ЛитМир - Электронная Библиотека

Кирилл, почувствовав мой взгляд, оторвался  от кино.

-Марина?

Я широко улыбнулась и прижалась к нему.

Кирилл хмыкнул.

-Что -то ты слишком ласковая.

-Это плохо?

-Это подозрительно. Предупреждаю: глупостей от тебя не потреплю.

-Жаль. А я хотела тебя поцеловать.

-Хм.. это не глупость, девочка, а твоя прямая обязанность.

Мы одновременно рассмеялись.

В дверь позвонили.

-Курьер пиццу привёз, - сообщил Кирилл, вставая с дивана. Я поставила фильм на паузу, и переключила с видео на тв.

Час был вечерний и по основным каналом транслировали новости. Переключив канал, я как раз попала на сюжет о беспорядках на Ближнем Востоке.

-Интересно, а там наши наёмники воюют? - подумала я, пока корреспондент рассказывал про количество убитых и пострадавших. Подавив тошноту, я выключила телевизор и отшвырнула пульт подальше от себя.

-А вот и пицца, - веселясь, появился в комнате Кирилл. Взглянув на меня, он положил коробку с пиццей на журнальный столик и вопросительно поднял бровь.

-Что случилось?

Я улыбнулась.

-Всё в порядке.

-Это Алина звонила?

-Алина?- переспросила я, гадая, причем здесь моя сестра. - Нет, никто не звонил. Всё хорошо. Давай есть пиццу.

Моё напускное веселье не обмануло Мангушева.

-Не вынуждай меня проверять твой мобильный.

-Да всё хорошо!- воскликнула я, громче, чем хотелось бы.

-Тогда почему на тебе нет лица.

-На мне есть лицо.  - И уже тише, я попросила, - давай есть пиццу, пока не остыла.

Мы практически досмотрели фильм, когда я осмелилась спросить.

-Кирилл, а тебе обязательно этим заниматься?

Немного отстранившись, он с удивлением взглянул на меня.

-Этим?

-Клубом. Войной. Наёмниками.

-Ааа, - протянул Мангушев. - Вот ты про что...

-Я всё понимаю: это бизнес. Наверное, прибыльный...Прибыльный, конечно. Но ведь не всё измеряется деньгами: люди гибнут: дети, старики... те же наёмники гибнут — а их семьи никогда не будут в курсе.

-Вот что, маленькая, - отставив в сторону стакан, Кирилл ласково посмотрел на меня. Почти ласково — в его взгляде плескалась злость и раздражение, которые он всячески скрывал. - Давай договоримся с тобой раз и навсегда: ты никогда больше не будешь лезть в дела, которые не понимаешь.

-Но я хочу понять.

-Не стоит. Некоторые вещи стоит оставить мужчинам.

-А если я...если меня очень волнует этот вопрос.

-Конечно, волнует. Ты же у нас девочка «за мир во всем мире», - он усмехнулся. -Но так, принцесса, не бывает. Мир надо охранять.

-На это есть армия.

-Гос армия огромна и неповоротлива. Разумеется, есть особые подразделения. Но иногда им невыгодно рисковать — и тогда те же люди выступают от нашего имени. Уверяю тебя, наши базы существует, пока это выгодно государству. Не только мне и твоему отцу.

-Есть разница между армией и наёмниками.

-Да что ты? - усмехнулся Кирилл. - Ну давай, расскажи мне об этой разнице.

-Военный защищает родину. Наёмник служит, кто больше заплатит.

-На самом деле, профессиональный военный делает всё, что велит начальство: защищает, нападает, расстреливает. Убирать дерьмо тоже кому то надо. Что касается наёмников- Кирилл усмехнулся. - Это те же профессиональные военные. И они служат не тому, кто больше заплатил, а с кем заключено соглашение. Хотя и среди наёмников бывают шлюхи — но, как правило, долго они не живут.

Кирилл говорил так, что хотелось слушать и понять. Убеждать он умел. Но те кадры новостей- разрушенные дома, маленькая обездоленная девочка, пробирающаяся по грязи с чумазым щенком в обнимку, плачущие арабские старики — по прежнему стояли перед глазами.

Я всё равно ничего не могла поделать.

-Больше эту тему обсуждать мы не будем, - удостоверившись, что я больше не возражаю, Кирилл как ни в чем не было вернулся на прежнее место  и принялся допивать пиво.

Утром  я проснулась в одиночестве. Разбудил меня будильник на сотовом — и хотя часы показывали только половину восьмого, Кирилла в спальне уже не было. Подцепив пустой пододеяльник ( из-за жары одеяло было не нужно) и обмотавшись в него словно индианка в сари, я прошлась по квартире: везде стояла тишина. Хозяин отсутствовал.

На кухонном столе нашлась для меня записка: твои вещи в прихожей. Повесь их во второй шкаф в спальне. Если надумаешь ехать в офис — вызови Игоря ( это место было подчёркнуто), но лучше сиди дома.

И ни тебе доброго утра, ни «целую, милая». На что я, собственно, рассчитывала? Разозлившись, я даже не стала тут умываться: вытащила из сумки свежие вещи, засунула туда вчерашнюю одежду, и застелив кровать, покинула квартиру Мангушева. По дороге я несколько раз набирала номер Алинкиного мобильного — но сестра не брала трубку. Или спит, или обиделась —предположила я, решив  перезвонить через пару часов.

Работу я в этот день прогуляла. Кажется, никому особенно мои трудовые порывы не нужны ( разве что Карташову да отсутствующей секретарше): Алина знала, что я не стану шпионить за Кириллом, Кирилле же относился к моей работе как к чему-то забавному и необязательному. Собственно, он был прав.

Из квартиры Манушева я поехала домой, на всякий случай предупредив Карташова. Денис, услыхав новость, тяжело вздохнул в трубку.

-То есть без охраны.

-Разумеется.

-Он всё равно будет злится.

-Денис, я понимаю, дорога до базы - там на самом деле безлюдно и иногда становится не по себе пешком от остановки драпать, но тут мне ехать на автобусе по прямой не больше 15 минут. И я  уже возле дома.  - Денис  хмыкнул.

-Судя по окружающему тебя шуму, ты и впрямь уже возле дома.

-Нет, я только подошла к остановке.

-Марина, ну почему я не удивлён?

-Потому что ты меня давно знаешь и привык.

-Но Мангушев не привык.

-С ним сложнее, - согласилась я. - В конце-концов, он требовал вызвать Игоря в случае, если я соберусь ехать на базу. А я на базу и не поехала. Так что взятки -гладки.

-Это ты так думаешь, - пожурил меня Денис напоследок и отключился.

Интересно, как это при всей паранойи Мангушев не приставил ещё ко мне охрану. Или всё -таки приставил? Я стала вглядываться в проезжающие мимо машины, но так ничего подозрительного не обнаружила: никто не ехал с замедленной скоростью и не остановился у бордюра.

Поднявшись на этаж, я порылась в кармашке сумки, где лежали ключи. Три оборота — и вот уже дом милый дом. Как же я соскучилась! Закинув сумку в свою комнату, приняв душ и наскоро перекусив, я созвонилась с мамой — которая в этот момент отдыхала вместе с тётей Аней на даче. Сигнал был слабенький — и разговор то и дело прерывался. Но мы успели обменяться новостями ( естественно, про наш с Ликой вояж я умолчала). Однако мама была уже в курсе — и пожурила, что мы с Алиной уехали куда то на целые выходные, оставив родного отца в одиночестве в больнице.

-Ты не хорошо поступила, дочь, - упрекнула  она меня, - я тебя так не воспитывала.

-Мам, это надо было Лине.

-Вот Лина бы одна и ехала.

-А если бы с ней что -то случилось: как думаешь, как воспринял бы это отец?

-Вы подвергали себя опасности?

-Что?- перепугалась я. -Нет! Конечно, нет... мам, но это же Лина — она где угодно приключения себе найдёт.

Мама тяжело вздохнула.

-Съезди навестить отца. И побалуй его чем нибудь домашним.

-У него там всего навалом.

-Важно само внимание.

-Я сделаю творожное печенье: ему вроде всегда нравилось.

-Сделай, -согласилась мама.

А в холодильнике, между прочим, кроме банки сайры и начатой пачки сливочного масла ничего больше не было.

-Из этого печенье не испечёшь, - вяло подумала я  и побежала в магазин. Рецепт был простой — главное: закупить нужные ингредиенты и смешать до получения однородной массы. Зато на выходе  получалось нежная, тающая во рту, выпечка. Мои  старания не прошли даром: отец был явно тронут жестом — мы выпили с ним две чашки чаю ( и это не смотря на стоявшую в городе жару). Отец, естественно, тоже был в курсе того, что на выходные мы с Алиной куда -то уезжали ( наверняка, он и сдал меня маме), но не знал, зачем именно мы смотались из города.

25
{"b":"238029","o":1}