ЛитМир - Электронная Библиотека

«...Беспристрастное потомство должно помнить и с удивлением взирать на геройские подвиги самоотверженных первых пионеров Приамурского края, часто платившихся жизнью и кровью за свое молодечество и удаль,— торопливо, размашистым почерком записывал Невельской. — Потомство с признательностью сохранит имена их, дошедшие до нас в сибирских повествованиях, потому что они первые проложили путь гго неизвестной реке, открыли существование неизвестных до того времени народов и, хотя не оставили никаких сведений о главном обстоятельстве, обусловливающем значение реки и страны, ею орошаемой, — именно о состоянии ее устья и прибрежий, но уже своим водворением на ее берегах доставили России неоспоримое право к возвращению этой страны».

Так высоко оценил Геннадий Иванович труды русских землепроходцев.

Последовательно и подробно описывал он, к каким результатам привели открытия, совершенные в 1849 году на маленьком транспорте «Байкал». Какова была деятельность небольшой горстки офицеров, составлявших Амурскую экспедицию. Как они не только возбудили, казалось, навеки погребенный амурский вопрос, но, несмотря на тяжкую ответственность, единственно по своему усмотрению, придали торговой экспедиции важное государственное направление и, основав Николаевский пост в устье Амура, сделали первый и бесповоротный шаг к признанию Приамурского края принадлежностью России.

Каждое лето Геннадий Иванович проводил в деревне. Но и там он ни на один день не прекращал своей работы над книгой. Ему надо было торопиться. Стали сказываться годы, проведенные на Амуре, перенесенные там лишения и невзгоды.

Все чаще и чаще хворал Геннадий Иванович. Наступил день, когда врачи запретили ему вставать с постели.

Сломленный болезнью Невельской, лежа в постели, целых два года диктовал Екатерине Ивановне последние главы своей книги. Он старался припомнить каждую мелочь, не опустить ни одной подробности.

Ведь никто другой не мог бы так правдиво и искренне рассказать о том, как русские морские офицеры

«___при несоответствии данных инструкций, несмотря на

тяжкую ответственность, опасности и лишения, единственно по своему усмотрению, решились исследовать направление Хинганского хребта... и этим положительно

Подвиг адмирала Невельского - image36.jpg

доказали неправильность понятия о направлении нашей границы с Китаем в этих местах и обнаружили, что Приамурский и Приуссурийский края должны составлять принадлежность не Китая, а России». Как они, эти морские офицеры, «несмотря на ничтожество средств... с перенесением неимоверных лишений, трудов и опасностей, возбудили и разрешили важнейший там морской вопрос... исследовали побережье Татарского пролива... открыли поблизости от реки Амура залив Де-Кастри (Нангмар)... открыли превосходнейшую гавань императора Николая I (Хаджи)... исследовали пути, ведущие как из этой гавани, так и из залива Де-Кастри на реку Амур... единственно по своему усмотрению, под личной

Подвиг адмирала Невельского - image37.jpg

тяжкой ответственностью, решились занять постами на реке Амуре селение Кизи, залив Де-Кастри и Императорскую гавань и от имени русского правительства» объявили, что «прибрежье Татарского пролива, до Корейской границы, с островом Сахалином, составляют российские владения...»

* * *

...Наступила весна 1876 года.

Болезнь все прогрессировала. Геннадий Иванович то и дело терял сознание, часами лежал в беспамятстве. Но, приходя в себя, он снова звал Екатерину Ивановну и диктовал ей, своей верной спутнице жизни, страницу за страницей величественную эпопею, участницей которой была и она.

Стараясь не проронить ни одного слова, Екатерина Ивановна записывала последние строки:

«Вот почему деятельность наших морских офицеров,

Подвиг адмирала Невельского - image38.jpg

составлявших экипаж транспорта «Байкал» в 1849 году и затем Амурскую экспедицию с 1850 по исход 1855 года, преисполненная гражданской доблести, отваги н мужества, представляет незыблемое основание к окончательному присоединению к России Приамурского и При-уссурийского краев и одну из видных страниц истории нашего флота и истории отдаленного Востока».

Геннадий Иванович умолк. Долго лежал он, закрыв глаза. Вдруг добрая улыбка осветила его лицо. Он открыл глаза, посмотрел долгим, благодарным взглядом на Екатерину Ивановну и шепотом сказал:

— Я имел счастье начальствовать этой экспедицией. .. и потому счел своей священной обязанностью изложить эти события с фактической точностью в последовательном порядке...

Это были заключительные слова книги Невельского 19.

... В один из апрельских дней в газете «Санкт-Петербургские ведомости» появилось маленькое извещение, окаймленное черной рамкой:

«Екатерина Ивановна Невельская с детьми с душевным прискорбием извещает родных и знакомых о кончине супруга своего адмирала Геннадия Ивановича Невельского, последовавшей после продолжительной и тяжкой болезни 17 сего апреля, в 10% часов вечера».

... В этот день над Амуром, впервые за долгие зимние месяцы, порывистый ветер разметал облака. Сквозь окна в облаках на землю брызнули солнечные лучи. Они осветили таежный лес, угрюмые складки сопок и покрытый еще льдом лиман.

Из густой чащобы вышел олень. Он осмотрелся по сторонам, вытянул шею и призывно затрубил.

В Петровском, Николаевском, на озере Кизи и в заливе Нангмар из домов высыпали люди. Они посмотрели вверх на голубое, прозрачное небо и сказали:

«Весна!»

А в далеком стойбище в заливе Анива, на Сахалине, сидел у огня старый айн. Он чинил сеть и рассказывал внукам яро доброго капитана и белую женщину Урус.

* * *

Подвиг адмирала Невельского - image39.jpg

Невельского похоронили на кладбище Новодевичьего монастыря, на дорожке, что вела от Карамзинской церкви к Громовской.

Журнал «Всемирная иллюстрация» да еще две — три газеты откликнулись официальными некрологами, и имя Невельского было предано забвению.

Немало способствовали этому панегиристы Муравьева — П. В. Шумахер, И. П. Барсуков, В. В. Струве и другие. «Начало и выполнение вопроса об отыскании и занятии устья Амура принадлежало одному Муравьеву», — неустанно твердили и писали они.

И ничего нет удивительного в том, что вскоре позабылись имена участников Амурской экспедиции. Даже в среде морских офицеров можно было встретить большое число людей, которые не могли ответить на вопрос, что замечательного сделал адмирал Невельской. Нередко можно было услышать вопрос: «Мне будто приводилось слыхать, что в свое время этот адмирал совершил нечто примечательное. Но что же? Не знаете ли вы?» И, как правило, тот, кого спрашивали, в ответ только пожимал плечами.

* #

...Шли годы. Потоки мемуарной литературы и «специальных» исследований искажали роль и деятельность Невельского и его сподвижников в решении амурско-сахалинской проблемы. Но, вопреки этому, истина, хоть и с трудом, пробивалась сквозь дебри лживых и злостных измышлений, нагроможденных вокруг имени Невельского.

Такие современники Невельского, как Герцен, Добролюбов и Чернышевский, сразу оценили огромное значение деятельности Амурской экспедиции.

В 1857 году, в письме итальянскому революционному деятелю Джузеппе Маццини, Герцен писал: «Завоевание устьев Амура является одним из самых крупных шагов цивилизации».

Добролюбов выступил в 1858 году в X книге «Современника» с большой статьей «Русские на Амуре». «Общественное внимание не только в России, но и в целой Европе обращено теперь на Приамурский край, — писал Добролюбов. — ... Важность этого завоевания, совершенного без кровопролития и без всякого участия военной силы... оценена всей Европой».

В конце прошлого века великий русский писатель А. П. Чехов посетил Сахалин. Изучив материалы русских экспедиций, открывших и исследовавших приамурские земли, Чехов писал, что участники этих экспедиций совершили «изумительные подвиги, за которые можно боготворить человека». А говоря о Невельском, Чехов особенно подчеркнул, что «это был энергичный, горячего темперамента человек, образованный, самоотверженный, гуманный, до мозга костей проникнутый идеей, преданный ей фанатически, чистый нравственно».

вернуться

19

Книга Г. И Невельского «Подвиги русских морских офицеров на крайнем востоке России 18-19—1855» вышла в свет в 1878 году, спустя два года после смерти адмирала. --

43
{"b":"237858","o":1}