ЛитМир - Электронная Библиотека

Замечательно, что непроизвольные движения могут вызываться не только ясно сознаваемыми представлениями, но и такими двигательными и зрительными образами, в переживании которых испытуемый в данный момент не отдает себе отчета. Например, некоторые лица во время оживленного разговора машинально чертят на бумаге различные фигуры, пишут слова и обрывки фраз, причем сами не знают, что именно они начертили или написали. Отсюда берет начало наивысшая степень развития тех же идеомоторных актов, известная под названием графического автоматизма. Спириты высоко ценят эту редко встречающуюся способность, воображая, что «пишущий медиум» действует под наитием постороннего «духа». На самом же деле в автоматических писаниях выявляются лишь затаенные мысли и желания, забытые и полузабытые впечатления самого же пишущего.

Идеомоторными актами объясняется еще одно непонятное на первый взгляд явление, давно уже известное под неправильным, сбивающим с толку названием — «чтение мыслей». В наши дни это явление демонстрируется под тем же названием публично и вызывает у наивных зрителей впечатление чего-то нового, необычайного *. Опыт с «чтением мыслей» проводится следующим образом. Участники опыта (или один из них) в отсутствие отгадчика (перципиента) задумывают какое-нибудь более или менее сложное действие, например отыскать спрятанный предмет, сделать с ним то-то или передать его тому-то; задуманное действие может быть очень сложным и запутанным. Затем один из присутствующих, знающий задуманное задание, входит в контакт с отгадчиком: крепко берет его за руку у запястья или хотя бы держится за натянутый шнурок, другой конец которого находится в руках у отгадчика. При этом проводник (индуктор) должен сосредоточить все свое внимание на том, что предстоит выполнить отгадчику. Этот последний продвигается 73 вперед, то колеблясь и часто меняя направление, то вдруг решительно и быстро направляясь туда, куда нужно. Так постепенно, шаг за шагом, к большому удивлению зрителей, он выполняет задание. В чем же тут дело?

Публичные демонстрации такого рода впервые начал производить американец Броун, еще в 1874 г. Его последователи познакомили с этими опытами европейскую публику. Успех был шумный и привлек внимание ученых. Независимо друг от друга Бирд в Америке, Карпентер в Англии и Прейер в Германии разгадали секрет этих эффектных опытов. В России Общество экспериментальной психологии в начале 90-х годов выделило специальную комиссию для исследования этих явлений К Все сошлись в едином мнении, что это не «чтение мыслей», а «чтение мускулов». Иными словами, отгадчик - руководствуется в своих действиях идеомоторными сигналами, которые невольно подает ему проводник, напряженно думающий о том, какие движения и в каком направлении отгадчик должен произвести, чтобы выполнить задание. Например, отгадчик должен найти спрятанный предмет. Если он направится не туда, куда следует, то чувствует со стороны проводника едва заметное сопротивление. Если он идет правильно, то и проводник идет свободно, направляя не сознаваемыми им самим и незаметными со стороны поощрительными толчками дальнейшие действия отгадчика.

Для успеха этих опытов нужны два условия: во-первых, чтобы проводник обладал достаточно выраженными идеомоторными актами и, во-вторых, чтобы отгадчик был достаточно восприимчив к едва ощутимым двигательным сигналам, дабы иметь возможность руководствоваться ими в своих действиях. Прейер говорит по этому поводу, что он не раз был проводником #знаме-нитейших «чтецов мыслей» и никто из них ни разу не отгадал его заданий, так как он, зная, в чем дело, старался, насколько это возможно, задерживать свои идеомоторные акты. 74

Достаточная для успешного проведения этих опытов способность производить идеомоторные акты может быть заранее выявлена различными методическими приемами, например применением уже упоминавшегося в этой главе маятника. Мы пользовались для этой цели так называемой пневматической платформой, состоявшей из двух деревянных треугольников, наложенных друг на друга; между двумя передними углами треугольников вкладывались деревянные кубики, а под третий угол, который находился за спиной стоявшего на платформе испытуемого, помещался биллон из упругой резины, соединенной воздушной передачей с известной всем физиологам капсулой Марея; рычаг капсулы на вращающемся цилиндре камогряфа записывал зубчатую кривую, отображавшую непроизвольные покачивания испытуемого 74. Подъему кривой соответствовало качание вперед, ее опусканию — качание назад. Испытуемому давалась ин* струкция: «Представьте себе, что вы па даёте назад, вас 75 тянет назад». У многих испытуемых (см. рис.) кривая тотчас же (В) или постепенно (А) начинала спускаться, что свидетельствует о резкой выраженности у них идеомоторных актов. Такие лица могут быть хорошими проводниками в опытах «чтения мускулов». У других испытуемых после получения инструкции характер кривой вовсе не изменялся (Е) или покачивания усиливались в обе стороны (С), а в некоторых случаях наблюдалась даже извращенная реакция: ка-чательные движения уменьшались (D). Это значит, что такие испытуемые проявляли негативное отношение к данной им инструкции, бессознательно задерживая даже те слабые качательные движения,. которые регистрировались до получения инструкции. Понятно, что такие испытуемые не годились для опытов «чтения мускулов» *.

Что никакого «чтения мыслей» в описываемых опытах не происходит, свидетельствует еще и тот факт, что, когда исключена возможность присутствия на опытах сообщников, самый лучший отгадчик ничего не сделает без контакта с проводником. На публичных демонстрациях опыты без контакта иногда удаются, но тут нет никакой гарантии того, что они проводятся безупречно, без посторонней помощи76 77. Кроме того, выполняя самые сложные двигательные задания, отгадчики отказываются от самых простых заданий образного характера. Например, отгадать такие задуманные зрительные образы, как «красная роза», «белая лошадь» или что-либо в этом роде, эстрадные «чтецы мыслей» уже неспособны, так как тут даже самое изощренное улавливание идеомоторных сигналов помочь делу не может.

Опыты с «чтением мыслей» и их научное истолкование способствовали оживлению интереса к так называемой телепатии — старинному представлению о том, что психические переживания одного человека могут при некоторых условиях передаваться на расстояние другому человеку, причем такая передача происходит якобы непосредственно от мозга к мозгу, без участия внешних органов чувств.

Идеалисты выдвигают явление так называемой передачи мысли как «доказательство» самостоятельности психического начала, возможности существования психики вне мозга, независимо от материи. Мысль, по их мнению, может выделяться из мозга и, не подчиняясь категориям времени, пространства, причинности, каким-либо законам природы, передаваться другому мозгу. В этом якобы и состоит «непосредственная передача мысли», иначе — «мысленное внушение». Совершенно очевидно, что такое представление по существу не отличается от первобытного анимизма и в корне противоречит всем достижениям подлинно научной физиологии и психологии. Эти науки неоспоримо доказывают, что мысль, как и вся психика, всего лишь свойство высокоорганизованной материи, возникшее на определенной ступени ее развития, и неотделима поэтому от своего субстрата — мозга, так же как неотделима, например, белизна лежащего передо мной листа бумаги от самой этой бумаги.

В идеалистическом толковании вопрос о мысленном внушении теряет всякий научный смысл, превращается в суеверие. Надо, однако, сказать, что существует еще и другой подход к данному вопросу; он не таит в себе ничего ненаучного, мистического и может быть проверен строго проведенными опытами. Выдающиеся ученые—физики и неврологи, отнюдь не идеалисты (например, В. М. Бехтерев и П. П. Лазарев), допускали возможность мысленного внушения, понимая его как «мозговое радио», как результат передачи электромагнитной энергии от одного функционирующего мозга к другому. Когда выступаешь с публичными лекциями на такие темы, как «Сон и сновидения», «Гипноз и внушение», «Мозг и психика», едва ли не большая часть подаваемых слушателями записок

20
{"b":"238039","o":1}