ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Мессер Джулио, студент.

Мессер Ринуччо, студент.

Мессер Амброджо, старый адвокат.

Мадонна Оретта, его жена.

Мадонна Вьоланте, ее сестра.

Джорджетто, слуга мессера Джулио.

Джаннелла, слуга адвоката.

Мадонна Вердиана, святоша.

Мадонна Аньола, служанка.

Угуччоне, брат мадонны Оретты.

Действие происходит в Пизе.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ

Мессер Джулио, студент, и Джорджетто, его слуга.

Джулио. Когда бы отец с матерью, а за ними и вся Флоренция приехали в Пизу, от них не было бы мне такой пользы, какая может быть от тебя.

Джорджетто. Рад служить вам.

Джулио. Признаюсь тебе: с того дня, как ты отсюда уехал, то есть вот уже скоро два месяца, нет среди здешних студентов никого несчастнее меня.

Джорджетто. Может, обстановка непривычная? Или в науках переусердствовали? Я вам, хозяин, так скажу: вы только первый год в студентах и навряд ли уж столь быстро выучитесь, что не придется, по крайности, еще на годик здесь задержаться. Тише едешь — дальше будешь.

Джулио. Тише, говоришь? Да ежели честно — только ты меня не выдавай, — я за все это время, пожалуй, и четырех часов не занимался. Так что, как видишь, тише некуда.

Джорджетто. Да, такое ученье усердным не назовешь, прямо скажем.

Джулио. Какое уж тут усердие, когда я умираю от любви? Когда места себе не нахожу ни днем, ни ночью?

Джорджетто. Выходит, у вас на уме другая наука. А вашу любовь разделяют?

Джулио. И да и нет. Но лучше бы не разделяли, ибо что касается предмета моей любви, то я влюблен без взаимности, а что касается соперников, то, увы, те же чувства разделяет и мессер Ринуччо Гваланди, в доме которого мы с тобой живем. Он и есть мой соперник, о чем сам не подозревает. И неприятнее всего, что он посвятил меня в свои чувства и вечно обсуждает их со мной да еще просит, чтобы я ему помог.

Джорджетто. Уже неплохо: вы про него знаете, а он про вас нет. Ну и как — везет ему в любви? Движется дело?

Джулио. Потихоньку. Думаю, он с ней даже еще не говорил, зато нашел общий язык с ее служанкой.

Джорджетто. А вы-то объяснились в любви — хоть сами, хоть через кого-то?

Джулио. Пока нет.

Джорджетто. Втрескались два месяца назад и еще не объяснились? Господи, до чего глупо! Ни в какие ворота не лезет.

Джулио. В таком деле нельзя горячку пороть.

Джорджетто. Будь я на вашем месте, она бы у меня давно забрюхатела — уж я бы два месяца не тянул.

Джулио. Ты что? Это тебе не какая-нибудь потаскуха, с которой можно переспать за три-четыре юлия,{173} а одна из благороднейших женщин в городе.

Джорджетто. Молоды вы еще, вот что я вам скажу. Баклуши бить — это вы умеете, а как до дела доходит, грош вам цена. Вот увидите, я вам помогу все в два счета обтяпать. На ловца и зверь бежит. Скажите только, кто она.

Джулио. Скажу. Но понимаешь, Джорджетто, я бы не…

Джорджетто. Оттого что будете некать, вы ничего не выиграете. Неужто, черт возьми, у вас было мало случаев испытать меня и вы не знаете, на что я гожусь?

Джулио. Мне известна твоя преданность и твое умение хранить тайны. Тем не менее я считал нелишним напомнить тебе об этих качествах, ибо, всплыви все наружу, я погиб.

Джорджетто. Не бойтесь, скажите же, кто она.

Джулио. Жена мессера Амброджо да Кашина, пизанского адвоката, ее зовут мадонна Оретта де’Сисмонди, и живет она вон в том доме.

Джорджетто. Совсем рядом — прямо рукой подать.

Джулио. А проку-то что?

Джорджетто. Как что? Разве это не великое удобство — найти себе даму по соседству? По крайней мере, вы можете видеть ее в любое время.

Джулио. Как бы не так! В лучшем случае я вижу ее раз в полмесяца, да и то мельком.

Джорджетто. Неужто она до того боится свежего воздуха, что в окне не показывается?

Джулио. Ни в дверях, ни в окне. Мессер Амброджо сторожит бедняжку хуже, чем в тюрьме, ревнуя ее так, как только может мужчина ревновать женщину. Понимаешь? Раньше, я слышал, он, подобно прочим законникам, частенько отлучался из города по своим адвокатским делам, теперь же дома сидит, никуда не ездит.

Джорджетто. Надо думать, сколотил деньгу.

Джулио. Да, он смерть как богат.

Джорджетто. Ну ежели смерть, тогда чтоб он сдох, а я стал его наследником!

Джулио. Это еще не все. Он держит особого слугу — затем только, чтобы тот в дом никого не пускал.

Джорджетто. Так ведь и у вас есть верный слуга.

Джулио. Я тебе больше скажу: мало того, что слуга этот — недреманное око хозяина, который, в свой черед, смотрит за ним в оба, так он еще вдобавок величайший прохвост и набитый дурак, каких свет не видывал.

Джорджетто. Трудно хитроумного провести, а дурака надуть тем проще, чем меньше у него мозгов.

Джулио. Я бы не строил расчет исключительно на его глупости.

Джорджетто. Как говорят французы, аржан могёт все. Помяните мое слово, хозяин: сколько бы ни ревновал муженек, сколько бы ее ни сторожили служанки или слуги, не пройдет и недели, как она будет ваша. Я этим займусь.

Джулио. Сразу видно, ты не знаешь, с кем тебе предстоит иметь дело.

Джорджетто. Сразу видно, вы еще не знаете, на что я гожусь. А вот и ваш мессер Ринуччо. Легок на помине.

Джулио. И с ним служанка мадонны Оретты.

Джорджетто. Похоже, у нее для него хорошие новости. Идите к ним, прощупайте почву, а потом мне расскажете — я буду в этой церкви.

ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ

Мессер Ринуччо, студент, мадонна Аньола, служанка, и мессер Джулио.

Ринуччо. Чего вы боитесь?

Аньола. Не хочу, чтоб меня видели с вами, а то вмиг заподозрят дурное.

Ринуччо. Дурное? Вот тебе раз! Ужели при виде молодого человека и женщины, беседующих между собой, обязательно подозревать дурное?

Аньола. О мессер Ринуччо, не забывайте, что в наше время слишком много злых языков. А кроме того, ежели мой хозяин выйдет из дому и заметит меня с вами, я пропала.

Ринуччо. Заметит? При его-то слепоте? Говорю вам, идите сюда.

Джулио. Что с ней? Какого черта эта плутовка жмется к стене? Отчего трусит?

Ринуччо. Говорите же, у вас для меня хорошие новости?

Аньола. До того хорошие, что ежели вы человек приличный, как я вас считаю, то наградите меня.

Ринуччо. Не сомневайтесь.

Аньола. Да будет Господь милостив к вам!

Джулио. Ишь осмелела! Подойду-ка я к ним.

Аньола. Ой, кто-то идет! Прощайте.

Ринуччо. Куда вы? Не убегайте, это мессер Джулио. Идите сюда, я же сказал — не бойтесь. Можете говорить при нем, ибо мы с мессером Джулио все равно как братья, и у меня от него нет секретов.

Джулио. Если я мешаю, я уйду.

Ринуччо. Ни в коем случае. Кому мне довериться в моем положении, коли не вам? Быстрее, мадонна Аньола, выкладывайте вашу добрую новость.

Аньола. Я вам скажу по секрету кое-что важное, но смотрите, ежели узнают, что тайна открылась…

Ринуччо. Полагаю, и половины слов, которые я тут потратил, было бы достаточно, чтобы вы поверили мне тайны куда большие, нежели та, что я из вас никак не вытяну.

Аньола. Влюбленные — народ осторожный, береженого, как говорится, Бог бережет.

96
{"b":"237938","o":1}