ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Справочник писателя. Как написать и издать успешную книгу
Диалог: Искусство слова для писателей, сценаристов и драматургов
Мужчины как они есть
Курс на прорыв
НЛП-техники для красоты, или Как за 30 дней изменить себя
Призрак
Тени прошлого
Новенький
Ловушка архимага

— Ясное небо… Чистый проход… Перед нами открывается проход…

Наконец-то! Коридор высотой в сотню лап прорезал слой тумана над аэродромом. В свете посадочных огней самолета блеснула полоса, а впереди, всего в какой-то сотне лап, показалась рулежная дорожка. Шторми выжала дроссели, и «ХЛи-4» стронулся с места.

— «Авиахорек три-пять» приближается к рулежной дорожке, — доложила она. — Направляемся к терминалу «Авиахорьков».

Из-за тумана диспетчеры на вышке не видели, как она пошла на посадку. О падении видимости ниже минимума ей не сообщили, а значит, формально все было по правилам. Никто и не вспомнит!

— «Авиахорек три-пять», оставайтесь на этой частоте, следуйте к терминалу. Вы не обратили внимание на высоту потолка?

— «Три-пять» на связи. К сожалению, нет. А у вас как дела?

— До последней секунды был сплошной туман. Но над полосой, должно быть, почище.

Бакстер носился кругами над самолетом. Его переполняло торжество. Он все-таки расчистил туман!

Но уже в следующую секунду на поле аэродрома вновь легло плотное облачное одеяло — будто кто-то дернул за ниточку. Только голубой сигнальный огонек рулежки все еще слабо мерцал сквозь пушистую мглу.

Шторми едва успела расслабиться, наконец поддавшись усталости, но тут же снова взяла себя в лапы.

Хорьки в поднебесье - image14.png

— Держись, Шторми, — сказала она вслух. — Этот полет кончится тогда, когда ты остановишься у терминала. Еще чуть-чуть… Это же совсем легко!

Вести машину по невидимой дорожке, через туман, от одного одинокого огонька к другому, было вовсе не так легко, как она пыталась себя уверить. Но по крайней мере теперь судьба груза и ее собственная жизнь больше не висели на волоске.

Но вот туман немного рассеялся и впереди показался смутный силуэт терминала.

А секундой позже хорек из команды наземного обслуживания заметил вынырнувший из тумана темный силуэт самолета. Он замахал светящимися жезлами, направляя «ХЛи-4» к разгрузочной платформе.

«Привет, Тревис», — подумала Шторми. Серьезный, работящий молодой хорек. Он как-то рассказал ей, что берет уроки летного мастерства — хочет тоже летать на грузовых.

Наконец он скрестил красные жезлы над головой — «стоп!» — и изящным жестом взял под козырек.

Летчица улыбнулась и отсалютовала в ответ, поставив машину на тормоз.

Она заполнила полетный лист, остановила винты трех уцелевших двигателей, не забыв поблагодарить их за верную службу, и тихонько посидела, слушая, как глухой рокот постепенно замирает и растворяется в тишине предрассветного аэропорта. Через боковое окно в кабину тянуло прохладным ветерком.

— Вовремя! — крикнул Тревис.

— Почти. — В царящей кругом тишине слово это прозвучало неожиданно резко.

Отключив радио и главный рубильник, Шторми услышала топот: по трапу поднимались хорьки из команды наземного обслуживания. С лязгом открылась центральная дверь.

— Спасибо вам, ангелы-хранители, — проговорила Шторми. — Вы мне сегодня очень помогли.

Но Бакстер озабоченно кружил над сломанным двигателем и не расслышал ее слов.

Шторми сложила карты и описания маршрутов в пилотскую сумку и достала бортовой журнал.

«Автопилот при включении даст правый крен, после него реле отключает систему, — вывела она аккуратным, четким почерком. — Система антиобледенителя отказала из-за длительной нагрузки. Осветительные приборы на панели пострадали при турбулентности. Двигатель номер четыресильная вибрация, пламя из сопла. Задействована система пожаротушения, двигатель отключен в полете. Выпуск шасси произведен на резервной системе».

Отчет производил удручающее впечатление, но Шторми не огорчилась. С «ХАи-4» проблем не бывает почти никогда. Но время от времени и они подвергают пилота испытаниям.

Первым на борт поднялся бригадир разгрузочной команды — Хорек Рокки. Открыв для грузчиков боковые двери, он вошел в кабину и заглянул летчице через плечо.

— У нас проблемы? С четвертым двигателем?

Шторми кивнула.

— Привет, Рокки. Есть немного.

Послышался скрип вильчатого погрузчика, уже поднимающего первый из контейнеров с хоречьей едой.

— Наверное, понадобится новый цилиндр.

— Наверное, — согласился Рокки. — А может, и несколько. А колеса пришлось накачивать лапами?

Она снова кивнула.

— Погода сегодня не очень, — заметил бригадир. — Удивительно, что тебе вообще удалось сесть.

Шторми кивнула в третий раз.

— Пара пустяков. Проще, чем пирожок слопать, — заявила она и с улыбкой добавила: — Но мучное хорькам вредно.

Она закрыла бортовой журнал и подняла голову.

— Три крепления сломалось, Рокки. Я постаралась привязать контейнеры обратно, но не знаю, удалось ли. Груз цел?

Бригадир положил лапу ей на плечо и, сдерживая улыбку, заверил:

— Все хорьки Салинаса будут целую неделю питаться только здоровой пищей, Шторми. Все до единого.

— И никаких гренок? Никаких соленых огурцов? — устало улыбнулась она старому приятелю.

Тот бросил взгляд сквозь стекло на обгоревший четвертый двигатель, из которого все еще капало масло.

— Отличная работа, капитан. Отличная работа.

Шторми пожала плечами.

— Что там с обратным рейсом?

— Портленд — Сиэтл — Кер-д'Ален. Завтра в полночь.

— Трасса «Виктор-23»? — улыбнулась Шторми. — Что ж, полетим.

Отстегнув ремень безопасности, она поднялась, сладко потянулась и, подхватив пилотскую сумку, направилась к выходу. Вокруг самолета по-прежнему клубился рассветный туман.

Внизу, у трапа, застыл в терпеливом ожидании рослый, солидного вида хорек в вельветовой шапке-ушанке. В лапе он сжимал алую коробку, перевязанную ленточками.

— Привет, Шторми.

— Строуб!

— Как долетели?

Она бросилась вниз по трапу — усталости как не бывало!

— Строуб! Как вы…

Строуб молчал. Шторми огляделась по сторонам. В тумане рядом с терминалом «Авиахорьков» стоял «Хорь-РС».

— О-о-о! Вы меня превзошли. Как же вам удалось сесть?

— Легко. Потолок был пятьсот лап.

— Это хорошо.

Строуб внимательно посмотрел на нее.

— Значит, у вас был ниже.

— Немножко.

Шторми встретилась с ним взглядом. На ее серебряной мордочке и в темных глазах отражались пережитые приключения и приключения, которые еще ждали ее впереди.

— Потом расскажете, как это было? — Строуб протянул ей алую коробку.

Хорьки в поднебесье - image15.png

Шторми понюхала обертку.

— Твердая, сладкая, сочная тучка?

— Давайте выясним.

И они бок о бок двинулись к терминалу.

— Вы и правда катаете щенков на гидроплане? — спросил Строуб. — Подумать только, эти маленькие лапки на штурвале…

Они исчезли, растворились друг в друге, оставив Бакс-тера одного в рассветной полумгле.

«Шлем и очки», — сказала ему Шторми. Он не мог послать Уиллоу ничего, кроме духовных даров… Но должен же найтись какой-то способ…

Воздушный эльф выжал рычаг ускорения и взмыл к небесам, торопясь домой, как и всякий ангел-хорек, слишком долго пробывший вдали от дома.

Глава 7

Огромная пещера в небесах только казалась обычным облаком. На самом деле то был ярко освещенный вертолетный ангар воздушных эльфов. Вертолеты стояли ровными рядами, каждый — на своей площадке под номером.

Бакстер приземлился на площадку номер тридцать семь и, выбравшись из вертолета, окунулся в море звуков — жужжанье пневматических дрелей, стук клепальных машин, скрежет гаечных ключей…

Старожилы здешних мест знали, что все это — лишнее. Вертолеты можно ремонтировать силой мысли. Да и вообще эльфы могут летать безо всяких машин — стоит только захотеть. Но пилоты и механики по-прежнему так любили возиться с машинами, что никому бы и в голову не пришло отменить старую традицию.

16
{"b":"2377","o":1}