ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Союз капитана Форпатрила
Кодекс Прехистората. Суховей
Ужас на поле для гольфа. Приключения Жюля де Грандена (сборник)
Боевой маг. За кромкой миров
Виттория
Ветер над сопками
Желтые розы для актрисы
Ключевые модели для саморазвития и управления персоналом. 75 моделей, которые должен знать каждый менеджер
Игра в матрицу. Как идти к своей мечте, не зацикливаясь на второстепенных мелочах
Содержание  
A
A

В то же время суда Северного морского пароходства приступили к переброске из Архангельска в Кандалакшу оставшихся подразделений 88-й дивизии и отрядов морской пехоты. В Кемь и Кандалакшу пароходы везли рабочих для строительства оборонительных сооружений. Обратными рейсами эвакуировали раненых бойцов и население.

В сводке Северного флота от 11 августа онова отмечается бесстрашие и героизм вчерашних мирных рыбаков-матросов, засольщиков, механиков, тралмейстеров, мобилизованных на войну.

На траулер «Туман», теперь сторожевой корабль, несший дозор у острова Кильдина, напали три эсминца противника. Личный состав «Тумана» вел себя самоотверженно, стреляли по врагу до последней возможности. В корабль попало одиннадцать снарядов, погибло пятнадцать человек, остальные тридцать семь спаслись в шлюпках.

* * *

Через несколько дней у меня состоялась вторая беседа с командиром базы контр-адмиралом Кузнецовым. Меня, как и других, тревожило, что мы будем делать зимой, когда морозы скуют Белое море льдом на долгие семь месяцев.

— И сообщение Архангельска с внешним миром через Белое море все эти месяцы невозможно? — не то спросил, не то подтвердил адмирал.

— Вот этого я не считаю. При помощи ледоколов плавание возможно.

— Значит, для проводки пароходов необходимы ледоколы? Целый ледокольный флот? А где он будет базироваться?

Командир базы задумался. Я рассказал ему все, что знал о беломорских льдах.

Мне было известно о Белом море не так много, но и не совсем мало. К обычным сведениям из лоции и других официальных справочников о здешних льдах я мог прибавить и свой опыт. Работая на зверобойных судах, я убедился, что во льдах Белого моря могут плавать самостоятельно не только ледоколы, но и суда ледового класса, конечно, если капитанам знакомы законы зимнего моря. Дело в том, что в Белом море состояние льдов, их проходимость определяются не только силой и направлением ветра, как в остальных арктических морях, но и течениями. Под действием течений льды непрерывно двигаются, создавая на больших участках то сжатия исключительной силы, то значительные разрежения. Вот этими разрежениями и можно пользоваться.

Контр-адмирал поддержал мое предложение написать Верховному Главнокомандующему о зимних проводках в Архангельск союзных и советских транспортов.

Я твердо считал осуществление таких плаваний жизненно необходимым для страны, тем более что южная часть Кировской железной дороги все еще была в руках противника и на освобождение ее в ближайшее время надежды не было. Правда, интенсивно шло строительство железнодорожной ветки Обозерская — Беломорск, она должна была дать выход грузам из Мурманского порта к фронту, но когда этой веткой можно будет пользоваться — неизвестно.

Запросить Ставку было необходимо и потому, что руководители Главсевморпути находились в Арктике и могли вернуться в Москву не раньше середины ноября. А подготовку к зимней навигации надо начинать немедленно.

Через неделю письмо Верховному Главнокомандующему было готово. Командир базы тут же направил мои соображения в Москву.

В эти дни в Архангельск пришел приказ о реорганизации нашей базы в Беломорскую военную флотилию. Командиром назначался контр-адмирал Долинин. Капитан первого ранга Николай Петрович Аннин, с которым мы были хорошо знакомы, тоже был назначен в число офицеров флотилии.

Я продолжал жить на Поморской улице в гостинице «Интурист». Рано утром отправлялся в здание штаба и работал до позднего вечера. В связи с предстоящей постановкой минных заграждений на Белом море пришлось изрядно потрудиться над изучением его гидрологического режима.

Как-то в штабе мы вспомнили о капитане А. К. Бурке — известном знатоке беломорских льдов. Я навел справки, оказалось, что Артур Карлович не плавает, болен и по-прежнему живет в своем домике на берегу реки. С Бурке мы вместе плавали на ледокольном пароходе «Садко». Помню, в 1937 году отправились сверхранним рейсом на Землю Франца-Иосифа с грузами для экспедиции «Северный полюс». Но сначала должны были доставить в Амдерму колеса для самолетов экспедиции. Снежные аэродромы уже растаяли, и тяжелые четырехмоторные машины пришлось «переобувать». Я был в том рейсе старпомом, Бурке — капитаном. Бурке мне пришелся по душе как человек и как капитан. Артур Карлович много плавал на Севере и написал отличную работу «Морские льды», она вышла из печати в 1940 году.

Я навестил Артура Карловича.

Мой бывший капитан был бледен и худ, говорил из-за болезни горла едва слышно. С планом зимней проводки во льдах сразу согласился.

— Только не ходите напролом, — сипел он, — напролом никакой ледокол не осилит. А по разделам, по съемам… На атлас приливов и отливов тоже посматривайте… Я на зверобойках примечал, как и что, — он взял карту Белого моря и проложил от руки несколько курсов. — Вот так выгоднее всего плавать, Константин Сергеевич. Возьмите, может быть, пригодится.

Артур Карлович очень сожалел, что здоровье не позволяет ему участвовать в ледокольных делах…

В конце августа в городе царило необычное оживление. Архангелогородцы провожали своих родных и близких строить оборонительные сооружения. На пароходе «Родина» отправлялись шесть тысяч мужчин, женщин, юношей и девушек.

Помню, Бурке был очень обеспокоен судьбой своей дочери Руфины, находившейся в их числе. По городу прошел слух, что пароход подорвался на мине и многие погибли. На самом деле через сутки после выхода в море «Родина» благополучно достигла места назначения — Кандалакши…

Первый союзный конвой прибыл в Архангельск 31 августа 1941 года. Конвой именовался «Дервиш», а затем получил шифр PQ-0. Он был небольшой — 6 транспортов. Зато эскорт довольно мощный: авианосец, 2 крейсера, 2 эскадренных миноносца, 4 сторожевых корабля и 3 тральщика.

Прибытие транспортов было неожиданностью для Архангельского порта. Как потом выяснилось, военно-морские власти решили выгружать доставленные грузы своими силами и порт в известность не поставили. Произошла заминка. А груз военный — его ждали на фронте. Об этом чрезвычайном положении доложили в обком партии. Тогда по указанию первого секретаря П. П. Огородникова на причалы приехали секретарь обкома А. С. Буданов и начальник порта Г. И. Дикой. Они увидели матросов, стоявших возле союзных транспортов и не знавших, с чего начинать разгрузку, — военные моряки не были докерами. Вмешательство обкома партии решило дело. Выгрузкой судов стали заниматься работники торгового порта. Однако жалобы союзников достигли высоких инстанций и послужили одной из причин для назначения уполномоченного ГКО по погрузкам-выгрузкам на Севере.

В конвое прибыл пароход с пшеницей для города (около десяти тысяч тоня). Мельниц в Архангельске не было, и местным властям пришлось срочно изготовлять оборудование, искать жернова. За пять суток пустили две мельницы при складах Заготзерно.

Шел сентябрь. Мурманск жестоко бомбили. Враг снова и снова пытался захватить полярный незамерзающий порт.

Глава вторая. В ставке Верховного Главнокомандования

В один из сентябрьских дней меня поздно вечером вызвали в штаб флотилии. Получен приказ наркома Н. Г. Кузнецова назавтра вылететь в Москву.

В самолете я был единственным пассажиром и, забравшись в меховой мешок, всю дорогу спал. Когда проснулся, самолет летел совсем низко над землей. Москва была рядом.

Квартира пустовала, семья была в отъезде.

Позвонил друзьям, никто не подходил к телефону, все разъехались. Позвонил в наркомат, доложился. Нарком Кузнецов назначил прибыть завтра, в двенадцать дня.

На улицах столицы пустынно. Редкие прохожие, почти не видно детей. Часть населения эвакуирована, многие в эти дни строят укрепления на подступах к городу. На улице Горького, у здания Моссовета, встретил отряд противовоздушной обороны, переводивший на Красную площадь аэростат воздушного заграждения.

Ветер метет по улицам обрывки бумаги, всякий мусор. Часть учреждений и магазинов закрыта. Рестораны превращены в столовые, там кормят по карточкам.

29
{"b":"2356","o":1}