ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Средневековые постройки Кремля, в частности великокняжеские и царские дворцы, наверняка имели подземные ходы, позволявшие скрытно переходить из одного здания в другое и тайно покидать замок-крепость. К сожалению, ни одна из подземных галерей, найденных в Кремле как до революции, так и после нее, не была раскопана и исследована полностью. Более того, особый режим, царящий здесь семьдесят с лишним лет, а также секретность, которой ГПУ, НКВД и КГБ окружали любые строительные работы привели к утрате многих памятников древней архитектуры. В 1978 году, например, у Большого Кремлевского дворца при рытье траншеи откопали палату, где лежал человеческий скелет. Она имела кирпичные своды и длину 3 метра, это единственное, что удалось узнать о подземелье. В начале 1980-х годов был раскопан забитый землей 40-метровый тоннель, стены которого украшали яркие изразцы (предположительно конца XVII - начала XVIII столетия) с изображением птиц, зверей, цветов, трав и пр. О судьбе этих тайников знают те, кто наблюдал за земляными работами. В последние пять лет комендатура Кремля резко изменила свое отношение к подземным находкам, для изучения которых начали приглашать специалистов. В 1989 году при ремонте мостового покрытия было обнаружено старинное подземелье. Вскрытие его производилось в присутствии археологов Т. Д. Пановой и Т. Д. Авдусиной, определивших, что под землей сохранился подвал церкви Благовещения Чудова монастыря. В нем находился каменный саркофаг с искусно выполненной (в рост человека) куклой, одетой в военной мундир. На мундире - Георгиевский крест, на пальцах «рук», обряженных в белые перчатки, - недорогие золотые кольца. Изучение архивных материалов позволило установить, что это - захоронение великого князя Сергея Александровича, погибшего в 1905 году при взрыве бомбы, брошенной Каляевым. Так как от тела мало что осталось, в саркофаг уложили куклу, одетую в мундир Сергея Александровича, а останки собрали в сосуд и поместили в изголовье. Об этой находке не было «сенсационных» публикаций, да и вряд ли они уместны.

Сейчас в комендатуре Московского Кремля есть немало людей, интересующихся историей. Будем надеяться, что благодаря их сотрудничеству с учеными с археологической карты Кремля начнут исчезать белые пятна.

Три попытки исследования подземного Кремля

Археолог оказал бы немалую услугу Отечеству и истории,

если бы решился обозреть подземные ходы Московского Кремля.

П. П. Свиньин

За 500 лет существования Московского Кремля, возведенного итальянскими зодчими, исследователи предприняли всего три попытки проникнуть в его тайники. О них и пойдет рассказ.

Осенью 1718 года у дверей Преображенского приказа крикнул «государево слово и дело» пономарь церкви Иоанна Предтечи, что на Пресне, Конон Осипов. Главе приказа князю Ивану Федоровичу Ромодановскому он донес, что в 1682 году царевна Софья Алексеевна[114] посылала в подземный Кремль дьяка Большой казны Василия Макарьева, коего уже нет в живых. За каким делом посылали дьяка, он, Конон, не знает, но прошел Василий Макарьев подземным ходом от Тайницкой башни до Собакиной через весь Кремль. По пути видел дьяк две палаты, заставленные сундуками до самых сводов. А как донес дьяк об этом царевне Софье Алексеевне, гак она приказала в тот тайник до государева указа не ходить[115]. Просил Конон Осипов у князя дозволения поискать те палаты с сундуками.

Недолго думая, князь Ромодановский велел дьякам осмотреть тайник с пономарем. Дьяки же, Василий Нестеров и Яков Былинский. спихнули грязную работу на подьячего Петра Чичерина.

Конон Осипов начал поиски с Тайницкой башни, где и нашел вход в подземную галерею[116], а дальше случилось вот что: «[...] и оной подьячий тот выход осмотрел и донес им, дьякам, что такой выход есть, токмо завален землею. И дали ему капитана для очистки земли и 10 солдат; и оной тайник обрыли, и две лестницы обчистили, и стала земля валиться сверху, и оной капитан видит, что пошел ход прямой, и послал отписку, чтобы дали дьяки таких людей, чтоб подвесть под тое землю доски, чтобы тое землей людей не засыпало. И дьяки людей не дали и далее идти не велели, по ею пору не исследовано».

В декабре 1724 года Конон Осипов, не оставивший надежды проникнуть в подземные палаты с загадочными сундуками, подает «поношение» в Комиссию фискальных дел:

«Есть в Москве, под Кремлем-городом тайник, а в том тайнике есть две палаты, полны наставлены сундуков до стропов (сводов. - Т.Б.). А те палаты за великою укрепою, у тех палат двери железные, попереч чепи проемные, замки вислые, превеликие, печати на проволоках свинцовые, и у тех палат по одному окошку, а в них решетки без затворок (ставен. - Т.Б.). А ныне тот тайник завален землею за неведением, как веден был ров под Цехгаузный двор (Арсенал. - Т.Б.), и тем рвом на тот тайник нашли, на своды, а те своды проломали, и проломавши, засыпали землею накрепко. [...] А ныне в тех палатах есть ли что, или нет, про то он не ведает».

Из Комиссии фискальных дел доношение пономаря Конона Осипова попало в Сенат, последний доложил о нем императору. Петр I начертал на доношении: «Освидетельствовать совершенно», и бумага отправилась к московскому вице-губернатору. Тот, получив распоряжение, развел руками, однако дал Осипову арестантов для расчистки тайника и приставил к нему архитектора для наблюдения за работами.

Найдя ход у Тайницкой башни сильно разрушенным, Конон решил попытать счастья в Собакиной башне. Но здесь пономаря поджидали неудачи на каждом шагу. Во-первых, спуск в подземелье оказался загорожен столбом Арсенала, Пришлось выломать дыру в стене потайной лестницы, что вела вниз с первого этажа, это, разумеется, вызвало неудовольствие архитектора. Во-вторых, все подземелье, как и начало хода, по которому прежде шел дьяк Макарьев, было залито водой из родника. При этом 4-метровые стены башни оказались подмыты почти на метр. Арестанты вычерпывали воду, ремонтировали стены, и только после устройства колодезного сруба Осипов смог заняться тайником. Пройти по тайному ходу тогда можно было только 5 метров, далее вставал столб Арсенала. Пономарь собирался пробить узкую брешь в замуровке у самой кремлевской стены. За арсенальным столбом тайник должен быть засыпан землей, а дальше путь по нему свободен, считал пономарь. Но архитектор, опасаясь повреждения стены Кремля, приказал пробивать брешь посредине столба. Выполнив эту работу, Конон уперся в материк. Никакого хода за закладкой не было.

«И той пробивке срединою было полгода и больше[117], а мне в том архитекторском запрещении и вицегубернаторском непозволении учинилось продолжение немалое, а мне причитали в вину и отказали»,- жаловался пономарь.

С новым «доношением» Осипов обратился к правительству через десять лет, в мае 1734 года. Просил он дать ему «повелительный указ, чтобы те упомянутые палаты с казною отыскать, дабы напрасно оный интерес не пропал втуне, потому что он, пономарь, уже при старости». Работу Осипов собирался начать «вскорости, чтобы земля теплотою не наполнилась, и к той работе дать ему из Раскольничьей комиссии арестантов 20 человек беспременно для оного дела». Сенат потребовал от пономаря указать, «в каких именно местах те поклажи имеются».

вернуться

114

Софья Алексеевна (1657-1704) - русская царевна, дочь царя Алексея Михайловича. В 1682-1689 годах была правительницей Русского государства при своих малолетних братьях - Иване и Петре. В 1689 году заключена в Новодевичий монастырь по приказу Петра I.

вернуться

115

Царевна Софья Алексеевна была знакома со многими тайнами царского двора. Могла она знать и о палатах в подземном Кремле, где хранились какие-то ценности. Возможно, для того, чтобы убедиться в их сохранности, и послала она в тайник дьяка Макарьева. Примечательно, что случилось это в 1682 году, когда царевна пришла к власти.

вернуться

116

Из «доношения» неясно, какой тайник обнаружил Конон Осипов - вылаз к Москве-реке или ход к Собакиной башне и где он его нашел - в подземелье самой башни или под отводной стрельницей.

вернуться

117

Как ни странно, но в 1933 году Стеллецкий не нашел никаких следов этой «пробивки», только в замуровке хода торчал шлямбур.

21
{"b":"237939","o":1}