ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Степан ехал верхом, прислушиваясь в темноте к безлюдным, точно вымершим кварталам. Последние губернские учреждения выехали еще днем, ушли многие горожане, остальные прятались в подвалах.

Степана возмущало исчезновение армейских обозов, которые он безуспешно разыскивал в прифронтовой полосе. Предусмотрительные интенданты поторопились улизнуть на север, не желая разделить участь своих войск.

«Оставили нас без патронов и удрали! — с негодованием думал Степан, понукая шпорой присмиревшего коня. — Это им не в первый раз!»

Он представлял себе трудности, связанные с нехваткой боеприпасов, потери в ротах, и без того уже обескровленных предыдущими боями. Семенихин просил его разыскать обоз с патронами во что бы то ни стало «Иначе нам придется туго!» — говорил командир полка.

Степану и раньше приходилось в разгар боя посылать в тыл за патронами, но теперь, под Орлом, эти случаи приняли хронический, совершенно гибельный характер. Чья-то злая, невидимая рука постоянно оттягивала боеприпасы в сторону от сражающихся частей, и никакие просьбы, требования и проклятия не достигали слуха интендантов.

Сегодня даже встреченный на дороге шофер Найденов— человек весьма осведомленный — не смог указать Степану местопребывание злополучных обозов. Он только крепко выругался по адресу негодяев и, сочувствуя товарищу, сказал:

— Вот посуди, Степан Тимофеевич, каково приходится Ленину! Штабы, интендантства, разные управления — очищай от контры! Во всякую дыру, выходит, сам заглядывай! Его ведь, человека-то, не вывернешь чулком, не проверишь, чем душа нашпигована… Иногда видишь такого, как будто беспорочного, работягу, а хвать — особый отдел уже накрыл голубчика!

— Да, чужая душа — потемки, — согласился Степан. — Легче встретиться с врагом в открытом бою, чем искать его среди порядочных людей, потому что нет такой злобной собаки, которая не виляла бы хвостом.

— А все же с каждым днем воздух становится чище. Прибывают новые командиры и политработники. Сегодня приехал товарищ Орджоникидзе…

— Товарищ Серго здесь? — удивился и обрадовался Степан, знавший от Ивана Быстрова, каким тяжелым и славным путем шел этот грузинский большевик к революции. — Он же, сказывали, был в шестнадцатой армии, на Западном фронте!

— Перевели членом Военного совета четырнадцатой. Орджоникидзе приехал с частями Ударной группы, имея особое задание: разбить кутеповский корпус белых!

«Потому-то и учинили трудности с патронами, чтобы ослабить наш контрудар!» — догадался Степан, внимательно слушая Найденова.

Поговорив еще о делах фронта, о знакомых и друзьях, он распрощался с шофером. Но теперь его беспокойство за судьбу полка, лишенного боеприпасов, усилилось еще больше. Надо было удержаться, не пустить врага в Орел, пока развернется Ударная группа!

На окраине города Степан нагнал шагавшие в безмолвии ряды бойцов. Это уходил навстречу белым последний орловский резерв — рабочий полк, сформированный комиссаром Медведевым.

Со Степаном поравнялся всадник, неловко сидевший в седле, очевидно пехотинец. Сказал, наклоняя молодое, приятное лицо:

— Нам не по пути, товарищ? Я — из пятьдесят пятой.

— Сосед, — отозвался Степан. — Вы тоже искали патроны?

— Нет, я искал начальника штаба дивизии. Он, знаете ли, вечером выехал со взводом кавалеристов на разведку и пропал.

— Пропал со взводом кавалеристов?

— Целиком.

— Почему же вы решили искать начальника штаба в тылу? — с недоумением посмотрел Степан на спутника. — Думаете, он дезертировал, что ли?

Тот пожал плечами.

— У меня, товарищ, на этот счет свои соображения. Отправляясь с донесением командира дивизии Станкевича в штаб армии, я завернул на квартиру исчезнувшего Лаурица. Представьте, обстановка там лишь подтвердила мои мысли… Все перевернуто кверху дном, на столе — кучи пепла от сожженных документов. Видимо, Лауриц тщательно готовился покинуть насиженное место. И, рубанув плетью по воздуху, заключил:

— Вот я и выяснил, где он! — Где же?

— У белых, конечно.

Степан выпрямился в седле. Он вспомнил предательство Халепского под Орликом, опасные последствия которого с таким неимоверным усилием удалось предотвратить. Вспомнил Енушкевича, готовившего материалы для чудовищного приказа Троцкого о массовых расстрелах. Неужели и здесь, под Орлом, где на карту поставлена судьба Республики, не миновать измены?

— Вы сказали — Лауриц? — повернулся Степан к всаднику. — Похоже, из Прибалтики…

— У нас всякие побывали. Во время прошлогоднего наступления немцев здесь улицы кишели переодетыми офицерами, по ночам бесчинствовали анархисты Сухоносова и Бермана. Именно в этот момент появился в Орле Лауриц. Он сразу полез в гору. Руководил Всевобучем, начальствовал над пехотными курсами, возглавлял строительство Орловского укрепленного района.

«Ах, это его работа — окопы флангом к противнику, — мысленно перенесся Степан на позиции, занятые своим полком. — Да, тут не простая случайность».

И невольно этот разговор напомнил о нехватке патронов в бою, тех самых злополучных патронов, из-за которых напрасно лилась кровь.

Спутник Степана тронул коня плетью.

— Давайте обгоним колонну, — сказал он, — надо скорее попасть в дивизию.

Они поскакали, держась обочины дороги. Подковы звонко гремели о камни мостовой, высекая искры. Настороженные орудийной стрельбой и заревом пожарищ лошади храпели, поводили ушами.

Впереди колонны рабочего полка шагал в черной кожанке, с винтовкой на ремне и гранатами за поясом комиссар Медведев. Степан разглядел энергичное лицо с небольшими усами, плотную фигуру мастерового, получившего военную выправку. Печатая бодрый шаг, Медведев оглянулся и громко крикнул:

— Споем, ребята?

И тем же громким, сильным голосом затянул:

Красная Армия, марш вперед!
Реввоенсовет нас в бой зовет.

В темное пространство рванулся вихрь голосов:

Ведь от тайги до британских морей
Красная Армия всех сильней.

За городом дорога была размешана колесами, точно распахана плугом, в глубоких рытвинах плескалась вода. Лошади спотыкались, обдавая грязью седоков. А вдогонку могучими раскатами неслась песня:

Так пусть же Красная сжимает властно
Свой штык мозолистой рукой!
И все должны мы неудержимо
Идти в последний смертный бой!

Вдруг, заглушая артиллерийский гром и боевую песню, где-то позади тряхнули землю два удара. Мощная взрывная волна качнула ночной мрак и на одно мгновение расплавила его ослепительной вспышкой пламени.

Затем все смолкло. Стало еще темнее на израненной и скользкой дороге…

— Что это? — поднялся на стременах Степан. Второй всадник тоже оглянулся.

— Рвут мосты за спиной обороняющейся армии!

— Мосты?

— Не сомневаюсь Риго-Орловский железнодорожный мост… Ну, прощайте, товарищ. Здесь развилка дорог. Может, увидимся! — крикнул он, сворачивая в темноту. — Моя фамилия Пригожий. А ваша?

— Жердев.

Некоторое время они следили друг за другом по удалявшемуся конскому топоту. Потом ночь плотно легла между ними.

Глава двадцатая

Взрывы мостов услышали и в расположении белых.

Корниловские офицеры, сидя за столом в жарко натопленной избе, занимаемой штабом батальона Гагарина, подняли бокалы цимлянского и громкими криками «ура» приветствовали только что перескочившего фронт и уже успевшего нацепить полковничьи погоны багроволицего Лаурица.

— Господа! — мягким баритоном начал Гагарин и, улыбаясь, повернулся своей тяжелеющей фигурой вполоборота к Лаурицу. — Позвольте мне от имени добровольцев выразить искреннюю радость по поводу благополучного возвращения, как говорится, в лоно свое достойнейшего из офицеров, Игоря Августовича, кому я лично обязан жизнью, а наша доблестная армия — многими успехами. И хотя Игорь Августович сидит теперь в кругу друзей, результаты смелых подвигов его продолжают сказываться там, в тылу красных. Вы слышали два сильных взрыва? Это взлетели на воздух мосты через Оку и Орлик, отрезавшие путь к отступлению противника. Настал час последнего удара на Москву!

124
{"b":"237890","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Первая сверхдержава. История Российского государства. Александр Благословенный и Николай Незабвенный (адаптирована под iPad)
Волшаны. Пробуждение Земли
Скажи мне, кто я
Некоторые не попадут в ад
Приключения Серёжи Царапкина
Все изменяют всем. Как наставить рога и не спалиться
Другие правила
Племя
Перерождение