ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Одновременно три группы кораблей с войсками были направлены для захвата Тронхейма, Бергена и Кристиансанда. Устаревший линкор «Шлезвиг-Голыптейн» и малые корабли обеспечивали захват столицы Дании – Копенгагена.

Любопытно заметить, что тогда же готовились к высадке десанта в Норвегии и англичане. Опасения дипломатического порядка и некоторые неувязки вынудили английское командование отложить операцию на двое суток. Этого времени оказалось достаточно, чтобы немцы упредили англичан. Трудно сказать, как сложилась бы обстановка в случае одновременного выхода английских и немецких соединений. Но немцам определенно повезло. Легкая, основанная на риске и, прямо скажем, нахальстве, победа гитлеровцев в Норвегии и Дании круто изменила стратегическую обстановку в пользу Германии, значительно ускорила вторжение немецких армий в Бельгию, Голландию и во Францию. Внезапность, от которой зависел успех всей операции, удалась. Английская разведка не обеспечила свое командование нужными данными о замыслах противника. Случайные встречи немецких кораблей с английскими эсминцами 8 апреля и линкором «Ринаун» на следующий день не привели к решительным столкновениям. Ни англичане, ни норвежцы в эти дни не были готовы перехватить десантные силы немцев или организовать отпор во время высадки.

Отдельные случаи самоотверженности английских моряков, подобно отчаянной атаке эсминца «Глоууорм», закончившейся тем, что английский корабль ценой своей гибели таранил немецкий крейсер «Хиппер», не могли помешать развертыванию операции. Не изменило ход событий и потопление немецкого крейсера «Блюхер», когда он узкостыо прорывался к Осло.

Тем более мало шансов на успех имели запоздалые и недостаточно решительные действия англичан в Нарвике, в районе Тронхейма и в других пунктах норвежского побережья, после того как им удалось там высадиться. Немцы, быстро перебросив туда авиацию и подкрепления сухопутным силам, перешли в решительные контратаки. Их успеху способствовало предательство норвежского правительства и засилье в стране фашистской «пятой колонны». Начавшееся наступление германских войск против Бельгии, Голландии и Франции окончательно парализовало волю англичан к борьбе за Норвегию. Единственным их помыслом теперь было скорее выбраться с норвежских берегов.

Немецкий флот, ободренный успехами и малыми потерями (Редер ожидал потери половины своего надводного флота), начал противодействовать эвакуации англичан. И небезуспешно: посланные в район Нарвика линкоры «Шарнхорст» и «Гнейзенау» потопили английский авианосец «Глориес» и два эсминца, пытавшихся спасти эскортируемый ими корабль.

Так закончилась норвежская операция немцев. Мы всесторонне анализировали ее. Авантюрная по своему духу и замыслу, она все же увенчалась успехом. Вот что значит внезапность. Вывод мы сделали один: нужно быть готовыми к любым неожиданностям.

При изучении действий воюющих сторон бросалось в глаза, что для англичан расчет сил всегда был основным критерием для принятия решения на операцию. Немцы же нередко планировали и проводили операции, основываясь на крайнем риске. Правда, когда англичанам пришлось срочно эвакуировать войска из Дюнкерка, они не посчитались с канонами, а быстро, без особых расчетов, мобилизовали все, что могли, – от боевых кораблей до спортивных яхт. Всего было привлечено 861 судно, на которых эвакуировалось 338 226 человек. Около полумиллиона английских и французских офицеров, солдат и гражданских лиц было эвакуировано из других французских портов, когда во Франции сложилось безнадежное положение.

Быстрое завоевание Бельгии, Голландии и Франции разожгло аппетиты Гитлера. Он всерьез уверовал в свою непогрешимость.

16 июля 1940 года Гитлер подписал директиву на операцию по вторжению на Британские острова, получившую название «Морской лев». Директива готовилась в армейских кругах, опьяненных победами и недостаточно ясно представлявших военно-морские проблемы. Авторы ее рассматривали переброску армии через Ла-Манш подобно форсированию широкой реки, и не больше. Поэтому вопросы обеспечения операции не были продуманы серьезно. Директивой намечалось произвести высадку на английском побережье в полосе протяженностью свыше двухсот миль – от Мамсгейта до острова Уайт. Адмирал Редер узнал об этом уже после утверждения директивы.

Он стал решительно возражать, доказывая, что немецкий флот не располагает таким количеством десантных средств и кораблей, которые могли бы обеспечить высадку войск на таком широком фронте. По мнению Редера, самым подходящим местом для десанта являлся район между Дувром и Бичи-Хедом. В этом случае он считал, что флот сможет обеспечить как форсирование пролива, так и снабжение высаженных частей. Произошел резкий диалог между армейским и флотским командованием. Выслушав возражения Редера, начальник генерального штаба сухопутных войск заявил: «С таким же успехом я мог бы пропустить высадившиеся войска через мясорубку». На это начальник военно-морского штаба ответил: «А я хочу высадить войска на берег, а не на морское дно».

В спор пришлось вмешаться Гитлеру, который заявил, что не позволит отклоняться от подписанной им директивы.

Но операция «Морской лев» не состоялась. Поэтому нет нужды и описывать ее подготовку. Месяц-два спустя расчеты подтвердили сложность или почти невозможность броска через пролив без хотя бы временного господства на море и в воздухе в районе высадки. Намеченный сначала срок высадки 28 сентября 1940 года был отложен на неопределенное время. С этого момента операция «Морской лев» приобрела смысл пугала для Англии. Гитлер грозил ею, чтобы склонить британцев к миру. Фашистские правители все внимание направили на осуществление своей заветной цели – «дранг нах Остен» – походу на Восток.

Помню, зимой 1942 года, когда я был на Северном флоте, мы с А.Г. Головко проходили по пирсу, где ошвартовались три английских эсминца, только что прибывшие в Полярный после эскортирования очередного конвоя. Указав на корабли союзников, Арсений Григорьевич сказал:

– А немцы высадились бы, пожалуй, на Британских островах, если бы у них хватило решительности.

– Едва ли, – ответил я. – Для такой операции одной дерзости мало.

На этот раз здравый смысл взял верх даже у такого авантюриста, как Гитлер. Немцы могли бы, может быть, попытаться высадиться на плечах англичан в июне 1940 года, когда те бежали из Дюнкерка. Но тогда гитлеровцы не были готовы к этому, а потом было уже поздно: их руки были связаны войной с Советским Союзом. Можно смело сказать, что стойкость наших войск спасла Британские острова от фашистского вторжения.

Но вернемся к сороковому году. После захвата гитлеровцами военно-морских баз в Норвегии, Голландии, Бельгии и Франции война на море вступает в новую, более активную фазу. Немецкий флот получит выход в Атлантику и расширил операции на английских коммуникациях. Адмирал Редер оставался приверженцам надводных кораблей. Осенью 1940 года он выводит на океанские просторы «карманный» линкор «Шеер» и тяжелый крейсер «Хиниер». «Шеер», потопив 16 судов, благополучно возвращается в базу, а «Хипперу» снова не везет. Около Азорских островов его настигли английские крейсера, и после короткого боя он вернулся ни с чем.

С весны 1941 года действия германских рейдеров на океанских коммуникациях еще больше усилились. Немецкое верховное командование хотело этим не только парализовать английское судоходство, во в отвлечь внимание от подготовки нападения на СССР, создать видимость, что своим главным врагом Германия по-прежнему считает Англию. Редер направляет в Атлантику линейные корабли «Шарнхорст», «Гнейзенау» и тяжелый, крейсер «Хиппер».

Англичане встревожились. Их беспокойство еще более возросло, когда они узнали, что на Берген» вышли линейный корабль «Бисмарк» и тяжелый крейсер «Принц Ойген». «Бисмарк» тогда являлся самым мощным кораблем в мире. Вооруженный восьмью 380-миллиметровыми орудиями главного калибра, защищенный сильной броней и хорошими средствами противовоздушной обороны, он наводил страх в океане.

70
{"b":"239","o":1}