ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Послушайте, в конце концов, где же этот малолетний злоденец, которого все ждут? — Спросил какой-то мелкий бес у только что появившегося в зале Лиходеича. На что Лиходеич лишь криво усмехнулся и махнул рукой. Выглядел он плохо. Постарел, осунулся, позеленел почти, как Морена. Руки и ноги его дрожали, и от волнения он не мог ни говорить, ни стоять. Пятясь задом, он нашел в Тронном зале самый тёмный угол и повалился туда кулем, обхватив руками свою лохматую голову. И почти в тот же миг застучали барабаны. Оркестр волков маршировал по залу, отбивая такт лапами по животам. Грохот был так силён, что Лиходеичу казалось — то кувалды бьют по его бедной голове и сжавшемуся в иглу сердцу. На потолке открылись невидимые прежде люки, и на гостей посыпались блестящие блошки, очень голодные и потому кусачие. Народ отчаянно хлопал себя, стараясь прибить вредных насекомых, — это и были своеобразные аплодисменты, под шум которых входил в Тронный зал господин Ний.

Каждый увесистый шаг железного великана сопровождался устрашающим лязганьем — так скрипели его стальные суставы. Гремела и бухала мантия — она состояла из множества плеток и цепей, которыми он ради профилактики избивал по субботам своих подданных. Всегда неподвижное лицо, на котором застыла гримаса отвращения, было раскалено. Свинцовая корона на его голове плавилась и с неё срывались капли, насквозь прожигая тех, кто осмеливался слишком близко подходить к самому беспощадному из злопыхателей. В руках Ний держал чугунные скипетр и меч. Наконец он дошел до трона и, лязгая страшным железом, грохнулся на него.

— Черти, злодеи и бесы! — Рявкнул он. — Оборотни, поклонники смрада и зла! Виртуозы обмана, мастера каверз! Господа кровопийцы, джентльмены-душегубы! К вам обращаюсь я, ваш Повелитель! Сегодня у нас большая ночь! Сегодня мы принимаем в свои ряды злоденцев-профессионалов человеческое дитя — мальчика по имени Тимофей! Для нас это большой праздник! Уже несколько долгих лет наши ряды не пополнялись человеческой кровью. Продолжение чёрного дела оказалось под вопросом. Вы измельчали. Погрязли в мелких дрязгах. Сколько раз говорил об этом, но вам хоть колом на голове чеши! Вы меня в упор не слышите! Нет дерзновенных проектов, которые могли бы перевернуть вверх тормашками весь мир. Где новые болезни, эпидемии, голод и мор? Где похищения президентов, звёздные войны и разрушительные землетрясения?! Я, Ний — самый справедливый, Ний — карающий, требую этого от вас! Запомните: справедливость — это наказание. Запомните, иначе вы будете ознакомлены с моим другом по имени Кара, — и он угрожающе взмахнул загнутым мечом. — Мне нужен живой мозг человеческого детеныша. Чтобы он неустанно изобретал новое зло! Двенадцать лет мальчишке прививал азбуку лихого ремесла один мой знакомый леший. Эй, Лиходеич, — Ний махнул рукой в сторону угла, где хоронился леший, — ты отдал мне мальчишку, а теперь отдай мне его бессмертную душу! — К Лиходеичу подбежали бесы и, обшарив, вытащили из-за пазухи изумрудный флакончик. И он тотчас же засверкал в руках Ния. — Ага, — продолжил тот, взболтав содержимое склянки, отчего голова у Лиходеича почему-то закружилась. — Теперь я волен делать с Тимом всё, что угодно. Как и с каждым из вас. У меня большая коллекция таких милых флакончиков, в которых киснут ваши душонки. Помните об этом и бойтесь! — Ний спрятал флакон на груди и тут же, взмахнув тяжеленным скипетром, запустил его в Распорядителя бала. Тот покорно дождался, пока до него долетит смертоносный предмет и пал с проломленной головой. Полежав немного, он ползком доставил скипетр назад Нию и с выражением гордости (поскольку был отмечен вниманием самого высокого начальника) отдал концы. — А теперь приветствуйте короля этого бала!

И публика глухо и злобно зашипела:

— Да здравствует король Тим!

Два чёрта с позолоченными рогами ввели мальчика, одетого во фрак и накрахмаленную рубашку.

— Король! Король бала! — Прошелестело по рядам, и сотни завистливых глаз устремились на бледного мальчика, мечтая испепелить его. По его растерянному взгляду можно было подумать, что он не понимает, где находится и что с ним происходит. Юркий Анчутка подбежал к нему с бокалом какого-то зелья, и воскликнув: «В такой момент нельзя не выпить!», насильно влил в него содержимое. Взгляд мальчика сразу же затуманился.

— А теперь заклеймим его! Поставить ему клеймо чертополоха! Клеймо чертополоха! — Кричали все. Вновь волки ударили по тугим животам. Каждый оглушительный удар для любого человека был бы равносилен удару обжигающего хлыста. Короля бала подхватили под руки, чтобы он не упал. Улюлюкая и вопя, злоденцы принялись срывать с себя одежды, обнажая на плечах клеймо, обозначавшее принадлежность к чёрным силам.

Аспид, размахивая хоботами, подлетел к мальчику, содрал с него фрак вместе с рубашкой и поджег их факелом. Затем он схватил прут с раскаленным железным контуром цветка чертополоха на конце. Подлетел к почти бесчувственному мальчику, и с размаху ожёг его плечо клеймом.

— Мальчик мой! — Отчаянно закричал Лиходеич. — Мальчик мой! Прости меня! Лучше меня убейте! — Ну-ка, вышвырните его вон! — Проорал Ний, обращаясь к чертенятам.

И в этот момент Тронный зал вздрогнул, его потолок и стены начали медленно оседать, огненным дождём посыпались факелы, гости заметались и в отчаянье стали драться друг с другом. Ожившие белые скульптуры набросились на чаны с непроданными лягушками… Впрочем, картина была столь неприятной, что не станем переводить на описание бумагу.

Как и следовало ожидать, Тронный зал не выдержал скопления тёмных сил и загорелся. Земля, растревоженная злобным и диким криком, сотряслась от ужаса, разверзлась и поглотила очаг боли. Но до того, как всё низверглось в бездну, какая-то неведомая сила крепко встряхнула Лиходеича, куда-то понесла, кувыркая, и, сложив вдвое, шмякнула в печную трубу его родной избушки.

Глава шестая, в которой наконец-то появляется четвертая глава

Несколько часов Тим пытался привести Лиходеича в чувство. Чего он только ни делал! Надевал ему на голову хомут, снятый с потной лошади, спрыскивал водой, взятой из девяти колодцев, обсыпал золой, наметённой из семи печек, потом еле-еле отмыл серые щеки дедушки мёртвой и живой водой, заготовленной на самый чёрный день. Ничего не помогало бедному Лиходеичу, он лежал на печи и даже пить не просил. «Это не Лиходеич так сильно болен, — пытался успокоить себя Тим. — Это я виноват. Это я не могу найти Общий Язык ни с золой, ни с водой, поэтому они не помогают мне вылечить дедушку Лиха».

Скоро Тим выбился из сил. Не столько от усилий — для мальчишки, привыкшего к разной работе в лесу, то был не изнурительный труд, да и минута была такая, в которую родные люди не устают. Причиной усталости явилась странная пронзительная боль в его плече. Пошатываясь от красных кругов, плывущих перед глазами, и не зная, чем ещё помочь Лиходеичу, Тим прижался к дедушке потеснее и забылся сном.

А проснулся — сидит сумрачный Лиходеич, камуфляжная форма на все пуговицы застёгнута, за плечами сумка, теребит птичье гнездо в руках. Плохо у него на душе, понял Тим.

— Дедушка Лих, — позвал Тим, спрыгивая на пол. — Лучше ли тебе стало?

Лиходеич покачал лохматой головой и сказал голосом безнадежным и тихим, словно осока болотная прошуршала:

— Мне уже лучше никогда не будет.

— Что-то с Даном случилось? — Догадался Тим. — Где Даня?!! Куда ты его увёл?

— Ох, плохо дело, плохо дело, — заскулил раненым псом Лиходеич, — Ох-хо-хо, топи лесные, хляби небесные! Нет мне прощения, совсем я, старый дурак, из ума выжил.

— Подожди причитать раньше времени, дедушка Лих, — обнял его большую голову Тим. — Расскажи всё по порядку. Вместе думать будем.

Лиходеич робко взглянул на мальчика и спросил:

— Проклянёшь?

Тим только головой покачал, тревожно вглядываясь в исслезившиеся глаза Лиходеича.

— Нету Данечки, у Ния он. Вместо тебя я отвёл его к злодею… — И старый леший впервые всё честно рассказал Тиму, откуда он появился в Разбитой коленке. Рассказывая, Лиходеич с нарастающей тревогой поглядывал на Тима, который вёл себя странно. Тёр левое плечо, ойкал, осторожно отводил рубашку, болезненно налипавшую, видимо, на какую-то рану.

6
{"b":"237025","o":1}