ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Когда я доложил об этом распоряжении Кирпоносу, он очень обрадовался и приказал как можно быстрее подтянуть воздушно-десантные бригады к городу.

Известие о появлении вражеских танков у Житомира предельно активизировало деятельность партийных и советских организаций столицы Украины. Они дружно включились в подготовку города к обороне. Руководство всей этой работой легло на только что созданный городской штаб обороны, в состав которого вошли секретари обкома и горкома партии, а также два представителя фронтового командования. Спешно разработанный план обороны города рассмотрели на Военном совете фронта.

По призыву штаба обороны все население поднялось на защиту родного города.

Царившее в Киеве настроение непреклонной решимости отстоять родной город ободряло и нас, военных. В штабе фронта — спокойная деловая обстановка. Все усилия командования, штаба фронта, начальников родов войск были направлены на то, чтобы решительными мерами воспрепятствовать движению немецких дивизий к Киеву и одновременно попытаться отсечь вражеские клинья, закрыв бреши в линии фронта.

Первым лучом надежды явилось вечером 9 июля донесение от генерала Потапова. Он сообщил об успехе небольшой по составу группы войск под командованием полковника М. И. Бланка. Собранная из различных частей, она оборонялась в Новоград-Волынском укрепленном районе. В тот день эти войска яростно контратаковали части 298-й пехотной дивизии немцев, нанесли ей серьезные потери и захватили шоссе Новоград-Волынский — Житомир, перерезав таким образом основную артерию, которая питала вражеские танковые колонны, прорвавшиеся к Житомиру. Мы рассчитывали, что утром 10 июля главные силы 5-й армии наступлением на юг разовьют этот успех. Сумеет ли генерал Музыченко поддержать наступление войск 5-й армии встречным ударом? Эта мысль волновала командующего и всех нас в штабе фронта.

Но донесение генерала Музыченко не обнадеживало. Командарм докладывал, что в связи с наступлением крупных сил противника на Янушполь сводные отряды 4-го мехкорпуса оказались под угрозой окружения. Поэтому они вынуждены были оставить занятый ими накануне Чуднов и очистить шоссе, связывающее Новый Мирополь с Бердичевом. Командарм отдал приказ 49-му стрелковому корпусу нанести контрудар, но сообщил нам, что корпус сильно ослаблен и вряд ли сможет выполнить задачу.

Генерал Кирпонос несколько раз молча перечитал донесение и в раздражении отбросил его.

— Любит же Музыченко плакаться! Нужно наступать, а у него и один корпус не может, и другой — тоже! Если командарм приступает к делу с таким настроением, то не жди добра.

— Он еще просит о том, чтобы его правую границу с пятой армией перенесли несколько южнее, — хмуро заметил Пуркаев. — Думаю, этого делать не стоит. Тогда он снимет с себя заботу об окруженных частях седьмого стрелкового корпуса, на помощь которым должен пробиваться.

Кирпонос молча кивнул в знак согласия и тут же приказал послать в 6-ю армию генерала В. Т. Вольского, нового энергичного начальника автобронетанкового управления. Задача его — помочь командарму организовать контрудар в районе Бердичева.

Утром мы с нетерпением ждали сообщений из армий.

В 11 часов получили донесение от Потапова. 31-й стрелковый, 9-й и 22-й механизированные корпуса его армии в 8 часов нанесли удары по фашистским войскам в направлениях на Новоград-Волынский и Мархлевск. Атака развивается успешно. Вражеские войска, отчаянно сопротивляясь, медленно отходят. Потапов сообщил, что в первом же бою был разгромлен один из пехотных полков 298-й немецкой пехотной дивизии. Захвачен боевой приказ командира этой дивизии. Из него стало известно, что фашистское командование, опасаясь ударов со стороны нашей 5‑й армии, решило бросить против нее главные силы 6-й армии генерала Рейхенау, которые предназначались для развития успеха на Киев.

Это была большая удача. Если главные силы самой мощной полевой армии группы армий «Юг» вынуждены развернуть свой фронт против наших войск, атакующих с севера, значит, они в ближайшие дни не смогут поддержать прорвавшиеся на подступы к Киеву танковые дивизии генерала Клейста. Следовательно, угроза захвата города с ходу значительно уменьшилась. Одним танковым дивизиям не так-то легко будет прорваться через позиции укрепленного района на реке Ирпень и тем более вести уличные бои в крупном городе.

Важно было и другое. Удерживая главные силы 6-й немецкой армии к северо-востоку от Новоград-Волынского, мы тем самым вынудили топтаться на месте и те танковые части противника, которые, по всем данным, собирались повернуть на юг, в тыл армиям нашего левого крыла.

Эх, если бы и генерал Музыченко сейчас нанес столь же решительный удар! Но командарм донес, что ему не до наступления. 37-й стрелковый корпус ведет тяжелый бой с превосходящими танковыми и пехотными силами противника. Бойцы и командиры дерутся за каждый метр земли, но вынуждены отходить. 49-й стрелковый корпус, готовившийся перейти в атаку, тоже внезапно подвергся ударам во фланг и тыл. Его командиру с трудом удалось вывести свои дивизии из-под угрозы окружения. Отход 49-го стрелкового корпуса еще более ухудшил положение сводных отрядов 4-го мехкорпуса: фашистские танковые части прорвались в Янушполь и вот-вот замкнут кольцо. Наступать в этих условиях — идти навстречу гибели.

Лишь группа генерала С. Я. Огурцова продолжала действовать активно и дерзко. Не дожидаясь, когда подойдут спешившие к нему на помощь дивизии 16-го мехкорпуса, Огурцов повел свой отряд и части 14-й кавалерийской дивизии в решительную атаку. Они нанесли сильный удар по 11-й танковой дивизии противника, занявшей Бердичев, разгромили ее штаб, перерезали коммуникации. Окружение танковой дивизии всполошило немецкое командование. Оно начало стягивать к Бердичеву новые силы. Огурцов сообщил, что среди убитых в бою оказались солдаты из 60-й моторизованной дивизии немцев.

Мы радовались успеху наших частей в районе Бердичева и вместе с тем еще более беспокоились за их судьбу: уже две фашистские дивизии наседают на них. Оставалось только изумляться, как удавалось малочисленным сводным отрядам генерала Огурцова и частям кавалерийской дивизии не только запереть в Бердичеве мощную группировку фашистских танковых и моторизованных войск, но и непрерывно атаковать ее.

Все же общие итоги дня не удовлетворяли нас: общего контрудара не получилось. А тут еще тревожный доклад начальника разведки: три сотни фашистских танков, выйдя из Житомира, устремились на Киев. На пути этой стальной армады всего лишь один танковый полк нашей 213-й мотострелковой дивизии! Вся надежда на авиацию. Генерал Астахов заверил Военный совет фронта, что бросит против танков главные силы бомбардировочной и штурмовой авиации. Смогут ли отважные летчики хоть ненадолго задержать врага?

Все чаще нашими делами интересуется Москва. Ставка помогает чем может. В это трудное время она передала нашему фронту две дивизии, входившие раньше в состав армии генерала Конева, по железной дороге направила с Кавказа 64-й стрелковый корпус. Это серьезная подмога, но когда она подоспеет? А пока Ставка по-прежнему требовала имеющимися силами отрезать прорвавшиеся мехчасти противника и уничтожить их, закрыть брешь между 5-й и 6-й армиями и восстановить прочную оборону по линии укрепленных районов.

Для выполнения этой задачи наш фронт, к сожалению, располагал очень ограниченными возможностями. Хотя 5-я армия сохранила свободу для активных действий, войска ее были ослаблены непрерывными боями. Еще тяжелее было положение 6-й армии. Генерал Музыченко все надежды возлагал на подходивший к Бердичеву 16-й мехкорпус, хотя по боеспособности и укомплектованности танками тот относился к числу наиболее слабых. Но и этот корпус командарм не мог использовать для контрудара. А в это время группа Огурцова из последних сил держалась под Бердичевом. Если враг сомнет ее, то фашистские танки и мотопехота устремятся в тыл главным силам фронта. Эта угроза вынудила наше командование вводить соединения 16-го мехкорпуса в бой в районе Бердичева по мере их подхода. Для контрудара с юга навстречу 5-й армии у Музыченко оставался лишь малочисленный 49-й стрелковый корпус.

46
{"b":"2367","o":1}