ЛитМир - Электронная Библиотека

 - Но ртутный столбик термометра упал ниже некуда. – Сокрушались бойцы роты. - Стояние в карауле стало пыткой.

 - Независимо от того, сколько вещей на тебе надето...

 Часовые выглядели как игрушечные мишки: две пары кальсон, две пары брюк, два свитера, солдатская рабочая одежда, полевая форма и толстое меховое пальто, изготовленное специально для несения караульной службы.

 - Как в такой одежде можно воевать?

 - Зато русским хорошо, - задумчиво сказал Майер. – В своих овчинных полушубках и валенках они чувствуют себя превосходно!

 Головные уборы выдали с меховыми наушниками. Открытыми оставались только глаза и нос. Колючий ветер равнодушно проникал сквозь ткань, прикрывающую подбородок, и словно тысяча игл вонзалась в кожу. Не проходило и дня, чтобы кто-нибудь не отморозил нос.

 - Скоро мы все тут перемёрзнем!

 - Не каркай!

 Караульную службу несли по два часа кряду, после чего два часа грелись. Ночью давали четыре часа отдыха.

 - Чёртова система, - сказал Францл и подышал на озябшие руки, - но каково тем беднягам, кто сейчас на передовой!

 - Я уже не рвусь туда. – С иронией сказал Иоганн.

 - Раньше нужно было думать…

 Доносился гул линии фронта, разлёгшийся недалеко к востоку. Один раз с рёвом пролетел русский самолёт, уничтожая противника всеми имеющимися у него средствами - точными и с недолётом бомбовыми ударами и пулями, вспарывающими снег.

 - Куда смотрят наши зенитки?

 - Он просто сошёл с ума или заблудился…

 Четыре дня подряд лютовала такая сильная снежная буря, что, когда все вышли, чтобы заступить на караул, с трудом могли пробиться к постам.

 - Теперь мы не сможем найти склады боеприпасов.

 Разбросанные за развалинами завода, они превратились в гигантский снежный холм, очертания обрушенных стен сливались с серым небом.  Францл заступал в наряд с Иоганном.

 - Хитрые славяне даже погоду заставили служить себе!

 - Генерал Мороз непобедим…

 Он упрямо нагнул голову и буквально сжался под порывами ветра. Солдаты топтались вокруг в снегу, пытаясь согреть ноги. Иоганн крикнул Францлу:

 - Давай подойдём поближе к стене, там не так дует!

 - Ты думаешь, это нас спасёт?

 Тот вяло пробрался к месту, с которого мог следить за складом боеприпасов. Ступни Майера постепенно стали ледяными от холода и онемели.

 - Просто позор, но у нас до сих пор нет сапог на меху.

 - Или русских валенок…

 В тот же день ближе к вечеру зашёл полевой хирург и спросил, нет ли у кого каких-нибудь жалоб. Иоганн неохотно признался:

 - У меня что-то со ступнями…

 - Поедешь с нами.

 В санях на лошади раненых доставили в штаб батальона. Там было полно народу, и им пришлось долго ждать очереди на осмотр.

 - Что у нас больше негде принимать больных? – спросил Майер раненого в руку соседа.

 - Мне вчера рассказали, - охотно откликнулся тот, - один врач устроил перевязочный пункт в огромной доменной печи на территории тракторного завода.

 - Столько раненых я не видел ни разу в жизни! – согласился Иоганн.

 - Тут всё же лучше чем в окопах!

 - И безопаснее…

 После нескольких попыток Майеру удалось снять сапоги. Когда он стянул носки, к ним прилипли большие лоскуты кожи. Пальцы ног были сплошь в волдырях, а пятки чёрные.

 - Боже Всемогущий, что за вид! – раненый солдат зажал нос.  

 Гниющая открытая рана, но не кровоточащая. 

 - Приятель! - воскликнул он с брезгливым выражением лица. - Ты же гниёшь заживо!

 - Я ничего не чувствую…

 - Парень, ну и вонь!

 - А ты не нюхай.  

 Дородный фельдшер осмотрел ногу Иоганна. Кусок за куском, очень осторожно, он удалил остатки кожи с отмороженных ступней.

 - Кем работаешь?- спросил он Майера.

 - Я поступил в армию сразу после школы, господин фельдшер, - ответил тот.

 - Гм-м…  

 - Что это он делает, - думал Иоганн, когда тот погрузил щипцы глубоко в пятку.

 - Что-нибудь чувствуешь? - спросил медбрат и почесал сломанный нос.

 - Совсем немного.

 - Ну, возможно, тебе все-таки повезло… - пробормотал лекарь.

 Теперь Майер и в самом деле забеспокоился:

 - Я не лишусь ног?

 - По крайней мере, - тихо ответил ему фельдшер, - ты какое-то время не будешь участником этой проклятой мясорубки.

 В смотровую заглянул ротный медик и сказал, что принесёт его ранец на следующий день.

 - Один день я как-нибудь переживу…

 - Ты ведь всё равно никуда не денешься до этого времени?

 - Только сообщи Францлу Ульмеру о моей болезни. - Попросил его Иоганн.

 - Ладно.

Глава 12

Начавшиеся в середине сентября бои непосредственно за Сталинград военные сразу назвали позиционной, или «крепостной» войной. Время для проведения крупных операций миновало, из просторов степей война перешла на изрезанные оврагами приволжские высоты с перелесками и балками.

 Сталинград - крупный промышленный город, расположенный на неровной, изрытой ручьями, пересечённой местности, застроенной зданиями из железа, бетона и камня. В таких условиях километр, как военная мера длины, был заменён метром, карта генерального штаба - планом города. 

 За каждый дом, цех, водонапорную башню, железнодорожную насыпь, стену, подвал и, наконец, за каждую кучу развалин велась ожесточённая борьба, которая не имела себе равных даже в период первой мировой войны с её гигантским расходом боеприпасов.

 Расстояние между войсками противников было предельно малым. Несмотря на массированные действия авиации и артиллерии, выйти из района ближнего боя было невозможно. Иногда случались забавные и трагические недоразумения.

 Однажды ночью Григорий Шелехов и несколько измученных красноармейцев подобрались к разрушенному школьному зданию.

 - Переночуем здесь!

 - А чьё энто здание? – засомневался Григорий.

 - Какая на хрен разница?!

 В пустых классах, оказалось теплей, чем на улице, на полу валялась солома и спали какие-то солдаты. Они улеглись рядом и тотчас уснули. Потом кто-то проснулся и нервно крикнул:

 - Мы спим рядом с немцами!

 - Russisch!

 Все вскочили, в темноте началась беспорядочная стрельба, потасовка, шум, крики, стоны и брань. Били кто кого, не разобрав ничего в сумятице. Григорий получил удар штыком в ляжку, сам ударил кого-то ножом. Потом все разбежались в разные стороны, лязгая от злобы зубами.

 - Пошли спать в другой класс! – предложил Григорий и первым спустился на этаж ниже. – Немцам тоже спать надо…

 - Такой сон собаки перебили!

 - Зато согрелись…

 Сняв штаны, Григорий определил по форме шрама, что штык был немецкий, плоский. В санчасть не пошёл, рана заросла сама недели через две.

 … Русские превосходили немцев в отношении использования местности и маскировки и были опытнее в баррикадных боях за отдельные дома. Позиционная война нагрянула совершенно неожиданно для немецких стратегов, потери в людях и технике были несоизмеримы с успехами, которые исчислялись квадратными метрами захваченной местности.

 Бои за Мамаев курган продолжались, но не менее ожесточённое сражение развернулось за огромное зернохранилище, ниже по течению реки. Быстрое продвижение танкового корпуса генерала Гота отрезало эту естественную крепость русских от основных частей РККА. Защищали хранилище солдаты 35-й гвардейской дивизии, силы которых были уже на исходе. Ночью 17 сентября к ним смог пробиться взвод морской пехоты под командованием лейтенанта Андрея Хозанова. Взвод располагал двумя станковыми пулемётами и двумя противотанковыми ружьями.

 - Теперь нас голыми руками не возьмёшь!

 Когда немецкий офицер в сопровождении переводчика вышел на открытое пространство и, размахивая белым благом, потребовал немедленно сдаться, красноармейцы, не раздумывая пристрелили его и подорвали один танк.

 - Хрен тебе, а не морковку!

29
{"b":"234234","o":1}