ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Значит, вы утверждаете, что не знали выше себя начальника.

— Так точно.

— Расскажите, как все произошло.

— Я был раздосадован вмешательством господина Резанова в мои дела. — Крузенштерн смотрел прямо в глаза правителям Камчатки.

— В чем заключалось вмешательство?

— Его превосходительство выразил неудовольствие, что суда, купленные в Англии, оказались не совсем, как бы это сказать, новыми…

— Точнее…

— Судам оказалось больше лет, чем предполагали.

— Ваше превосходительство, — обратился губернатор к Резанову, — объясните нам по поводу судов.

— У берегов Бразилии при тщательном осмотре подводной части кораблей оказалось, что «Надежда» построена девять лет тому назад и, следовательно, не стоит заплаченных за нее денег. В корпусе открылась течь. Связи, на которых держалась палуба, тоже непрочны и крошились. Мачты прогнили и требовали замены. Я был недоволен, но стерпел, не желая портить отношений с командиром.

— Это правда, господин капитан-лейтенант?

— Да не совсем…

— Правда или нет?

— Правда ваше превосходительство, — выдавил из себя Крузенштерн. — Но было еще одно обстоятельство.

— Какое?

— Его превосходительство господин Резанов позволил себе нарушить субординацию.

— В чем заключалось это нарушение?

— Господин Резанов передал инструкцию командиру «Невы» капитан-лейтенанту Лисянскому, минуя меня, как командира над обоими кораблями.

— Что это была за инструкция?

Крузенштерн молчал.

— Говорите, я вас слушаю.

— Меня не интересовало содержание. Утверждаю, что это возмутительное вмешательство в мои дела.

— Ваше превосходительство, не расскажете нам, что было написано в том письме?

— Это было поручение хозяйственного порядка, относящееся к деятельности компании. «Нева» шла прямо на Кадьяк. О компанейских делах я не обязан ставить в известность господина Крузенштерна.

— Благодарю вас, ваше превосходительство… Теперь, господин Крузенштерн, я хочу знать, что произошло в Нукигавеnote 31.

— Господин Резанов оскорбил меня.

— Оскорбил я?.. — Николай Петрович вздрогнул и поднял голову. — Разрешите, ваше превосходительство, сказать все как было.

— Хорошо, прошу вас.

— В Нукигаве господин Крузенштерн приказал лейтенанту Ромбергу и доктору Эспенбергу выменивать у туземцев припасы на разные вещи. Я, со своей стороны, приказал компанейским приказчикам добыть у туземцев наиболее любопытные предметы домашнего обихода для этнографической коллекции. Это не понравилось Крузенштерну, и он приказал добытые приказчиками у туземцев вещи отобрать и впредь не разрешил никаких мен.

— Это правда, господин Крузенштерн?

— Правда, — пробормотал командир.

— Но почему вы так сделали?

— На судне должен быть один начальник.

— Но таким начальником был его превосходительство господин Резанов.

Иван Федорович Крузенштерн склонил голову и ничего не ответил.

— Что было дальше? Может быть, скажете вы, господин Резанов, — губернатор сделал приглашающий жест.

— Я возмутился этой дерзостью и, увидя господина Крузенштерна на шканцах, подошел к нему и спокойно сказал: «Не стыдно ли вам так ребячиться и утешаться тем, что не давать мне способов к исполнению возложенного на меня?» Крузенштерн сразу взорвался. «Как вы смели сказать, что я ребячусь!» — крикнул он.

— Это правда, господин Крузенштерн?

— Правда. Но шканцы — святое место на корабле, — повысил голос капитан-лейтенант. — За всякое нарушение дисциплины, совершенное на шканцах, наказание усугубляется. На шканцах особый почет начальнику.

— Раз так, то господин Резанов должен пользоваться почетом, как ваш начальник, утвержденный высочайшим повелением. Но что же было дальше, скажите нам, господин Резанов.

— «Как же, сударь, весьма смею, как начальник ваш», — сказал я опять спокойно, сдерживая себя. «Вы начальник? — крикнул мне Крузенштерн. — Может ли это быть? Знаете ли, что я поступлю с вами, как не ожидаете?» — «Нет, не знаю, — ответил я. — Не думаете ли вы меня на баке держать, как Курляндцева? Матросы вас не послушают, и я сказываю вам, что, если коснетесь меня, чинов лишены будете. Вы забыли законы и уважение, которым вы одному чину моему обязаны…»

— Это правда? — снова спросил губернатор. — Подтвердите, господин Крузенштерн.

— Правда, — побледнев, отозвался командир.

— Тогда расскажите нам, ваше превосходительство, что было дальше.

— Я ушел к себе в каюту и, опасаясь дерзостей, позвал к себе академика Курляндцева. Через несколько минут ворвался в каюту Крузенштерн. «Как вы посмели сказать, что я ребячусь? — снова крикнул он. — Знаете ли вы, что есть шканцы? Увидите, что я с вами сделаю!..»

— Я удивляюсь, господин командир, как вы могли дозволить подобные угрозы. Вы — букашка в сравнении с его превосходительством послом императора… продолжайте, ваше превосходительство.

— Господин Крузенштерн побежал на «Неву», вернулся оттуда с господином Лисянским и мичманом Берхом, остальные офицеры не захотели идти. Он кричал на весь корабль: «Вот я сейчас его проучу! Это самозванец!» Офицеры выкрикивали по моему адресу ругательства. В руках капитан-лейтенант Крузенштерн держал старую инструкцию министра коммерции графа Румянцева. «Господа, — сказал он, — теперь я более не командир и не могу вами командовать. Николай Петрович Резанов сегодня утром здесь, на шканцах, обозвал себя начальником. Я не знаю, почему он так себя называет. Я прошу рассмотреть те бумаги, которые имею и которые дают мне право на начальство». Крузенштерн передал инструкцию Лисянскому, который стал ее громко читать…

— Это была старая инструкция, господин Крузенштерн?

— Да, но другой у меня не было.

— Что произошло дальше?

— Офицеры признали меня начальником. На шканцы был вызван господин Резанов. Но он отказался, не хотел читать свою инструкцию.

— Почему, ваше превосходительство, вы отказались прочитать на шканцах высочайше одобренную инструкцию?

— Инструкция секретная, и я не имел права… Но, подчиняясь грубой силе, я все же был вынужден ее огласить. Я пересилил себя, вышел на шканцы и прочитал офицерам инструкцию — в части, касавшейся назначения меня начальником экспедиции.

— Вы читали перед отходом в плавание новую инструкцию, господин Крузенштерн?

— Да хотя бы и читал, но господин Резанов забыл свой долг и не объявил инструкцию господам офицерам.

— Вы не вправе указывать его превосходительству господину Резанову… Вы помните, Николай Петрович, что сказали офицеры?

— Сначала воцарилось молчание, — сразу ответил Резанов, — а потом кто-то спросил: «Кто подписал?» — «Ваш государь, Александр Павлович», — ответил я. «А писал кто?» — крикнул старший лейтенант Ратманов. «Этого я не знаю». — «То-то, не знаете, — словно обрадовался Ратманов, — а мы хотим знать, кто написал. Подписать-то, знаем, он все подпишет». Тут офицеры закричали: «Ступайте, ступайте с вашими указами, нет у нас начальника, кроме Крузенштерна!» Я повернулся и пошел в каюту.

— Прочитайте нам, ваше превосходительство, то место в высочайше утвержденной инструкции, касаемое вас, которое вы зачитали на шканцах офицерам.

Резанов пошелестел бумагами, нашел нужное место.

— «Параграф первый. Корабли „Надежда“ и „Нева“, в Америку отправленные, имеют главным предметом торговлю Российско-Американской компании, от которой они на собственный счет ее куплены. Вооружены и снабжены приличным грузом. Его императорское величество, покровительствуя торговле, повелел снабдить компанию офицерами и матросами и, наконец, отправил при сем случае японскую миссию, благоволит один из кораблей, на коем помещена будет миссия, принять на счет короны, как равно и двухгодовое на экипаж сего судна содержание, всемилостивейше позволил Российско-Американской компании погрузить то число товаров, сколько окажется к тому возможно. Сии оба судна с офицерами и служителями, на службе компании находящимися, поручаются начальству Вашему»note 32.

вернуться

Note31

Самый большой остров у группы Маркизских островов.

вернуться

Note32

Из инструкции И. П. Резанову, утвержденной императором Александром 10 июля 1803 года. «Внешняя политика России XIX — начала XX века. Документы Российского министерства иностранных дел». Серия первая, 1801 — 1815, том I. Москва, Госполитиздат, 1960.

70
{"b":"2352","o":1}