ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Лузер
Катастеризм
Принципы. Жизнь и работа
Доктор Х и его дети
Меня никто не понимает! Почему люди воспринимают нас не так, как нам хочется, и что с этим делать
От винта! Не надо переворачивать лодку. День не задался. Товарищ Сухов
Княгиня Ольга. Ключи судьбы
Светлячок
Практический курс трансерфинга за 78 дней
A
A

Это было последнее мое видение, но было оно столь отчетливо, что еще и на следующий день, проснувшись со страшной головной болью, я помнил его очень и очень отчетливо.

— К чему бы это, не знаю, — хмуро ответствовала Быстрые Глазки, когда я пересказал ей все. — Уверен ты, однако же, что это имеет отношение к северным эльфам?

— Без сомнения, мой верный товарищ, без сомнения! — заверил ее я.

— Ну, не лучше же они нас с Триной? — насколько смутившись спросила моя рыжеволосая спутница.

— Ах, друг мой, — смутился в ответ я. — Ты знаешь, как хорошо я отношусь к вам обеим, а все же… Все же, после этого видения, я начал понимать, почему северные эльфы — вообще, а их женщины — в особенности, считаются самыми красивыми смертными из всех, которые когда-либо появлялись в нашем мире.

— Мой милый Бес, — сказала вдруг она. — Быть может, поворотиться к югу? Что толку нам от этой скрижали? А вдруг, добывая ее мы сложим свои головы?

— Послушай меня, Денра, — ответствовал я. — Мне и самому все это предприятие ужасно надоело. Но, уж, коль скоро, здесь есть единственная для меня возможность выбиться как можно скорее из магических учеников в товарищи сей славной Гильдии, так я, пожалуй, рискну.

— Ты, по крайности, дорогу знаешь? — посчитала нужным уточнить моя спутница.

— Дорогу — нет, — объяснил я, — но благодаря этому удивительному сеансу ясновидения, я без ошибки опознаю Ледяной храм, когда увижу его.

— То-то и оно, — грустно улыбнулась Глазки. — Осталось только найти его.

92

Наше пребывание в этом племени было ознаменовано еще двумя событиями. Во-первых, Крикун притащил в наш шатер женщину лет тридцати, супруг которой согласился уступить ему ее за горсть травы для отвара. Конечно, травяной отвар придает сил и в мороз греет, но все же я посчитал это потрясающим бесстыдством.

Во-вторых, за связку малахитовых бус мне удалось договориться с одним из тамошних отцов семейства — а оно насчитывало не менее семи жен и двух десятков детей, о том, чтобы провести ночь с чудной двенадцатилетней девочкой. Звали ее Мией и она охотно стала моей двадцать пятой девственницей.

Утром, поговорив с Крикуном, мы вынуждены были сойтись в том, что жир, коим наши партнерши растирались в косметических целях, не только противен на ощупь, но и пахнет весьма отвратительно.

Покинув столь гостеприимное племя, мы устремили стопы свои дальше на север.

Несмотря на то, что было всего лишь позднее лето, холод царил неописуемый. Спутники мои каждый день просили светить на них жезлом, хотя горел при этом костер.

Из дичи имели мы и птицу, и оленину, из рыбы, чего только не ели. Припасы наши подошли уже к концу, а, все же, никто из нас не исхудал.

На самом подходе к Северному берегу встретили мы еще одно племя. Было оно в весьма плачевном состоянии, ибо не задолго до встречи с нами, как раз, лишилось всех своих мужчин.

Все случилось так, как рассказано было мне до этого — ходило племя по берегу моря, пася оленей, промышляя рыбой и морским зверем, как вдруг, явились девы невиданной красоты, которые увели всех мужчин.

— О, Боги! — в сердцах возопил я. — Да наш Крикун, по сравнению с этим народом, образец внеземной красоты!

— Послушай, Рассвет, или Бес, — сказала тут Быстрые Глазки. — Мой брат совсем не урод. Не надобно тебе отзываться о нем столь уничижительно.

— Ну, уж если и есть в нем что привлекательное, так это — сходство с тобой! — объявил я ей. — А теперь давай думать, что будем делать с народом сим.

После недолгих раздумий мы решили, что, раз племя покинули все мужчины, то будет Крикун у них за вождя, во всем наставляем своей мудрой сестрой, я же — за шамана. И так, пусть племя кочует вдоль северных берегов, живя своей обычной жизнью, ибо без нас обречено оно было на верное вымирание.

Тут же я отобрал себе в жены всех девственниц племени, а набралось их — увы! — всего четверо, причем было оным девицам возраста от семи до одиннадцати. Крикун же, вопросами девства не заинтересованный, набрал себе женщин человек двадцать.

Кто бы выиграл из нас, кто проиграл — не известно, но Глазки с Триной предпочли поселиться у меня в шатре, ибо было там менее скученно.

Быть может, какой-нибудь глупец и решит, что я там как сыр в масле катался, но, должен признаться, с девицей, которой всего лишь семь лет от роду, нелегко приходится, как бы она жиром не намазалась. Да и с одиннадцатилетними не лучше было. В общем, хоть и преумножил я количество девственниц до двадцати девяти, но изрядно пришлось при том потрудиться, дабы ничем не повредило это их здоровью.

Единственная отрада заключалась в том, что когда укладываешься спать, ложатся вокруг тебя сразу четыре нагих девчушки, которые и жмутся к тебе, и ластятся, и согревают теплом своих юных тел, и от тебя пытаются согреться.

К чести своей, должен, однако же, признать, что ни одну из юных своих жен не захотел я использовать в ритуале, когда по долгому рассуждению с Глазками, решили мы, что иного способа определить путь к Ледяному храму у нас нет. Взяли мы для этого одну из жен Крикуна.

Разложив ее посреди моего шатра мы с Глазками и ее братцем чего только с этой, обмазанной жиром, пахнущей им же и собственным потом, женщиной не вытворяли.

Распаленная до невообразимости оная особа, впустила в себя дух Инкуба, а тот каких только гадостей в мой адрес не наговорил. Все-таки, мерзкое это потустороннее существо рассказало нам в каком направлении надо двигаться и направили мы в ту сторону все наше маленькое племя. Благо, идти нужно было вдоль берега, а рыбачить наши жены и приемные дети были весьма горазды.

Наконец пришли мы к огромнейшему утесу вокруг которого было невообразимое скопление льда.

— Здесь ли это? — спросила Глазки.

— Должно, здесь, — ответствовал я. — Пусть все племя поджидает снаружи, мы же отправимся внутрь.

Так, вчетвером, вошли мы в ледяные чертоги. И долго бродили среди холодных красот, которые речь человеческая пересказать не в силах.

— Рассвет, милый, — сказала наконец Быстрые Глазки. — Мы здесь замерзнем, сделай же что-нибудь!

Тут вспомнил я сон свой, испытанный с шаманом и засветил жезл.

Ходили мы после того среди льдов и озер из хрустально чистых вод еще немало, но, наконец, остановились — из озерца пред нами, в ответ свечению моего жезла пошло некое зарево.

— Это здесь, — признал я.

Решили, что лезть в ледяное озеро придется, однако же, Крикуну — у меня здоровье слабое, девиц же в холодную воду послать было бы слишком жестокосердно. Долго уговаривали отрока, но, в конце концов, Глазки пообещала ему добавочную порцию вина перед сном, я же — весь вечер греть его жезлом, сколько захочет.

И вот, на руках у нас оказалась великая святыня. Действительно — огромный кусок алмаза, на котором со всех сторон высечены письмена.

93

Пошли мы после того вновь вдоль берега, но уже в обратном направлении и кочевали еще почти месяц. Спутники мои немало были опечалены, когда увидели, что светило начинает всходить реже и реже, а потом и вовсе осталась сплошная ночь, я же объяснил им, что в северных широтах это обычное явление.

Однажды же, женщины наши прибежали к нам в страшной тревоге и стали умолять бежать как можно скорее куда подальше. Я вышел из шатра и — о, чудо! — увидел весь будто сотканный из света корабль прямо поверх льдов несущийся в нашу сторону.

Я, Глазки, Трина и Крикун с замиранием сердца ждали на берегу приближения чудесного судна, в то время, как племя наше в ужасе по всему побережью рассеялось. И вот, чудесный корабль замер прямо перед нами. Женщина, краше которой не видел я еще в мире, стояла на его носу и алый плащ развивался за ее спиной, ниспадая с нагих плеч. Единственным же ее одеянием, помимо плаща, был кожаный пояс на котором висели ножны с длинным и узким мечом.

— Назови себя, — глядя повелительным взором приказала она мне.

62
{"b":"238034","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
В поисках нового себя. Посвящается всем моим Учителям
При чем тут девочка?
Риск
Грокаем алгоритмы. Иллюстрированное пособие для программистов и любопытствующих
Беспокойные
В метре друг от друга
Язык жизни. Ненасильственное общение
11 месяцев в пути, или Как проехать две Америки на велосипеде
Все цветы Парижа