ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Кассилианцы учили воинскому делу Ги, — нашла я хорошее возражение, — и посмотрите, что с ним сталось! Так почему вы считаете, что с одним из них я буду в безопасности?

Делоне снова посмотрел куда-то мимо меня.

— Если упомянутого Ги изгнали из Братства в четырнадцатилетнем возрасте, — раздался за моей спиной спокойный голос, — то он только начал обучение боевому искусству.

Хлестнув наставника яростным взглядом, я развернулась.

Стоящий в тени молодой человек со скрещенными на животе руками поклонился мне в традиционной манере кассилианцев. Солнечные лучи заиграли на его укрытых стальными наручами предплечьях и на звеньях кольчуги. На поясе висели два кинжала, а за спиной виднелась крестовидная рукоятка меча. Юноша выпрямился и посмотрел мне в глаза.

— Федра но Делоне, — сдержанно произнес он, — я Жослен Веррей из Кассилианского Братства. Для меня будет честью сопровождать вас.

Ни интонация, ни выражение лица не подтверждали искренность его слов; а еще я заметила, как сжались его челюсти, когда он закрыл рот.

Красивый рот.

О да, в Жослене Веррее мало что можно было назвать некрасивым. Старомодные черты, подходящие провинциальному лорду, дышали благородством, а угрюмое пепельно-серое рубище выгодно подчеркивало его рослость и мощную стать. Он походил на изваяние древнеэллинского атлета. Глаза пронзительной голубизной могли поспорить с летним утренним небом, а волосы, собранные на затылке в пучок, золотились, как спелая пшеница.

И эти голубые глаза изучали меня с почти неприкрытой неприязнью.

— Жослен заверил меня, что способен оградить своего подопечного от бедствия, постигшего Алкуина и Ги, — спокойно сказал Делоне. — Я убедился, что это правда, испытав свой меч против его кинжалов.

Кассилианец никогда не вынимает меч, если не намерен кого-то убить. Я слышала об этом после покушения на короля. Раздумывая, я повернула голову к Делоне.

— То есть он одолел вас одними кинжалами?

Наставник мне не ответил, а любезно кивнул Жослену, который снова отвесил поклон, не опуская скрещенных рук. «А он ненамного старше меня», — определила я.

— Во имя Кассиэля я служу и защищаю, — чопорно произнес он.

Не спросившись, я села, выбрав место, откуда могла следить за ними обоими. Спинка стула обожгла свежие узоры моего туара. Если я соглашусь, Делоне позволит мне вернуться к служению Наамах. Если же нет… что ж, выбора мне не предложено. Я пожала плечами.

— Милорд, во всяком случае, ваш протеже достаточно красив, чтобы сойти за посвященного из Дома Кактуса, только в маскарадном костюме. Если такова ваша воля, я не возражаю. Поступило ли вам какое-нибудь приемлемое предложение касательно меня?

Боковым зрением я заметила, что глаза Жослена Веррея гневно сверкнули, когда я уподобила его посвященным Двора Ночи. Уголки губ Делоне дернулись — уверена, он тоже отметил эту скрытую ярость, — но голос прозвучал очень серьезно:

— Если ты алчешь предложений, их много, Федра. Но есть одно дело, которое я хотел бы тебе поручить в первую очередь. Желаешь выслушать, в чем его суть?

Я скрестила руки на груди и слегка поклонилась.

— Во имя Кушиэля я служу и…

— Довольно! — Делоне вскинул ладонь, заставляя меня замолчать, но смотрел он на нас обоих. — Федра, тебе меньше, чем кому бы то ни было, пристало высмеивать служение одному из Спутников Элуа. Жослен, ваш префект счел мою подопечную достойной внимания вашего ордена, и вы рискуете быть обвиненным в ереси, если усомнитесь в его суждении.

— Вы правы, милорд, — неохотно поклонился Жослен. Эти постоянные поклоны выводили бы меня из себя, не будь каждое движение кассилианца таким приятным для глаз.

— Так в чем суть дела, которое вы хотите мне поручить? — спросила я Делоне, и он в упор уставился на меня.

— Герцог л’Анвер должен вернуться в страну через две недели. Уговори лорда Хильдерика д’Эссо передать Баркелю л’Анверу, что я прошу о встрече.

— Милорд, — приподняла я брови, — но зачем уговаривать д’Эссо? Ведь Роже Клавель уже обещал это исполнить.

— Потому что к д’Эссо герцог прислушается, — покачал головой Делоне. — Клавель всего лишь мелкая сошка, он свое уже отслужил, и Баркель с легкостью от него отмахнется. Выдав дочь за наследника калифа, герцог л’Анвер еще более превознесся, и нельзя допустить, чтобы он отклонил мою просьбу. Именно д’Эссо в свое время помог ему получить пост посла, и, полагаю, Баркель скорее примет во внимание его слова. А от тебя требуется убедить Хильдерика д’Эссо их произнести.

— Тогда он поймет нашу игру, — констатировала я.

— Да. — Делоне подпер кулаком подбородок. — Поэтому-то я и ждал ответа префекта кассилианцев. Думаешь, д’Эссо с тобой что-то сделает?

Я покосилась на Жослена Веррея и внезапно нашла некое успокоение при виде его пепельного рубища и кинжалов на поясе. Он смотрел прямо перед собой, избегая моего взгляда.

— Возможно… и нет. Д’Эссо с самого начала знал, что я часть вашей игры, только не до конца понимал, какая у меня роль. — «И допытывания доставляли ему немалое удовольствие». Я даже слегка загрустила, предвидя потерю поклонника как раз в моем вкусе. Моего первого гостя.

— Значит, отправишься к нему, — кивнул Делоне. — Король болен, и время поджимает. Надо с этим побыстрее покончить.

— Назначено ли свидание?

Делоне покачал головой.

— Пусть лучше твой визит станет для него неожиданностью. Как по-твоему, д’Эссо примет тебя без приглашения?

Я представила Хильдерика и груду подарков, которыми он завалил меня после памятного клеймения кочергой.

— О да, милорд, несомненно, примет. А какой приманкой раздразнить?

Лицо Делоне стало еще более суровым, чем у Жослена Веррея при всем его неприятии.

— Попроси передать герцогу л’Анверу, что я знаю, кто убил его сестру Изабель.

Глава 28

Делоне не стал тратить время зря и отправил меня выполнять поручение в тот же день. Помимо дома в Городе д’Эссо располагал покоями во Дворце, где я тоже уже бывала — иногда ему доставляло удовольствие выставлять меня напоказ перед завистниками, — но мне ни разу не доводилось разыскивать лорда. Прежде я никогда не добивалась встречи с кем-либо из своих поклонников, и в тот день мне это было внове.

В экипаже Жослен хранил такое же молчание, что и Ги до него, но гораздо демонстративнее, несмотря на сдержанные кассилианские манеры. Не было сомнений, что спутник меня презирает. Все его тело выражало недовольство навязанной ролью, а небесно-голубые глаза буквально пылали возмущением. Я по возможности старалась не обращать на него внимания, поскольку следовало сосредоточиться на значительно более важных вещах, чем его уязвленное достоинство, но это было нелегко.

Среди публики, заполнявшей западное крыло Дворца, мы представляли собой весьма странную пару. Я шла в хорошо узнаваемой сангровой накидке поверх платья — скромного наряда из коричневого бархата — и со скрытыми под черным чепцом волосами, но с таким же успехом могла бы вышагивать нагой, словно прямиком из спальни. Рядом с высокой фигурой Жослена — в пепельном рубище и с простыми стальными наручами — весь мой облик словно кричал, что я Служительница Наамах. Пытаясь определить, бывал ли кассилианец прежде в королевском дворце, я потерпела неудачу. Даже если его и ошеломили величественность и многолюдье Дворца, он ничем этого не выдал.

Открывший дверь в покои д’Эссо слуга узнал меня и испуганно отступил на шаг назад. Я отметила, что он то и дело косился в сторону — на моего спутника.

— Миледи Федра но Делоне, — с поклоном поприветствовал меня лакей, наконец овладев собой. Сама я не обладала титулом, но считалась членом семьи моего покровителя, и слуги давно усвоили, что лучше об этом не забывать. «Этим уважением я обязана Ги», — с грустью вспомнила я. — Милорд д’Эссо не говорил, что ждет вашего визита, — неуверенно сказал лакей.

— Да, я решила наведаться к нему без предупреждения. — В вопросах протокола Жослен Веррей был мне не помощник. Я расправила сангровую накидку и со всем возможным в таком положении достоинством вздернула подбородок. — Пожалуйста, спроси у своего лорда, не сможет ли он уделить мне немного времени.

59
{"b":"234226","o":1}