ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Рано утром «Веселая невеста» миновала песчаный, низменный мыс Хель и, обогнув его, вошла в закрытую от всех ветров обширную бухту. Зыбь утихла, словно по приказу морского царя. Карстен Роде решил отстаиваться в спокойных водах. На «Веселой невесте» убрали паруса и отдали якорь.

День был воскресный, матросы после тяжелой и бессонной ночи валились с ног от усталости. Капитан освободил всех от работы, и «Веселая невеста» превратилась в сонное царство. Только дозорные из бочек, на самых верхушках мачт, прилежно всматривались в пустынный горизонт. Прошел день, ночь, еще день и еще ночь. Море было пустынно по-прежнему. Несколько рыбачьих лодок, промышлявших сетями рыбу, в счет не шли. Снова наступил день. По-прежнему низкое серое небо лежало над морем и дул пропитанный влагой ветер.

Неожиданно с передней мачты раздалось:

— Парус на юге! Еще парус!

Карстен Роде услыхал крик дозорного и выбежал на палубу без сапог, в одной рубахе.

— Еще парус на юге! — услышал он голос с мачты.

— Сколько же ты видишь парусов? — закинув голову, спросил капитан.

— Вижу три корабля, господин капитан!

У Роде ёкнуло сердце. Мечты его сбывались.

— Все на палубу! — рявкнул он. — На паруса и на якорь! — А сам бросился в каюту одеваться.

Ударил колокол, призвавший команду. По вантам побежали матросы. Пушечные мастера и их помощники готовили пушки к бою. «Веселая невеста», поскрипывая блоками, быстро покрывалась парусами.

Корабли, видневшиеся на юге, приближались.

Карстен Роде вышел на ют в ботфортахnote 66 и в короткой куртке из кожи лося. За поясом виднелись два пистолета и боевой топор на короткой ручке. На голове красовалась черная шляпа с большим пером.

— Слушай, Ганс, и ты, Степан! — весело сказал он. — Клянусь мессой, мы пойдем им навстречу и начнем бой… Мы должны победить!

— Согласен, — сказал Ганс.

— И я тоже, — поддакнул Степан. — Но пока, господин капитан, не видно, кому принадлежат корабли.

— Это все равно! — отрезал Карстен Роде. — Раз они оказались возле Данцига, значит, наши враги.

«Веселая невеста», быстро набирая ход, понеслась навстречу своей судьбе.

— Я вижу на кораблях флаг торгового города Данцига. Они следуют друг за другом.

Суровое лицо капитана осветилось улыбкой.

— Удача… Эй, рулевой, корабли оставим вправо! Готовы ли пушки, Ганс?

— Пушки готовы.

— Убавить паруса, Степан, иначе мы не успеем зарядить пушки после залпа.

Пушки «Веселой невесты» были небольшие, и на перезарядку каждой шло пятнадцать минут. Пушки крупного калибра могли выстрелить не более двух раз в час. На корабле убавили наполовину паруса, ход сразу замедлился. Люди замерли в ожидании. Пушки грозно глядели сквозь прорезанные в бортах квадратные портыnote 67.

Карстен Роде, чтобы лучше видеть, поднялся на рейnote 68 передней мачты.

— Правый борт, огонь! — прогремел его голос, когда данцигский корабль оказался против борта «Веселой невесты».

Раздался оглушительный залп из шести пушек правого борта. Картечь в клочья разодрала главные паруса купеческого корабля. Он сразу остановился, и его стало заносить бортом к ветру.

— Право на борт! — снова послышалась команда капитана.

«Веселая невеста» послушно повернула вправо и прошла под самым носом у второго парусника.

— Лево руля, бери лево! — командовал капитан. — Левый борт, огонь! Правый — заряжай пушки!

Загремели пушки левого борта. Картечь ударила по натянутой парусине второго данцигского корабля. Снова от парусов полетели клочья. Корабль остановился.

— Молодец наш капитан, — сказал Дитрихсен Степану, — из всякого положения найдет выход. Третье судно он возьмет на абордаж, вот посмотришь.

Словно в подтверждение его слов с мачты раздалась новая команда:

— На абордаж!

«Веселая невеста» приблизилась к борту третьего данцигского корабля. Висевшие на реях корсары с устрашающими криками стали прыгать на палубу купца. Раздались ружейные выстрелы.

Ганс Дитрихсен, ворвавшись в каюту капитана «Быстрокрылой чайки», нашел его в шкафу помертвевшим от страха. Ухватив капитана за шиворот, он выволок его на палубу. На юте были убиты штурман и рулевой. Всех остальных Дитрихсен загнал в носовой кубрик и забил снаружи дверь. Штурман Генрих Шульце и два матроса корсарского корабля остались сторожить парусник.

Тем временем «Веселая невеста», освободив свои запутавшиеся снасти от снастей «Быстрокрылой чайки», медленно стала подходить к дрейфовавшему с разорванными парусами данцигскому кораблю «Золотая овца». Его капитан вместе со штурманом и тремя матросами успели спустить небольшую лодку и сейчас гребли изо всех сил к синевшему невдалеке берегу. Так же поступил капитан «Центавра», третьего данцигского корабля.

— Их можно вернуть, — сказал Степан Гурьев.

Карстен Роде махнул рукой:

— Пусть уходят, это только к лучшему. Меньше греха перед всевышним.

Оставшиеся матросы «Золотой овцы» собрались на палубе и, подняв руки, молили о пощаде. Они обещали верно служить корсару.

Карстен Роде оставил здесь опытного штурмана Нильса Гейдрихсена и трех своих матросов. «Золотая овца», трехмачтовый большой корабль, понравилась капитану. Он измерил шагами палубу: длины в нем было от кормы до носа шестьдесят шагов, а между бортами — пятнадцать.

— Ставьте запасные паруса и следуйте за мной! — сказал Карстен Роде. — А вам, друзья, клянусь мессой, я дарую жизнь… — подошел он к кучке перепуганных матросов. — Помогите моим людям управиться с парусами.

Матросы с радостью согласились.

На «Центавре» Карстен Роде оставил Тевса Бартольцена и трех своих матросов. И на этом судне матросы просили пощады и обещали верно служить победителю.

Через два часа три данцигских корабля медленно двигались следом за «Веселой невестой». Разорванные паруса были починены или заменены новыми.

— Ну, Степан, — сказал Карстен Роде, — ты теперь и штурман и мой помощник.

— Очень рад, капитан… Могу я знать, куда мы идем?

— В маленькую бухточку на восточном берегу Борнхольма. Там достаточно места для четырех кораблей… А скажи, Степан, как твои успехи в морском деле? Понял ли ты, как управлять нашими кораблями?

— Отчасти понял, господин капитан. Однако еще многому надо учиться.

Карстену Роде всегда везло в сложном штурманском деле. А в этом рейсе даже ветры благоприятствовали ему. Ровно через сутки показался южный мыс Борнхольма. Он был низменным и песчаным. Капитан вел свое судно близко от берега, желая уверенно опознать место. Проплыли мимо береговые склоны, поросшие травой, за ними виднелся хвойный лес, возвышались одетые кустарником белые дюны.

От южного мыса капитан изменил курс, и деревянный морской бог в золотой короне, поддерживающий спиной тяжелый бушпритnote 69 корабля, устремил свой взор на северо-восток. Этот курс вел вдоль берега. Кое-где на берегу, сначала низменном, а дальше к северу — скалистом, стояли домики, казавшиеся игрушечными. Корабль прошел приметную ветряную мельницу, выкрашенную меловой краской… Постепенно перед глазами вырос крутой скалистый мыс. За этим мысом капитан повернул на северо-запад.

Время шло, Степан Гурьев не сходил с высокой кормовой надстройки. Он внимательно следил за берегом и делал отметки в своей книге.

— Смотри, Степан, на тот мыс, — показал Карстен Роде на высокую оконечность гранитного полуострова. — Чуть левее наша бухта. Видишь ли ты проход в эту бухту?

Степан Гурьев долго всматривался в огромные валуны и скалы, громоздившиеся у подножия мыса.

— Господин капитан, я не вижу прохода левее скалы.

— И не увидишь, мой друг, клянусь мессой, — засмеялся Карстен Роде. — Мало кто знает, как провести сюда корабль. У меня дрожали колени, когда я первый раз шел в этих местах.

вернуться

Note66

Сапоги.

вернуться

Note67

Отверстия в борту.

вернуться

Note68

Поперечный брус на мачте для крепления паруса.

вернуться

Note69

Деревянный брус, выставленный вперед с носа судна, служащий для крепления парусов.

60
{"b":"2355","o":1}