ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Во время обеда обхожу Арсенал. Здесь расположены и ремонтные мастерские для танков, автотранспорта и производственные помещения.

Одна из главных функций Арсенала — прием для временного размещения личного состава и дальнейшего его распределения по фронтам.

Знакомлюсь здесь с теми, кто отстал от своих частей, выходя из окружения под Каменец-Подольским, выслушиваю жуткие истории от воевавших на южном участке фронта.

В общем, людям пришлось на своих двоих драпать почем зря через Венгрию и Румынию от наступавших им на пятки русских.

Что происходит? Как такое могло случиться? По-видимому, после прорыва русских на южном направлении там произошла ужасная катастрофа.

Войска Красной армии на обширном участке фронта прорвали нашу оборону и теперь гонят целые наши дивизии на запад. Враг уже на румынской границе, а кое-где успел продвинуться и дальше, в Венгрию.

Ничего себе делишки! [де же, в таком случае, сейчас наша 13-я танковая? Если таковая вообще существует?

Однако в Вене ничего этого не чувствуешь, здесь мы наслаждаемся беспечностью.

Продолжаю свою экскурсию по Арсеналу. Вижу около 30 тяжелых танков типа «Пантера», в основном они здесь по причине поломок двигателей. На одной из машин я насчитал около 20 попаданий снарядов, причем на лобовой броне. Только в одном танке зияла огромная пробоина в башне, чуть пониже орудия. Не пойму, откуда она могла там взяться.

Значит, в Арсенале и ремонтом танков занимаются.

В 14 часов построение, стоим битый час, 1000 без малого человек, все, кому предстоит отправка на фронт.

Поговаривают, что нас дальше повезут на пароходе по Дунаю.

Весь остаток дня, включая вечер, до 24 часов, мы свободны. Выход в город по предъявлении выписки из солдатской книжки, выданной временно взамен забранной для оформления.

Погода великолепная, и я пешком отправляюсь в центр Вены.

Гуляю в парке, потом усаживаюсь на скамейку, откуда открывается чудесный вид на городскую ратушу и здание парламента.

После 19 часов, осмотрев выставку «Наша армия», иду на Пратер. Но там уже в 21.30 все закрывается, жаль, конечно, что так быстро пролетает время.

В 24 часа возвращаюсь в Арсенал, получаю одеяла и укладываюсь спать. Из наших 12 человек только один не явился.

19 апреля 1944 г

Подъем в 7 утра, умывание, завтрак. Немного пишу дневник, а потом до полудня валяюсь на койке. Обед так себе, я его даже не стал есть.

В 14 часов построение, какой-то гауптман выдает три служебных удостоверения. Выходит, на троих человек, значит, по одному удостоверению. Отбытие в 23 часа с Северного вокзала Вены. Пункт назначения: Пшемысл. Не повезло!

Получаем сухой паек из расчета на 3 дня: буханку хлеба, 200 г сливочного масла, банку рыбных консервов и 400 г консервированной колбасы, далее 9 сигарет.

В наших солдатских книжках сделаны соответствующие отметки, и мы на трамвае с багажом едем на расположенный у Пратера Северный вокзал.

Сдаем багаж в камеру хранения и отправляемся в город. Нас четверо: Крюгер, Мертенс, Бенцель и я.

Идем в кафе «Концерт», там серьезная стычка с официантами — все угловые столики, иными словами, лучшие места, видите ли, зарезервированы. Но нам на это наплевать — усаживаемся за понравившийся нам стол, и дело с концом.

Музыка очень приятная, напитки и кондитерские изделия страшно дорогие.

В 22.50 возвращаемся на Северный вокзал, забираем багаж и идем в зал ожидания, где уже полным-полно таких же вояк, как и мы. Представляю, что будет, когда прибудет поезд.

Так и вышло. Поезд был переполнен, и мы, получив официальное подтверждение, что сесть не могли, идем ночевать в солдатскую гостиницу, расположенную в 150 метрах от вокзала. Здесь куда лучше, чем в аналогичных местах, где мне приходилось быть до этого. В столовой яблоку негде упасть, но мы ужинаем. Там даже подают шампанское, вот только денег на него уже нет. Кто мог предполагать, что наша поездка затянется?

Отдав в залог солдатские книжки, получаем по 2 одеяла, и уже к полуночи я сплю, как сурок.

20 апреля 1944 г

В 7 утра нас будит рык дежурного обер-ефрейтора — всем быстро подъем и убираться вон. Можно подумать, что за рычание ему доплачивают. Ничего не поделаешь, встаем, умываемся и снова сдаем багаж на вокзале. До 13.30 свободное время, и я иду в город.

Погода испортилась, а я собирался съездить в Шёнбрунн, вместо этого иду в исторический музей. Большинство наиболее ценных экспонатов снято с экспозиции и надежно укрыто, и все же здесь есть на что посмотреть, например множество предметов культуры Древнего Египта. После музея сходил в кинотеатр короткометражных фильмов, а оттуда на трамвае добрался до Северного вокзала. Съел в столовой Красного Креста тарелку супа.

В 14 часов мы снова в зале ожидания, становимся в очередь. Давка ужасная. Примерно в 14.30 объявляют посадку на поезд.

Быстро рассовав свой багаж, садимся играть в скат. Поезд следует через Брно и Бреслау, где нам уже приходилось проезжать всего три дня назад.

21 апреля 1944 г

Около часа ночи прибытие в Бреслау, мы сразу же идем в зал ожидания служащих вермахта.

Сажусь записать кое-что в свой дневничок, но при этом засыпаю. Устал ужасно, поэтому устраиваю из скамеек нечто вроде лежбища. И, подложив под себя одеяла и брезент, прекрасно сплю с 3 до 7 часов. Если устал, все равно где спать.

Умываться приходится топать до солдатской гостиницы, расположенной в полукилометре. Причем там даже есть горячая вода. После завтрака вновь усаживаюсь за дневник. В 10.30 выезжаем из Бреслау на переполненном пассажирском поезде. Нам повезло — удалось раздобыть сидячие места.

С полудня и до 17 часов режемся в скат, я вполне недурно освоил эту игру.

Погода отвратительная. Около 19 часов прибываем в Краков. Поев супа в столовой Красного Креста, размещаемся на ночлег в солдатской гостинице. Около 21 часа ложусь спать.

22 апреля 1944 г

Неделю в пути, а доехали всего-то до Кракова.

Когда же мы доберемся до своих? Русские сейчас доставляют немало головной боли нашим штабистам — за март прорван весь южный фронт!

Около 7 подъем. Умывальники находятся во дворе. Я быстро одеваюсь, умываюсь. Завтракаем в саду гостиницы. Около 9.30 предстоит ехать дальше.

Немногие отведенные для вермахта вагоны забиты битком.

Устраиваю себе место для сидения в проходе вагона. Два часа спустя занимаю настоящее место для сидения.

До самого Пшемысла, то есть до 15 часов, сражаемся в скат.

Сходим на Северном вокзале и тут же направляемся на Западный, до него минут 20 ходу. Багаж отвозят на тележке носильщики — польские мальчишки, чумазые, оборванные, прямо-таки дерутся за право перевезти багаж прибывающих военных.

На Западном вокзале отправляемся ночевать в то самое заведение, которое я помню еще с поездки в отпуск из России после первого ранения в октябре 1942 года.

В «Блоке 8» получаем места в грязном помещении на 50 двухэтажных коек. Здесь, как и во всех подобных местах, противно. Мне казалось, что за прошедшие без малого два года здесь все же наведут мало-мальский порядок.

Мы умылись с дороги, и тут как раз подошло время ужина.

В расположенной неподалеку, метрах в 150, солдатской гостинице по карточкам за 1 рейхсмарку можно получить ужин, кружку пива и шнапс. Правда, вот только нужно постоять в очереди человек на 150. Но мы выдерживаем.

Еда первосортная: картофель с подливой и тушеными овощами, пудинг, пиво и шнапс.

После ужина до 22 часов играем в скат, после ложимся спать.

Подкладываю под себя на соломенный тюфяк кусок брезента, накрываюсь одеялом и шинелью. Не удивлюсь, если выйду из этого заведения завшивленным.

Когда нам ехать дальше в Галац, в Румынию, неизвестно. Хочется надеяться, что надолго мы здесь не задержимся.

42
{"b":"238980","o":1}