ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

   Место, обозначенное на карте маняще симметричным крестиком, оказалось просторной пещерой. В ней не было ничего, кроме большого зеркала в неказистой медной раме, закрепленной между двумя грубо отесанными деревянными шестами.

   Наместнику не было дела до оформления: главное, чтобы зеркало работало. Но подобное наплевательское отношение к магическим артефактам все же немного его покоробило. Хотелось бы, чтобы сокровенные желания человеческого сердца воплощались в более торжественной обстановке.

   - Стой, сволочь! - прохрипело за спиной наместника.

   Ганс и Вероника уже догнали своего вероломного товарища. Но было поздно. Ухватившись руками за раму, наместник заглянул в волшебное зеркало.

   Поверхность стекла окрасилась темным золотом и зарябила. Две голубовато-серебристые руки вынырнули из зеркальных глубин. Одна рука обвила шею наместника, другая приложила ладонь к его лбу. Зеркало налилось гранатовой краснотой и вдруг прыснуло во все стороны мелкими гранулами. Наместник инстинктивно отпрянул. Вслед за ним из медной рамы вышла женщина. Серебряные волосы ниспадали ей на плечи и скрывали лицо от взглядов сторонних наблюдателей. Обнаженное тело женщины светилось серебристым сиянием, а контуры его отливали лазурью.

   Ладонь сказочной незнакомки скользнула со лба наместника ему на лицо, зажав рот и расплющив нос.

   - Шммм-нм жажушш, - невнятно просипел наместник.

   Тщетно. Женщина все плотнее прижимала ладонь к его лицу. Наместник попытался вырваться. Не тут то было. Его словно приклеило к полу.

   Женщина из зеркала меж тем начала стремительно преображаться. Она стала ниже ростом, толще, кряжистей, волосы окрасились в ярко-рыжий цвет и слегка укоротились. Сложно было судить, насколько изменилось её лицо, но когда женщина повернулась, Вероника с Гансом увидели пухлощекую физиономию с маленькими темными ехидными глазками, курносым веснушчатым носом и пухлыми губами.

   Женщина из зеркала отняла руку от лица наместника, и пока он судорожно хватал ртом воздух и откашливался, стала с любопытством рассматривать Ганса и Веронику.

   - Здоровки, - небрежно кивнула женщина. - Есть чё надеть? А то дует, и жопа мерзнет.

   - П-привет, - смущенно улыбнулась ей Вероника.

   Ганс выразительно крякнул.

   - Так есть какие-нибудь шмотки? Алё, народ! Я с кем разговариваю?!

   - М-м-можете взять мою куртку, - мужественно выдавила Вероника, снимая с себя курточку и протягивая её женщине из зеркала.

   - Не, не пойдет, - помотала головой та. - Мы с тобой в разных весовых категориях. Эй, Септимус! Чё разлегся, дупель? Дай девушке прикрыться. Надоело голым ёжиком сверкать.

   Наместник с трудом поднялся на ноги и слабо простонал:

   - Женщина, вы кто?

   - Септимус??? - встрял Ганс. Глаза его сияли маниакальным восторгом, голос то и дело срывался на хрип. - Так тебя зовут Септимус?! Это ведь "седьмой" по-имперски, так? То есть тебя даже не наименовали. Тебя пронумеровали! У твоей дворянской мамаши что, совсем фантазии не было? Или это у вас так принято, в высшем обществе? Типа список наследничков? А, Септимус?

   - Пфф! Да какое там "высшее общество! - неожиданно для всех ответила женщина из зеркала. - Это он вам насвистел? Вранье! Он же голытьба! Под забором мамкой найден. Ну, вы понимаете, о чем я.

   Она сделала крайне выразительный и очень неприличный жест.

   - Ууу! - протянул Ганс. - Дожили! Сынок шлюхи - наместник Города! Никого получше император найти не смог?

   Вероника испуганно прикрыла рот ладонями. Лицо наместника приобрело насыщенно бордовый оттенок, борода и волосы встопорщились, глаза потемнели, зубы оскалились. Ганс, вызывающе улыбаясь, выставил вперед кулаки.

   - Хватит! - отчаянно закричала Вероника, вставая между ними. - Прекратите! А вы, - возмущенно повернулась она к женщине из зеркала, - зачем вы это делаете? Зачем провоцируете?! Зачем говорите гадости?! Кто вы вообще такая?!

   - Ты что, малышка, читать не умеешь? Я - душа зеркала! Камешек на входе заметили? Помните, что там...Стоять!

   Воспользовавшись заминкой, Ганс и Септимус рванули друг к другу в обход Вероники. И врезались в широко раскинутые руки женщины из зеркала. Неспортивная мадам, как выяснилось, обладала недюжинной силищей.

   - Спокойно, мальчики! Ты, - она кивнула наместнику, - только что предал их. Поэтому заслужил хорошего пенделя. Ты, - это уже было адресовано Гансу, - хмурая шовинистическая задница, мог бы промолчать. Септимус тебе жизнь спас. Хоть был и не обязан. А теперь разойдитесь, поищите мне одежду и не мешайте дамам вести интеллектуальную беседу. Так о чем бишь я? А, да! Надпись у входа. Бла-бла-бла, тыры-пыры, зерцало. "Загляни в него - и оно отразит твое сердце и воплотит душу зеркала". Меня, стало быть. Кстати, для простоты можете звать меня Миррой. Эй, парни, где моя одежда?! - требовательно прикрикнула она.

   "Парни" не отреагировали. Пришлось брать дело в свои руки. Душа зеркала решительно стянула куртку с наместника, чуть не вывихнув ему руки, и надела на себя.

   - Я не этого хотел, - растерянно пробормотал наместник. - Где несметные сокровища? Где стайка покорных девственниц? Где выход за пределы барьера, наконец?! И это они называют "волшебством"?! Вместо исполнения заветных желаний - толстая стервозная баба...АЙ!!!!

   Душа зеркала с силой лягнула наместника под коленную чашечку.

   - Сбычи мечт захотелось, да? - прошипела она, хватая Септимуса за волосы. - Тебе, козел, ясно было сказано: зеркало отразит твое сердце. Твое сердце, придурок, понял?! Скажи спасибо, что я вообще приняла человеческий облик, а не вывалилась из зеркала кучкой говна!

   - Так он что, мечтает быть женщиной? - ехидно поинтересовался Ганс.

   - Еще один умник выискался! - закатила глаза Мирра, отпуская Септимуса. - Все-таки люди - невероятно тупые, примитивно мыслящие создания! Я отражаю и преломляю сердце человека, его личность, его глубинные желания, мечты, мысли. То, каков человек. То, что он хочет. То, чего ему не хватает. А потом воплощаюсь в человеческий облик. Теоретически - в любой. Я предпочитаю женский. Иногда приходится торчать в этом мире не один десяток лет. И мне абсолютно не светит мыкаться в образе потного тупого мужика. Имею право, между прочим.

   - И сколько, - робко начала Вероника, - сколько вы собираетесь пробыть в нашем мире?

   - Пфф! Что значит "собираюсь"! - фыркнула душа зеркала. - Мне придется здесь быть, пока этот стрекозавр не сдохнет.

   - Я?! - ужаснулся наместник. - Это что получается, ты теперь будешь преследовать меня всю жизнь?!!

   - А ты что думал, шип твою взъедь?! Это тебе не законный брак: разводом не отделаешься! То-то! Не надо было товарищей кидать!

   Ганс сдавленно хрюкнул, а потом расхохотался. Вероника тоже едва сдерживала улыбку. Наместник, всегда такой независимый и самоуверенный, сейчас казался потерявшимся ребенком.

   - Мда, вот уж действительно: чужая душа потёмки, - весело подмигнул Ганс.

   - Угу, - подхватила Вероника, - а своя - непроглядный мрак.

   ***

   В Город они вернулись далеко за полдень. Выяснилось, что Мирра и волшебное зеркало неразрывно связаны, так что наместнику пришлось тащить на себе почти десять кило стекла и меди. Ганс светился счастьем. Вероника сочувственно улыбалась и время от времени безуспешно пыталась подбодрить Септимуса. Мирра шлепала по каменистой дороге босиком. Её филейные части выглядывали из-под куртки наместника при каждом шаге, но душу зеркала это нисколько не смущало.

   Чтобы войти в Город в сопровождении полуголой женщины, Септимусу пришлось заплатить по тройному тарифу.

   В первом же дворе наместник сдернул с веревки какую-то простыню.

   - Разве такое сейчас носят? - удивилась душа зеркала, но все же обернула тряпицу вокруг бедер на манер юбки.

8
{"b":"237907","o":1}