ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Венгры, однако, не думали считать себя окончательно побежденными, и потому война в следующем, 1117 г., возобновилась. В этом году неутомимый Орделафо Фальери снова на далматинском берегу. Этот поход лично для него кончился трагически: он погиб в одной из стычек с венгерскими войсками.[1293] Несмотря на это, венграм, по-видимому, не удалось на этот раз восстановить свое положение в Далмации, так как в 1122 г., когда венецианский флот отправился в новую, третью экспедицию в Сирию, то он не только нигде не встретил сопротивления, но даже получил подкрепления от далматинских городов.[1294]

Иначе обстановка сложилась во время продолжительного отсутствия нового дожа Доменико Микьеле с флотом и войсками в восточных водах. Ряд городов снова оказывался в венгерских руках, — Сплит, Трогир, Биоград. Это видно из того, что в 1124 г. Стефан, король венгерский, подтвердил Трогиру и Сплиту права и вольности, которыми они пользовались при короле Коломане.[1295]

На обратном пути из восточной экспедиции Доменико Микьеле в начале лета 1126 г. еще раз подчинил себе эти города, изгнав или пленив венгерские гарнизоны.[1296] Все эти города попали в руки венгров не путем завоевания, а добровольно перешли на их сторону, так как чем далее, тем все более и более они убеждались в том, что им с Венецией не по пути. По-видимому не остался верным Венеции и Задар, но этот город, после неудачной попытки оказать сопротивление победоносному флоту Доменико Микьеле со стороны Биограда и суровой расправы с ним венецианцев, не решился на открытую борьбу и принял венецианский флот, как уверяет Дандоло, с почетом.[1297] Таким образом, Венеция еще раз вернула под свою власть упорно не желавшие ей подчиняться города Далмации.

Результаты всех этих усилий Венеции не были, однако, прочными: по-видимому, в ближайшие же после знаменитого похода Доменико Микьеле годы некоторые города материковой Далмации опять оказались в венгерских руках.[1298] Нам не ясен ход событий в Далмации в конце и начале 30–х годов, но из письма папы Иннокентия II к венгерскому королю Бэле видно, что по крайней мере Сплит принадлежал в 30–х годах венгерской короне.[1299] Принадлежность этого города венграм и в самом начале сороковых годов подтверждается грамотой венгерского короля Гейзы, выданной сплитской церкви в обеспечение ее старых прав и вольностей.[1300] Сведения, восходящие к 50–м годам, позволяют установить, что в венгерских руках находились также Шибеник и Трогир.[1301]

С другой стороны, принадлежность Венеции за все это время островов северной части Далматинского архипелага не подлежит сомнению: в сороковых годах без всяких осложнений происходит назначение двух сыновей дожа в качестве комитов островов Цреса и Пага.[1302] По-видимому не вышел за это время из подчинения Венеции и Задар, так как в 50–х годах, когда Венеция начала борьбу с Венгрией за Далмацию, мы видим переход этого города на сторону венгерского короля.

Это было не то, к чему стремилась Венеция в Далмации, но она вынуждена была до поры, до времени мириться с этим положением, — по крайней мере, начиная с 30–х годов, в течение двух десятков лет мы не видим с ее стороны новых попыток изменить положение в Далмации в свою пользу. Под 1130 годом, когда дожем стал Пьетро Поляно, анонимный автор «Истории дожей венецианских» нашел возможным заметить: «Мудро управляя венецианцами, дож со всеми пребывал в мире».[1303] Миролюбие Венеции в 40–х годах XII в. не является случайным. В это время назревал конфликт у Византии с норманами, — надо было ожидать, что Восточная империя будет искать помощи у своего старого союзника. С другой стороны, древнейшая сфера венецианского влияния, истринское побережье, нуждалось в пристальном к нему внимании.

Города истрийского побережья несомненно также тяготились венецианской супрематией. Здесь нельзя было обвинять в интригах венгерского короля, — он не смел притязать на эту территорию, так как это был старинный лен империи; но и здесь, как и в Далмации, экономическая политика «царицы Адриатики» шла в разрез с интересами приморских городов. Сходные причины вызывали и одинаковые последствия: Венеция время от времени силой принуждала города Истрии к повиновению.[1304]

В 1145 г. Венеция вынуждена была предпринять экспедицию в районы Каподистрии и Пулы, «давних данников дожей». Республика еще раз напомнила этим городам о необходимости подчинения. Каподистрия и Пула вынуждены были поклясться в верности и принять на себя ряд обязательств, изложенных в договорах с этими городами, заключенных дожем с ними в том же 1145 г. Содержание этих договоров одно и то же. Жители Пулы и Каподистрии поклялись дожу и Венецианской коммуне верностью «на вечные времена». Эта клятва должна была возобновляться при каждой смене дожа. Для них было обязательным военное сотрудничество с республикой на лагунах: они должны были выставлять по одной галере всякий раз, когда венецианский флот оперировал в Адриатическом море между Дубровником и Анконой; если бы в распоряжении Каподистрии и Пулы не оказалось военных судов, Венеция брала снаряжение таковых за их счет; Венеция брала на себя защиту истрийских городов с моря и с суши: если бы нападение было совершено с моря, то на помощь должен был придти венецианский флот, при нападении с суши, — Венеция должна была послать на помощь сотню хорошо вооруженных солдат. В договоре были оговорены экономические и юридические привилегии Венеции: в городах венецианским резидентам должно было быть отведено место для поселения и торговли в непосредственной близости от порта; венецианские купцы освобождаются в Каподистрии и Пуле от всяких налогов за исключением портовых пошлин; венецианцы в спорах с местными жителями судятся по венецианским законам, если они являются исковой стороной, и наоборот, — по местным, если они являются ответчиками.[1305]

Вновь подтвержденные обязательства, по-видимому, выполнялись плохо, по крайней мере Пулой. Не прошло и пяти лет со времени очередного признания зависимости от Венеции этими двумя городами Истрии, как мы видим вновь венецианский флот в истрийских водах. Это была большая экспедиция против прибрежных городов, организованная новым дожем Венеции Доменико Моросини (1148–1156). В 1150 г. сын дожа и Марино Градениго получили в свое распоряжение войско и 50 кораблей, и отплыли к берегам Истрии. Истрийские города, один за другим без серьезного сопротивления признали свою зависимость от республики св. Марка. Они, по уверению венецианских анналистов, принесли повинную за совершенные перед Венецией «преступления». Конечно, — это обычное обвинение в морском разбое, который, будто бы затруднял мореплавание и вредил торговле венецианцев в Адриатике, — обвинение, выдвигавшееся каждый раз, когда Венеция покушалась на свободу приморских городов этого большого залива Средиземного моря.[1306] Подчинена опять была Пула, признали свою зависимость Ровиньо, Паренцо, Умаго, Читта Нуова. Строптивые города в заключенных ими договорах, помимо клятвы в верности, обязались данью в пользу св. Марка частью натурой, частью денежными взносами. В них предусматривалось также и военное сотрудничество в указанных выше районах Адриатического моря. Предусмотренная договорами дань в пользу св. Марка была, конечно, невелика и имела не материальное, а символическое значение вассальной зависимости от Венеции: Пула, например, должна была ежегодно доставлять к рождеству в Венецию два милиария оливкового масла, Читта Нуова и Умаго обязались, помимо 40 фунтов масла, вносить ежегодно в кассу св. Марка первый два и второй семь перперов, в то время, как Ровиньо обязался поставлять 15 фунтов масла и 20 баранов.[1307]

вернуться

1293

Danduli Chr., col. 267. Histora ducum, p. 73.

вернуться

1294

Danduli Chr., col. 270.

вернуться

1295

Codex dipl., v. II, N 35.

вернуться

1296

Histora ducum, p. 74.

вернуться

1297

Danduli Chr., col. 272.

вернуться

1298

Войнович, не приводя никаких доказательств, утверждает, что Сплит, Задар и, вероятно, Трогир с 1127–1128 гг. бесспорно принадлежали венграм (цит. соч., стр. 370).

вернуться

1299

Codex dipl., v. II, N 45.

вернуться

1300

Ibid., NN 48, 49.

вернуться

1301

Historia ducum, p. 76.

вернуться

1302

Ibid., p. 74.

вернуться

1303

Ibid., p. 76. Annales venet. breves, p. 71.

вернуться

1304

Danduli Chr., col. 280. {В тексте книги знак сноски не пропечатан; в электронной версии выставлен из общих соображений. OCR}

вернуться

1305

ADTV, v. I, pp. 5, 6. Danduli Chr., col. 281.

вернуться

1306

Marinis latrociniis debitas… (Dand. Chr., col. 284).

вернуться

1307

ADTV, v. I, pp. 6, 7.

89
{"b":"237994","o":1}