ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Сердцеедка с острова соблазнов
США. Все тонкости
Кремль 2222: Юг. Северо-Запад. Север
Плотность огня
Трансерфинг реальности. Ступень II: Шелест утренних звезд
Счастье оптом
Аня де Круа 2
Что вы несете, или Как разобраться в идеях великих философов, чтобы понять себя
Хоопонопоно. Древний гавайский метод исполнения желаний
A
A

— О, Боги! Так вот чего ваши девы ищут на землях северных кочевников! — догадался я. — О, ужас, ужас! А я-то клятвенно пообещал…

Тут я быстренько помчался в дом Ноэмы, чтобы скорее рассказать Глазкам, какая неприятность мне грозит. Но с моими спутниками уже пребывала сама хозяйка дома, которая весьма недвусмысленно потребовала от меня исполнения клятвы.

Со всем разумением я пытался объяснить особе этой, что клянясь не знал еще всех последствий, кои клятва сия за собой повлечет, но тщетно — Ноэма пришла в ужаснейшее раздражение.

— Как, подлая низкая тварь, ты отказываешься от собственной клятвы? — возопила она. — И что, ты хочешь, чтобы дочь моя и далее оставалась девственной, покуда не выловим мы вместо тебя какого-нибудь пропахшего жиром дикаря? Так не бывать этому! Ты поклялся мне, верховной жрице, а значит оскорбил Богиню!

— Ах, оставь нас в покое, — попросил я, с неудовольствием заметив, как беспрестанно хватается она за рукоятку своего длинного меча. — Мало тебе, что вы уже всех кочевников извели? Я же сделал вам доброе дело, привез эту несчастную Скрижаль. Отпусти нас живыми хоть за это.

— Ну, нет, — ответствовала Ноэма. — Своей лживой клятвой ты оскорбил и меня, и Богиню. Поэтому, рассудит нас лишь поединок пред ее ликом. Радуйся хоть тому, что ты будешь единственным мужчиной, который его узрит. Правда, недолго, ибо убью я тебя быстро.

Тут же появились со всех сторон нагие женщины с мечами и под этим вооруженным конвоем были мы доставлены в храм.

95

Не буду описывать ужаснейшее и громаднейшее изваяние Богини-матери, пред коим всем нам пришлось предстать.

— Отпусти ты нас, достойная Ноэма, — жалостливым голосом сделал я последнюю попытку задобрить верховную жрицу.

В храме, меж тем, собралась уже масса вооруженных мечами женщин.

— Сестры эльфийки! — обратилась к ним Ноэма. — Этот недостойный маг клялся лишить девственности мою единственную дочь. Теперь же он пытается увильнуть от обещанного!

— Убей его! Убей! — выхватив из ножен мечи, начали размахивать ими женщины.

Напрасно пытался объяснить я, что, давая свою клятву, не знал я, в чем именно клянусь, а посему не имеет оная силы.

— Убей! — еще громче взревела толпа.

— Пусть справедливость будет восстановлена поединком! — громко объявила Ноэма, потом сбросила плащ и расстегнула пояс. Меч ее со звоном упал на пол.

— Принесите же единственное оружие, которое может вершить правосудие Богини! — приказала верховная жрица.

Две нагих эльфийки, преклонив колени, подползли к статуе грудастой, сидящей широко расставив ноги, Богини-матери и взяв длинный атласный футляр преподнесли его Ноэме.

— Ты — единый меч, достойный служить Богине! — еще громче, чем прежде объявила та. — Пусть свершится правосудие!

Нет, ничего не понимаю я в оружии, но, увидев меч, оказавшийся в руках прекрасной этой женщины, понял только одно — уж, если суждено мне умереть от меча, так только от этого. Наш с Гелл, пошедший гулять по свету, ребенок, наш Девственник, самое прекрасное оружие из всех, какие я когда-либо видел, лег рукояткой своей в ее ладонь, как будто создан-то был для единственного этого мига.

— Ноэма, ведь он прекрасен, — не в силах оторвать взора от сверкающего лезвия сказал я. — Неужели ты запачкаешь его кровью?

— Глупец! — усмехнулась она. — Меч, обагренный кровью, во много раз милее взору любого воина, чем оружие незапятнанное. Окровавленным, меч этот станет, во истину совершенным. Что ж, лживый маг, твоя магия — против моего меча!

Сконцентрировав силу жезла я направил луч света прямо в лицо своей противнице. Была у меня надежда ослепить ее, ошеломить, а потом, быть может, огреть по голове. Ноэма же одним легким прыжком уклонилась от этой атаки. Потом меч в ее руке сверкнул описывая широкий взмах, которому противопоставить мне было совершенно нечего.

И тут неведомая сила вдруг бросила нас друг прочь от друга. Ничего не могли мы сделать, а сила эта вдруг свела нас воедино, будто бы в объятия. И меч в ее руках, а жезл — в моих, вдруг образовали как бы единое целое, и воссиял над нами ярким голубым светом крест, длинной перекладиной которого был меч в ее руке, а короткой — жезл в моей. И вдруг, длинная перекладина начала уменьшаться, моя же — расти.

Что было потом, не скажу, ибо узнал я многое, но понял мало, а запомнил еще меньше. И видел я иные миры и иных людей, но оставался самим собой и было от этого особенно обидно: ведь понял я, насколько я плох. Но, наконец, вихрь ужасной энергии вокруг меня стих.

— О, жестокий маг! — воскликнула Ноэма. — Что сделал ты с нашей Богиней?

Я взглянул, но, вместо сотворенной из камня грудастой, бесстыже раскинувшей ноги женщины, увидел сверкающий вздымающийся в небо мужской детотворный орган слитый из стали, может быть мечей пребывавших в храме женщин, а, может быть, из мечей эльфиек всей страны.

— А что сделал ты со мной? За что? Ведь я, всего лишь, жила по законам моей родины! — вскричала верховная жрица поднимаясь с колен. Была она прекрасна как и раньше: крепкая, будто точеная грудь, удивительной стройности фигура. Вот только между ног у нее топорщилось то, чего никак не должно быть у женщины.

Не одна Ноэма пострадала таким образом и в храме раздались многочисленные рыдания и причитания женщин.

— Глупая ты баба, — ответствовал я, помня кое-что из того, что открылось мне в момент соприкосновения нашего оружия. — Ни один меч не может выступить против жезла, который напитал его магией. Ровно, как ни один жезл не может противостоять инструменту, которым вырезан. Посему маги, сделав жезл, инструмент всегда уничтожают. Раз уж ты такая дура, что выступила против моего жезла с мечом, который им заряжен, так ходи теперь с членом. Это меч, умирая, тебя наказал — не я.

— Освободи нас от этого! — взмолилась она. — Мы не достойны такой ужасной кары.

— Не у всех у вас это выросло, — поведал я в ответ то, что открылось мне в миг сверкающего креста, — лишь у тех, у кого дочери — девственницы. Идите же и помогите им избавиться от девства. Я тут не при чем, поскольку собираюсь как можно скорее покинуть вашу страну. Вы же, усердно со своими дочурками трудясь, мало-помалу от данного инструмента избавитесь. Прощайте. Тем же, кто попытается преследовать меня или моих спутников, я выращу член вместо носа и во время еды вы будете кусать себя за мошонку, а это очень больно — поверьте!

Угрозу сию, конечно, выполнить я был не в силах, но посчитал припугнуть их нужным, ибо, кто его знает, на что решатся эльфийки с отчаяния.

— Бес, а что с твоим жезлом? — спросила Глазки, когда мы вышли из храма.

— Ничего, — сердито ответствовал я. — Моей заслуги тут никакой нет. И нету во мне никакой внутренней силы.

Жезл мой, хоть и оставался тонок, как прежде, в длину, однако же, был мне уже от земли по грудь.

Со всей поспешностью отправились мы в гавань и, взойдя на один из эфирных кораблей, с радостью царство северных эльфов оставили.

96

Никогда до того не приходилось управлять мне эфирным эльфийским судном, но оказалось это совсем нетрудно. Слушалось оно моей воли и неслось сначала над льдами, а потом и над волнами Внешнего моря, с удивительной скоростью. Вот только заметил я вскоре, что судно это, вдруг, начало мало-помалу как бы таять и растворяться и сулило нам это со спутниками немалые неприятности.

Засветил я жезл и пытался насытить чудесный корабль светом своим, но вскоре понял, что теряет он ежеминутно гораздо больше, чем я могу ему дать.

Несказанно переживая за свои жизни, мы добрались, однако же, до берега, причем гораздо южнее и западнее того места, откуда в страну эльфов отправились. Не было тут снегов, ибо близилась уже весна, росли огромные сосны, берега же были круты и скалисты.

Ни подобных скалах и истаял окончательно мерцающий эфирный корабль, будучи благополучно нами покинутым. Выбрались мы из царства эльфов в величайшей поспешности, а посему оказались и без средств, и без припасов. Первое было не страшно — купить в здешних пустынных местах не у кого и не чего. Второе же несколько смущало, ибо надо же чем-то и питаться.

64
{"b":"238034","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Меня зовут Грета. Голос, который вдохновил весь мир
Маркетинг 4.0. Разворот от традиционного к цифровому. Технологии продвижения в интернете
Белые зубы
Одна привычка в неделю. Измени себя за год
Вынос мозга
Хаос и симметрия. От Уайльда до наших дней
Пик
Капкан для простушки
Администратор Instagram. Руководство по заработку