ЛитМир - Электронная Библиотека

– А колбаса не куриная? – увидев палку колбасы в пакете, с тревогой спросила бабушка. – А то вона по телевизору говорили, что, значит, в Бельгии всех кур поотравили. А наши предприниматели сейчас их по дешевке, чтоб, значит, в деньгах не потерять, продавать начнут.

– Российская, – засмеялась Зоя.

– Как там Андрюшка? – тихо спросила свекровь.

– Плохо, – опустив голову, прошептала Зоя. – Он – все время говорит, что умереть хочет.

– Так как же ты его одного оставила? – встревожилась свекровь. – Ведь не дай Бог наложит на себя руки.

– Нет, – уверенно ответила Зоя. – Сейчас он этого не сделает.

– Дай-то Бог. – Свекровь внимательно посмотрела на нее.

– Я занесу все и в холодильник положу. – Оля прошла в дом.

– Что-то случилось? – подождав, пока Оля уйдет, спросила свекровь.

– Ничего особенного, – стараясь говорить спокойно, покачала головой Зоя.

– Просто соскучилась по дочери и по вас. А вы не рады? – с улыбкой спросила она.

– Не ври мне. Ты бы ни за что на свете Андрюшку одного не оставила. Что случилось?

– Я слышал, ты молодость вспомнил, – усмехнулся Антон.

– А разве это плохо? – буркнул сидящий за столом Василий.

– Чего же хорошего? – Сын дернул сильными плечами. – Мать вон переживает. Зря ты, папан, в любовь поиграть решил. Поздно уже за молоденькими бегать.

– А ты мне не указывай, – разозлился Лобов, – что поздно, а что нет! Лучше о себе думай. Зачем тебе все…

– А ты в мои дела тоже не суйся. Как могу, так и живу. Насчет твоей любви лично мне до лампочки, маман жалко. Ладно бы под старость резвился так, чтоб никто не знал. А то ты ей, говорят, цветы по утрам посылаешь. – Антон рассмеялся.

– Не смей зубы скалить! – закричал отец. – Мать ему, видите ли, жалко стало. А когда в тюрьму садился, ты о нас с матерью думал? Или…

– Папаша, – засмеялся Антон. – Неужели ты думаешь, я просто так сюда приехал? Я же знаю, чем вы сейчас занимаетесь. И поверь, тебе за дела эти премию не дадут. А вот срок, – он усмехнулся, – приличный получишь. По делу вместе со всеми пойдешь. Как организатор. Так что твоя любовь сейчас совсем не нужна. Она мешает, – жестко закончил он. Лобов удивленно уставился на сына.

– Да, – кивнул Антон, – знаю я о ваших работах, поэтому и приехал. Передай Ниндзе, что Председатель не совсем доволен. Кое-что высветилось, и это может вызвать определенные осложнения.

– Ты, – пораженно прошептал Лобов, – знаешь…

– Да. Неужели ты думаешь, вы такие умные и, загребая миллионы, не будете ни с кем делиться? Хотя, наверное, зря я тебе это сказал. Твоя внезапно вспыхнувшая любовь может здорово навредить. Но Зоенька больше принимать от тебя подарков не станет. Я как сын тоже не советую пытаться встретиться с ней. Мать должна жить спокойно.

– Ты! – крикнул Василий. – Молокосос! Ты что думаешь…

– Это тебе думать нужно, – перебил его сын. – Мать знает, что ты с законом не в ладу. И если поймет, что ты вот-вот променяешь ее на эту Зоеньку, запросто может накатать телегу в ментовскую.

– Ты думаешь, она сможет предать меня? – испугался Василий.

– Покинутая ради другой, – пожал плечами Антон, – способна на все. Сейчас она с тобой и поэтому боится, что тебя возьмут. А когда ты будешь рисковать ради другой, а ей передавать пенсию, она разозлится. Ты же мудрый человек, папаша, зачем тебе эти амурные похождения? Тем более Зоенька, я навел справки, на тебя хрен забила. Отвали от нее, пока не попал в какую-нибудь неприятную историю. У нее дела с кидаловом связаны. Что-то с квартирами. Пока она не нарвалась на серьезных людей, а то ведь потом будет лазаря петь и тебя наверняка приплетет.

– Подожди, – сказал обескураженный отец, – с каким таким кидаловом? Какие квартиры?

– Продает квартиры одиноких стариков на свой страх и риск. Она уже двоих пенсионерок в дом престарелых отправила, а их хаты продала. Выбирает таких, у кого квартиры или дома более-менее. Ничем не брезгует, сучка. Сейчас в Россию наплыв беженцев большой, среди них очень денежные попадаются. Вот и покупают себе жилье за приличные бабки. А она этим пользуется.

– Ты серьезно? – недоверчиво спросил Василий.

– Вполне. Зойка работала на очень серьезного дядю по этой части. Там даже мокруха была. Кого уговорить не могли, убивали. Почти всех мусора повязали. Она и еще пара каких-то сумели увернуться. По делу вроде цепанули, но отпустили за недоказанностью. Она почему тебя на коротком поводке держит – считает, что ты довольно крутой по нынешним меркам и если где-то ее зажмут, она перед тобой ноги расставит и ты ее отмажешь. Или деньгами, или еще как. Ведь попроси она тебя помочь, ты бы не отказался.

– Нет, – честно ответил Лобов. Покачав головой, нахмурился. – Подожди. Ты что-то путаешь. Ее брат говорил, что…

– Какой еще брат? – удивленно перебил его сын.

– Она с братом приехала год назад. Мы познакомились на концерте Аниты Цой. Они мне билет продали. Вот с тех пор…

– Ты спал с ней?

– Да ты что? – возмутился Лобов. – Если бы спал, неужели думаешь, я бы до сих пор с мамой твоей жил?

– А при брате хоть раз целовал? – поинтересовался.

– Ну… – кашлянул Василий. – В щеку. При расставании.

– Крепко она тебя зацепила, – хмыкнул Антон. – А насчет брата надо будет уточнить, что там за братец. Скорее всего кто-то из тех двоих, кто от дела о квартирах в Москве отмазаться сумел.

– Знаешь, – немного подумав, сказал Василий. – Мне кажется, ты ошибаешься. Зоя не такая…

– Да знаю я, какая она, – поморщился сын. – Мы с ней пару раз на загулах встречались. Баба она, конечно, башковитая, работала в паспортном столе, за себя постоять может. Тренированная, стерва. Она с Погорельцем работала, и раз тот какую-то бабищу отхватил. Вся из себя. Так Зойка ей накидала по харе. Еле оттащили, думали, пришибет. А вот кто братец ее? Надо уточнить.

– Стилист? – переспросил Гогу невысокий коренастый мужчина в камуфляже.

– Не знаю такого. А Бугра видел пару раз. Он вроде как ударная сила. Ну там, поломать кого или просто измолотить. По-серьезному не работает. Мокруха не его профиль. Кто любовника своей бабенки измордовать пожелает, к нему идут. А вот Стилист… Не слышал о таком, но постараюсь выяснить. Думаешь, кто-то из родни бабулек?

– Да у тех вроде родственников нет. – Гога пожал плечами. – Мы же, прежде чем начать, проверили все. Обе бабуськи одинокие. Одна вообще рожать не могла. У второй муж и дочь погибли в автокатастрофе. И вдруг сегодня эти двое нарисовываются. А мы только клиента нашли. Старичок один, ему уже под восемьдесят, ищет сиделку. Ну, значит, чтобы с ним жила и ухаживала за ним. А он ей сразу квартиру подписывает. Ну, не сразу, – заметив насмешливую улыбку коренастого, поправился он, – а если она ему в течение месяца понравится.

– И думаешь, этот дедок сразу сдохнет? – засмеялся коренастый. – Бывают деды такие, что лет по десять умирают, а то и больше.

– Ну уж ему бы мы помогли, – улыбнулся Гога.

– Такие номера сейчас не проходят, – возразил коренастый. – Малейшее подозрение – и проверяют все.

– Он бы своей смертью помер, – засмеялась сидевшая на тахте женщина. – Я бы сумела его до инфаркта довести и не сразу вызвала бы «скорую помощь».

Переглянувшись, мужчины тоже засмеялись.

– Нy что? – спросил Гога. – Ты нас пристроишь где-нибудь. Узнаем, что такое Стилист, и решим, что делать. А то сейчас иметь идущего по следу врага не хочется. Желательно узнать о нем все. Что он к нам имеет. Чем занимается и все такое прочее.

– Ладно, – кивнул коренастый, – я вас к себе на дачу отвезу. Вернее, в деревню. У меня там дом вместо дачи. Вот там и побудете некоторое время. Я постараюсь все выяснить.

– В деревне? – Женщина недовольно сморщила нос. – Скукотища, К тому же там все друг друга знают…

– Сейчас в деревнях, – возразил коренастый, – летом столько приезжих, что и внимания на них никто не обращает. А кроме этого, ничего предложить не могу.

9
{"b":"2343","o":1}