ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Господин капитан, ну, не могу я быть танкистом! У меня клаустрофобия, я боюсь темноты и тесных помещений! С ума схожу, как только в них оказываюсь. Вы уж мне придумайте что-нибудь такое, где бы я мог забыть об этой своей болезни, воевать с вьедами на открытом пространстве. Я мог бы стать неплохим снайпером, пулеметчиком или энергометчиком.

Но вся закавыка была в том, что мне нужен был танкист, а не снайпер или энергометчик, поэтому я посмотрел на Йоги, решая, что же мне с ним делать?! Тем более, что времени на разбирательство с этим юнаком у меня больше не оставалось. Только что прогремел слитный залп четырех САУ 152 мм гаубиц. Батарея сержанта Арника вступила в бой с инопланетными пришельцами, галактическими агрессорами. Даже не смотря на сильный снег, я увидел, как над лесом вспыхнули и погасли четыре огненных протуберанца, зарево от пламегасителей этих мощных орудий! Мне нужно было спешить, вскоре по этой дороге, которую перекрывал танк, должна была пройти вьедская бронетехника. «Левиафан 5» должен был остановить эту колонну, и ее в пух и прах расколошматить.

Самое главное, «Левиафан 5» обладал таким вооружением, что легко мог это сделать. Но мы с Дубом в арсеналах слейтерской армии смогли разыскать только этот тяжелый танк «Левиафан 5», который, к нашему сожалению, нуждался в танкисте, командире танка, для ручной координации своих действий. Иными словами я оказался в положении, когда юнак Йоги должен был залезть в эту орудийную башню и занять там кресло командира танка! В противном случае может погибнуть сержант Арник, а его гаубицы прекратят стрелять раньше времени, когда вьеды по этой единственной дороге прорвутся к его огневым позициям.

Я схватил юнака Йоги за плечи, повернул его лицом к себе, ментальным щупом проник в его сознание, немного добавил парню смелости. Затем подальше вглубь его сознания загнал все болезненные «фобии» и «мании» этого юнака. Уже покидая его сознание, я на всякий случай вогнал ему в сознание текст инструкции по обращению с «Левиафаном 5». У меня больше не было времени заниматься Йоги, так как мне самому следовало поспешить, занять свое место в нашей общей системе обороны. Но перед тем, как отправиться в путь, я успел пошептаться со Старшим:

— Старший, ты можешь помочь юнаку Йоги быстро освоить тяжелый танк «Левиафан 5»?

— Для этого мне нужна пара минут прямого контакта с ИРом его комбеза!

— Так, чего ты ждешь? Не теряй времени, проявляй собственную инициативу! Поддержи парня, помоги ему приобрести уверенность! Он должен свой танк знать, как «Отче наш…», иначе вьеды его подобьют первой же противотанковой ракетой!

Через две минуты, оставив Йоги, осваивается в качестве командира в башне уже его танка, я карабкался по пояс в снегу, спеша добраться до еще одной своей цели. Переход по снегу я, конечно, мог бы заменить полетом на гравитационных дисках, но у меня сейчас с собой не было мини термоядерного реактора, который мы благодаря усилиям лейтенанта Фризы использовали в качестве источника энергии. Так что один полет на гравитационных дисках в такую непогоду мог бы вообще лишить меня возможностью пользоваться этими самыми дисками! Да, и брести по снегу, мне нужно было всего десять минут, расстояние до цели было совсем небольшим. Поэтому я терпеливо двигал ногами, но хочу признать, что, если бы не этот экзоскелет, то через несколько шагов по такому глубокому снегу я попросту пал бы смертью храбрых.

Пару раз со мной связывался сержант Арник, он информировал меня о том, как его батарея славно сражается с вьедами. Ему удалось полностью и всего шестнадцатью снарядами, четырьмя залпами гаубиц, уничтожить большую вьедскую автоколонну. Сейчас он готовится поработать по второй такой же колонне, на что я ему посоветовал:

— Ты, парень, особо не спеши с принятием решений, а то будешь стрелять по пустым местам, воображаемым вьедским гравигрузовикам с живой силой противника в их кузовах.

— Что вы, господин капитан, под этим имеете ввиду?

Я уже собрался сержанту Арнику рассказать о том, что вьеды изобрели специальную аппаратуру, которая вполне достоверно воссоздает иллюзии той или иной военной техники. Эту аппаратуру они не раз использовали для того, чтобы ввести в заблуждение слейтерского командование о наличии своих сил на том или ином участке фронта. Но уже в самом начале рассказа, меня мысленно прервал чурбан Дуб:

— Ник, я освободился! Поэтому могу заняться сержантом Арником, сделать так, чтобы он не пал жертвой иллюзорных ошибок.

— Отлично, Дуб! У меня, словно гора свалилась с плеч! Не мог бы ты также заняться юнаками Михой и Йоги! Помочь им с освоением боевой техники! У то у меня душа по этому поводу болит! Они хорошие ребята, кое чему научились, но им бы пару недель еще бы позаниматься?!

— Конечно, займусь! Вернее, было бы сказать, что этим делом я уже занимаюсь! С этими юнаками все будет в полном порядке! Да, и тебе, Ник я посоветовал бы успокоиться. Я о многом успел переговорить с твоей женщиной, но все по делу. Она любит тебя и только тебя, я здесь сбоку, с припеку! Так что спокойно командуй своими юнакам, покажи этим вьедам, где раки зимуют. Сегодня твой день, Николай, так что дерзай!

Только Дуб ушел с канала мысленной связи, как на нем я услышал дрожащий от радости голос юнака Миха.

— Господин капитан, а у меня все получилось в работе с зенитными автоматами Меридиан 15. Вы, представляете, из двадцати вражеских штурмовиков я сбил восемь. Остальные повернули обратно, на обратном пути они начали сбрасывать свои авиабомбы.

— Хорошо, Миха! Отлично поработал! Только не забывай, что это только начало! Теперь вьеды, знают, что ты существуешь, они и тебя будут атаковать своими истребителями и штурмовиками. Так что готовься к новому бою, береги боеприпасы! Пока ты их имеешь, тебя вьеды будут бояться!

Я уже вышел к конечной точке своего перехода по глубокому снегу, в центре лесной поляны высился сугроб только что наметенного ветром снега. Сначала я закончил разговор с юнаком Михой, воспользовался этим разговором для того, чтобы еще раз подбодрить юнака Миху! Затем подошел к сугробу и рукавом комбеза смахнул снег с одного из его склонов, передо мной тотчас же возникло бронированное железо с плотно пригнанным входным люком. Я рассмеялся и произнес:

— Сезам, откройся!

Ничего не произошло, только продолжал снегопад и сильный ветер. Тогда я еще два подряд произнес, так как вспомнил, этот люк откроется только при троекратном повторении этой просьбы:

— Сезам, откройся! — Сезам, откройся!

Железный люк медленно повернулся по сдвинутой оси, открывая мне проход внутрь этого железного ящика. Я переступил через высокий комингс, оказался внутри небольшого, только для одного человека помещения. Оно было сплошь заставлено аппаратурой различного предназначения. Одно единственное кресло было установлено в центре этого помещения. Подняв руки к шее, я отщелкнул крепления тактшлема, а сам шлем откинул за спину. Сделал большой вдох воздуха, он мне показался немного затхлым. Видимо, это помещение давно не проветривалось! Тогда я приказал:

— Сезам, дать энергию на источники потребления. Проветрить и прогреть помещение до температуры двадцать градусов тепла. Дать освещение среднего уровня. Начать прогревать главный двигатель!

Ничего в кабине не изменилось, только загорелся неяркий общий свет. Автоматически закрылся входной люк, сразу же прекратился звук завывания сильного ветра. В помещение, несмотря на то, что в салоне все было металлическое, стало как-то по-домашнему уютно, заметно потеплело. По крайней мере, теперь я мог сбросить с рук теплые рукавицы. Затхлость воздуха куда исчезла, стало легче и приятнее дышать! Подошел к креслу, в нем с удобством устроился, почувствовал, как оно стало принимать формы моего тела.

Тут в моей голове послышался слегка шепелявый голос местного ИРа, имя которого было — Сезам.

— Господин, вы позволите мне начать устанавливать на вас контакты для управления машиной в мысленном режиме?

74
{"b":"234221","o":1}