ступили на британскую землю, — нет, нет! Англичане будут упорно сражаться, отстаивать свои позиции… Может быть, без внешнего блеска, но крепко, как бульдоги… Таковы уж, здешние люди…

Я спросил, на чем основана уверенность Ллойд Джорджа. Ведь сейчас ясно, что гитлеровская Германия имеет большой военный перевес над Францией: если Франция падет, немцы будут иметь большой военный перевес и над Англией; при таких обстоятельствах не подымут ли опять голову «кливденцы», не придут ли они снова к власти.

Ярко-синие глаза Ллойд Джорджа загорелись еще ярче, и он с какой-то страстной горячностью стал разъяснять мне положение:

— Песенка «кливденцев» спета! Чем больше опасность, тем меньше у них шансов!.. Заключить мир с Гитлером мы не можем! Не можем!.. Судите сами… Германия всегда была и всегда будет сильнее нас на суше — таковы уж пути истории… Германия сейчас сильнее нас и в воздухе… Единственно, в чем она нам уступает, — это на море, во флоте… Но допустим, мы заключаем с ней мир… На какой базе в настоящее время возможен был бы такой мир? Очевидно, на базе предоставления Гитлеру полной свободы рук на Европейском континенте… Тогда что же получится? Гитлер захватит все страны Европейского континента, кроме вашей, и поставит себе на службу все их экономические, финансовые и промышленные ресурсы. В результате у Гитлера через каких-нибудь пять лет будет флот сильнее британского, и он станет господином на море… Что тогда случится с нами? Что случится с этими островами? Что случится с нашей империей?..

На живом лице Ллойд Джорджа проступило выражение ужаса, руки сжались в кулаки.

— Нет, нет! — в заключение с глубоким убеждением прибавил он. — Мир с Германией сейчас абсолютно невозможен! Это понимает даже такой человек, как Чемберлен.

Суждения Ллойд Джорджа, таким образом, подтверждали то, что я раньше слышал от Идена. Эти суждения были тем более убедительны, что они исходили от человека, не занимающего никакого министерского поста и стоящего в оппозиции к консерваторам.

Я, однако, не удовлетворился и решил произвести еще одну, последнюю, проверку. Прямо от Ллойд Джорджа я отправился к Веббам, благо их местожительство — Пассфилд корнер — находилось поблизости от Брон-и-Де.

Сидней и Беатриса Вебб в то время не занимали никаких официальных постов, они мирно жили в своем загородном доме и писали интересные книги; в частности, в 1935 г. выпустили большой труд о нашей стране под заглавием «Советский коммунизм». Они были весьма далеки от идей коммунизма, но относились к СССР дружественно, и их труд в 30-е годы сыграл серьезную пропагандистскую роль в лейбористских и демократических кругах Запада. Супруги превосходно знали и понимали психологию британского господствующего класса: Беатриса происходила из богатой буржуазной семьи, а Сидней много лет работал чиновником в правительственном аппарате. В трудные минуты, когда мне надо было определить, как британское правительство поведет себя в том или ином случае, я нередко искал разрешения своих сомнений у Веббов. Они охотно давали свой прогноз, и я не помню ни одного случая, когда бы они ошиблись. Так и сейчас я решил послушать их мнение но вопросу о том, как поведет себя Англия в случае падения Франции.

Так как у меня с Веббами были очень близкие и простые отношения, то, приехав к ним, я сразу же и со всей откровенностью поставил интересовавший меня вопрос. Помню, мы сидели в их небольшой гостиной у камина, и Беатриса, как всегда, примостилась на металлической рамке около камина, повернувшись спиной к огню. Худыми руками она обхватила колени и внимательна слушала, что я говорю. Беатрисе было в то время 82 года, но голова ее работала прекрасно.

На мой вопрос Беатриса реагировала сразу и без малейшего колебания:

— Ну, конечно, мы будем продолжать войну.

Она сказала это, как нечто само собой разумеющееся, точно речь шла о том, что каждый вечер люди ложатся спать. Сидней подтвердил мнение своей жены.

Мне хотелось, однако, проверить, не слишком ли «машинально» был дан ответ. Может быть, супруги Вебб не вдумывались особенно в смысл затронутой мной темы и не взвешивали по-настоящему последствия такого ответа. Поэтому я стал в несколько провокационном тоне задавать им вопросы: как Англия будет продолжать войну? Ведь армия ее еще только создается и по своей тренировке далеко уступает германской, ведь ее генералы по выучке и опытности не могут сравниться с германскими, ведь ее авиация по численности сильно отстает от германской… Как же при таких условиях Англия будет воевать с Германией?

— Как мы будем воевать? — с живостью откликнулась Беатриса. — А так же, как мы воевали в наполеоновскую эпоху. Вы знаете, что тогда происходило?.. Сначала мы создали первую коалицию против Наполеона и вели против него открытую войну вместе с нашими союзниками, участвуя главным образом своим флотом и своими финансами… Потом эта коалиция распалась… На время мы ушли к себе на острова и, будучи в одиночестве, выжидали изменения международной ситуации, а пока ограничивались главным образом морской войной против Франции… Мы дождались изменения международной ситуации и создали вторую коалицию, в составе которой опять вели открытую войну против Наполеона в Европе… Когда распалась вторая коалиция, мы опять ушли к себе на острова и вновь стали дожидаться изменения международной ситуации в благоприятную для нас сторону… Когда это случилось, мы создали третью коалицию и так далее в том же духе… Как известно, только шестая коалиция покончила с Наполеоном, но все-таки покончила… Вот образец, на который мы будем равняться и сейчас…

Сидней Вебб, который молча слушал рассуждения жены, лишь одобрительно покачивая головой, вмешался в разговор и заметил:

— Судя по всему, наша первая коалиция в этой войне, — коалиция с Францией — приходит к концу. Я не думаю, чтобы Франция под водительством Даладье устояла перед атакой Гитлера… Ну, что ж, мы уйдем на свои острова, будем их защищать и дожидаться того момента, когда станет возможным создание новой коалиции против Германии. Такое время придет. Надо только проявить выдержку и упорство.

Итак, супруги Вебб тоже считали, что Англия даже в случае капитуляции Франции не пойдет на мир с Германией. Они даже намечали формы войны, которую Англия могла бы вести, потеряв своих континентальных союзников. Их прогноз в дальнейшем полностью оправдался…

Вернувшись к вечеру домой, я стал подводить итоги. Сопоставляя свои собственные соображения с суждениями Идена, Ллойд Джорджа и Веббов, я почувствовал, что теперь с полной ответственностью могу сказать своему правительству, чего следует ждать в ближайшем будущем. В тот же вечер я отправил в Москву телеграмму, суть которой сводилась к тому, что даже в случае падения Франции Англия останется в состоянии войны с Германией.

133
{"b":"234219","o":1}