ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Я уже говорил, что им вдохновлялись только отдельные лица, отдельные беспочвенные идеалисты. Массы зажиточного крестьянства и казачества шли за ним только тогда, когда Советская власть затронула их экономические интересы, будучи вынужденной тяжелыми условиями строительства нового пролетарского государства к реквизиции излишков. И когда эти массы охладели к Добровольческой армии? Тогда, когда Добровольческая армия перестала защищать их интересы, а постепенно становилась защитницей интересов интернационального капитала. Борьба шла классовая, та борьба, которая теперь красной нитью пройдет через все войны.

Был ли Врангель не прав в своей политике танца под дудку французов? Нет, был не прав я в своих обвинениях: я не понимал тогда, что возмутителен был самый факт борьбы, а не то, что Врангель, став наймитом, [147] исполнял то, что ему прикажут. Конечно, если смотреть на Врангеля с точки зрения классовой борьбы и как на представителя интернациональной буржуазии, то он был прав. Массы же он обманывал старым лозунгом «отечества», до которого его хозяевам не было никакого дела, которые проводили свои классовые интересы, наживаясь, а главное, думая еще больше нажиться в России...

Средняя буржуазия, естественно, поддерживала совместно со служивой интеллигенцией Врангеля, боясь за свои имущественные интересы, но их давил иностранный капитал, и они тоже будировали, сдерживаемые только страхом перед красными. К счастью, Врангель сам оказался в военном смысле не талантливым и быстро сдал Крым, который при надлежащей обороне мог бы продержаться еще долго и служить предлогом для интервенции. О самой личности Врангеля — его тщеславии, себялюбии, жажде власти и беспринципности — я распространяться не буду, это, я думаю, достаточно ясно из изложения, да это и не имеет значения: не будь его, был бы другой, но обязательно беспринципный, потому что этого качества требовала служба французам.

Вот каков был Врангель с точки зрения политической. Если же мы взглянем на него с точки зрения военной, то увидим, что он в роли главкома оставался с понятиями эскадронного командира, не желающего лично вести в бой свои части. Мы видели при кратких описаниях операций, что с управлением войсками на широком фронте он совершенно справиться не мог. То же касается его ближайших сотрудников. Это были командиры рот и эскадронов, способные сколачивать и муштровать войска после новороссийского бегства, способные смотреть за каким-нибудь тренчиком, но совершенно неспособные вести войска в бой в стратегическом масштабе и совершенно не учитывавшие психологии войск. Этим и объясняется столь скоропалительное падение Крыма и изгнание Врангеля, превзошедшие все самые смелые надежды красных: ведь сам товарищ Троцкий при начавшемся наступлении на Крым говорил, что предстоит очень трудная и длительная операция. [148]

Благодаря этому неумению поставить частям задачу и соответствующим образом управлять ими в бою, учесть их психологию и сохранить их боеспособность Крым рухнул под напором Красной Армии с головокружительной быстротой. Политическая обстановка предрешала разложение армии Врангеля и ее конец, а военное управление, к счастью, ускорило этот конец, и произошла таким образом ликвидация этого нарыва и пути к интервенции на Юге России.

Около Врангеля остались бы только люди, способные быть беспринципными, слепыми орудиями, а все остальные ушли бы. Вопрос осложнился бы только в том случае, если во главе белых оказалось лицо с большим военным дарованием: тогда гражданская война затянулась бы надолго.

Как же смотреть на роль всей нашей эмиграции за границей и на ее старания при помощи иностранцев навязать свою волю первому пролетарскому государству?

Если наши эмигранты открыто станут на классовую точку зрения и прямо заявят: «Мы буржуа и желаем эксплуатировать других, вернуть себе все наши потери и убытки и припеваючи жить на чужой счет», — тогда все ясно, они наши враги. Но пусть же они не опираются на лозунг «за отечество»: в глазах пролетариата, стоящего на классовой точке зрения, они предатели рабочего класса и наемники капитала; в глазах же малосознательных, но честных людей, вдохновляющихся до сих пор отжившим свой век лозунгом «за отечество», они нанятые иностранцами предатели этого Отечества. [149]

Приложение

Примечания

{1} После ликвидации корниловского мятежа его активные участники, в том числе многие из членов Главного комитета «Союза офицеров армии и флота» (далее — «Союза»), содержались в гостинице «Метрополь» в Могилеве. 13 сентября 1917 г. арестованные были перевезены в город Быков, расположенный в 50 км от Могилева, где их поместили в здании женской гимназии (бывшей Иезуитской коллегии). 24 сентября в Быхов были доставлены А. И. Деникин и его единомышленники, арестованные в Бердичеве за активную поддержку Корнилова. Всего в так называемой «быховской тюрьме» находились 30 человек, из них шестеро (члены Главного комитета «Союза»: штабс-капитан Н. Х. Андерсон, подполковники М. Д. Атовский, Г. М. Аркелов, И. И. Гринцевич, а также член Государственного совета А. А. Римский-Корсаков и корнет Соборский) были освобождены до 1 октября, остальные остались в ожидании суда. Среди них были Верховный главнокомандующий генерал от инфантерии Л. Г. Корнилов, начальник штаба Верховного главнокомандующего генерал-лейтенант А. С. Лукомский, главнокомандующий армиями Юго-Западного фронта генерал-лейтенант А. И. Деникин, начальник штаба главнокомандующего армиями Юго-Западного фронта генерал-майор С. Л. Марков, командующий Особой армией генерал от кавалерии И. Г. Эрдели, командующий 1-й армией генерал-лейтенант Г. М. Банковский и другие.

{2} Имеется в виду лозунг «За веру, царя и отечество».

{3} Настоящая фамилия А. Г. Шкуро, смененная с «высочайшего» разрешения. (Прим. ред.)

{4} Состоял из русинов.

{5} Со второй половины XVIII в. по 1917 г. официальное название Северного Причерноморья.

{6} Штаб 3-го армейского корпуса.

{7} Точнее, 3-й армейский.

{8} Деникин.

{9} Генерал-майор В. Ф. Субботин до февраля 1920 года был комендантом Севастопольской крепости, затем — начальником инженерной службы Русской армии Врангеля. (Прим. ред.)

{10} Д. В. Ненюков (1869–1929 гг.) не являлся командующим Черноморским флотом, а лишь исполнял его обязанности на время болезни М. П. Саблина. (Прим. ред.)

{11} Дебуширование — преодоление узости, дефиле под огнем противника.

{12} Ненюков к февралю 1920 г. полностью подготовил суда для эвакуации белых войск из Крыма, но они были срочно направлены для эвакуации деникинских войск из Одессы и Новороссийска. (Прим. авт.)

{13} Подлинный текст, помечен 25 декабря 1919 г. (стар. стиля) № 323 с. (Прим. авт.)

{14} Имеется в виду Добровольческая армия, которой после смещения генерала В. З. Май-Маевского командовал Врангель.

{15} Мне хотелось ускорить добровольческую эвакуацию. (Прим. авт.)

{16} Я, конечно, говорю о малосознательных элементах горцев, ушедших с белыми и ставших наемниками. (Прим. авт.)

{17} Генерал-лейтенанта Н. Н. Шиллинга.

{18} Письма Орлова ко мне и его прокламации как в это время, так и потом я опубликовал в газетах с моим ответом на них. (Прим. авт.)

{19} В августе 1920 г. уже при Врангеле смертный приговор над Протопоповым послужил поводом для начала неудачного судебного дела надо мной. (Прим. авт.)

{20} См. крымские белые газеты за февраль — март 1920 г. (Прим. авт.)

{21} Суда в решительный момент были отправлены в Одессу. (Прим. авт.)

{22} По моему мнению, Брянский действовал в связи с Врангелем. Врангель хотел занять место Шиллинга, но Шиллинг был глуп, почему же его не свалить при помощи Слащова (характеристики давать не буду) и одновременно дискредитировать последнего, а потом занять место Шиллинга, после чего дорога к «трону» Деникина была бы для него (Врангеля) свободна. (Прим. авт.)

27
{"b":"237836","o":1}