ЛитМир - Электронная Библиотека

Валерий и Лола переглянулись без улыбки.

– А ведь Рудик правильно говорит, – после короткой паузы заметил Валерий, – насчет мафии. Я об этом как-то и не думал. А ведь все уважение и страх других связаны именно с этим.

– Вот сегодня я и переговорю с директорами об этом, – заявил Рудик.

– Отлично, – потирая руки, кивнул сидевший за письменным столом Никита Афанасьевич. Посмотрев на сидевшего с трубкой в зубах полного, подмигнул. – Мы имеем большие деньги. А затраты минимальны. Молодец, Семенов, что согласился на предложение Ниндзи.

– Оно конечно, – вздохнул полный, – деньги хорошо. Но представь, Возин, что будет, если…

– А вот это, Лобов, – перебил его Возин, – дело пятое. Потому как даже если, выражаясь по-твоему, на нас выйдет правосудие, доказать нам ничего не смогут. Счета есть, но… – Он многозначительно замолчал.

– Дай-то Бог, – кивнул Лобов.

– Знаешь, Василий, в последнее время мне что-то не нравится твое настроение. У тебя оно какое-то пасмурное и…

– Дома не все ладно. Зинаида все ворчит и ворчит.

– Чего ей не хватает? Денег у вас полно. Ты ей ни в чем не отказываешь. Вообще-то, наверное, прознала про твою вспыхнувшую последним костерком любовь, – невольно хихикнул Возин, но, опомнившись, кашлянул.

– Может, и это. Но молчит, не говорит ничего. Что же касается моей, как ты верно отметил, последней, вспыхнувшей костерком любви, то ты прав. Я действительно чувствую, что по-настоящему люблю. Я понимаю, что это звучит довольно глупо и смешно, но тем не менее повторю: я люблю Зойку.

– Ну ты даешь. Насколько я знаю, она не дала тебе не то чтобы шанса, а даже просто возможности объясниться.

– Ну и что? Чтобы по-настоящему любить, не нужно общаться тесно. Секс в любви далеко не главное.

«Конечно, – мысленно усмехнулся Никита Афанасьевич. – Особенно когда этот самый секс для тебя в прошлом». А вслух сказал:

– Так поговори с ней. А то ты даже к ней не подходишь…

– Пытался. Но она не приняла это всерьез. А на второй раз у меня просто смелости не хватает.

– Ладно, давай отложим разговор о твоих амурных делах на потом. Сейчас нужно решить, как быть с поставкой груза заказчику. Посылать машины в…

– Я договорился с ним. Он сам вышлет четыре «КамАЗа» с соответствующими документами. Мы оформим груз через завод. Об этом я тоже договорился.

– Подожди, но об этом никто не знает. Мы сегодня встречались, и никто об этом ни слова.

– Сегодня у Ниндзи будут все. Там и решим, заказчика я хорошо знаю. Просто не успел сообщить всем о своей договоренности.

– Конечно, если все так, как ты говоришь, то это отлично. Мы сможем через твоего знакомого выйти и на белорусских строителей.

– Почему ты мне не веришь? Я думал…

– Извини, я не так выразился. Я хотел сказать, что если твой приятель из Белоруссии поможет…

– Он поможет.

– Отлично. Сегодня у Валерия все обсудим. А что с Яковлевой?

– Понятия не имею. Я к этому никакого отношения не имел и не хочу ввязываться в это.

– Вообще-то да. Извини. Просто мы…

– Я повторяю: об этом я даже слышать не хочу. Я занимаюсь работой, а не…

– Все-все, – замахал руками Возин. «Если бы не твой сынок, – сунув в рот сигарету и щелкнув зажигалкой, зло подумал он, – мы бы давно дали тебе пинком под зад, трусливый старый боров».

– Привет, маман. – В открытую дверь вошел молодой плечистый мужчина в красном пиджаке.

– Антон! – Всплеснув руками, к нему шагнула пожилая женщина в дорогом халате.

– Чао, маман. – Приподняв женщину, он чмокнул ее в лоб.

– Уронишь! – испуганно воскликнула она.

– Никогда в жизни, – рассмеялся Антон. Опустив мать на пол, спросил:

– Где отец? Он меня вызвал зачем-то. Не знаешь зачем?

Не отвечая, она тяжело вздохнула.

– Что такое, маман? – осторожно взяв ее за плечи, спросил сын.

– Как что – он, Антошка, по краю ходит. Связался у с этими… – Не договорив, махнула рукой.

В глазах сына мелькнула усмешка.

– Успокойся, маман, все нормально. Папаша – мужик башковитый и куда не надо не полезет. Так что…

– Антошка, – мать укоризненно покачала она головой. – Ну что ты меня, как во Франции, маман да маман. Мама, – она вздохнула, – самое хорошее и ласковое слово. А ты меня, как мачеху – Перестань, мам, – улыбнулся он. – Я же любя. А что говорю так, – он пожал широкими плечами, – так каждый выражается по-своему. Дело не в словах. Я хороший сын. – Он снова обнял ее. Мать, вздохнув, кивнула. – Я слышал, – отпустив ее, нерешительно начал Антон, – что бате бес в ребро…

– Перестань. – Мать рассердилась. – Это она виновата, строит ему глазки.

– А кто? Ты знаешь?

– Слышь, мужик, – осмотрев небольшое, тускло освещенное помещение, спросил один из двоих небритых мужиков. – Ты куда нас… – Повернувшись, испуганно замолчал.

В дверь вошли четверо крепких мужчин в облегающей тело черной одежде с закрытыми масками лицами.

– Вы чего? – с заметно побледневшим лицом отступил назад второй.

– Сюда, – махнул рукой на небольшой люк один из мужчин в масках.

– Да вы кто такие? – испуганно спросил первый. Четверо в масках, бросившись вперед, легко скрутили мужчин и умело нацепили им на ноги кандалы.

Заглушив их испуганные крики кляпами, обоих затащили в кабину грузового лифта.

– С днем рождения, Родион, – подняв бокал, с улыбкой посмотрел на сидевшего в центре богато сервированного стола Рудика средних лет мужчина с посеребренными сединой висками.

– С днем рождения! – хором проскандировали сидевшие за столом семеро мужчин и восемь женщин. Рудик, довольно улыбнувшись, кивнул:

– Спасибо.

– Ну, – засмеялся человек с седыми висками, – благодарить пока еще рано. В день рождения приятно дарить подарки. – Все зааплодировали. – Знаю, ты мечтал о «шестисотом». Он у тебя есть. – Вытащив из нагрудного кармана пиджака связку ключей, аккуратно положил на стол.

– Вот это да! – вскочив со стула, восторженно воскликнул Родион.

Остальные гости стали выкладывать на стол доллары.

– А где Василий? – спросил Валерий.

– Его Гришка вызвал, – негромко ответила сидевшая рядом Лола.

– Ясно, – расстроился Василий. – Значит, она отказывается.

– Не хочет, – кивнул крепкий мужчина. – Я уж и так, и так. Она уперлась, и все. Говорит, еще раз – и в милицию буду обращаться.

– В милицию… – Василий покачал головой. – Это плохо. Может, лучше оставить ее в покое? – задумчиво спросил он себя.

– Как скажете, – пожал плечами крепкий, – так и сделаю. Но ведь все за то, чтобы она…

– Ладно, решим после. Завтра встретимся и все обсудим.

– Я могу быть свободен? – спросил крепкий.

– Иди, Григорий.

– Василий Григорьевич, – нерешительно начал Григорий, – нам бы…

– Держи. – Василий протянул ему несколько стодолларовых купюр. – Я помню, что сегодня у вас получка, – усмехнулся он.

– Лобов, – выглянув в приоткрытую дверь, позвала его Лола, – ждут только тебя.

– Извините, – входя следом за ней в зал, обратился он к сидящим за длинным столом гостям. – Просто кое-что не…

– Василий Григорьевич, – нетерпеливо проговорил Валерий. – Сегодня о делах ни полслова. Сегодня просто веселимся.

– Мужики, – подняв голову, со страхом спросил один из небритых. – Что это? Куда я попал? – Он ухватился за кандальную цепь и несколько раз с силой дернул ее.

– Не дергай, – хмуро посоветовал лежавший у стены худой мужчина. – Сначала все страшно и непонятно, потом привыкнешь. Какая погода на улице? – с тоской спросил он.

– Да кто вы такие? – воскликнул небритый.

– Каторжники, – выдавил один из лежавших на тюфяках трех изможденных людей. – И не знаем чьи.

– Как же так? – окончательно перепугался небритый. – Ведь…

– Ты наверняка один из нас, – сипло проговорил еще один, – из бомжей. В городе проездом. Клюнул на обещанный пузырь и закусон. Все через это прошли. И знаешь, что самое страшное? До нас никому нет дела. Они знают, кого берут.

3
{"b":"2343","o":1}