ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Апостол Павел понимает этот фрагмент именно так: «Ибо он думал, что Бог силен и из мертвых воскресить».

Еще одно популярное заблуждение — что Господь позволяет Аврааму оставить Исаака в живых в качестве награды за его верность. Вовсе нет. Бог не отменяет жертвы в виде добавочной награды — Он засчитывает ее. Исаак принесен в жертву Богу, он принадлежит Богу, и все потомство его. В этом и есть глубокий сакральный смысл этой истории.

Ольга Брилева

Но почему Бог выбирает для Своих заданий таких жестоких людей, как Моисей или Навин? Разве у Него не нашлось кого-то получше?

Значит, не нашлось. Не в смысле «людей получше», а в смысле — «у Бога». Язычнику (и в особенности праведному язычнику!) в целом свойственно руководствоваться, во-первых, своей волей, а во-вторых, своими понятиями о том, что такое добро и зло. Это звучит, как парадокс а-ля Бернард Шоу, но чем праведнее язычник и чем выше он поднимается над своими пороками, тем труднее ему одолеть свои добродетели. Александр Македонский был не только гениальным полководцем, но и очень хорошим человеком, его благородство, великодушие и доброта сделали бы честь, наверное, любому из нас. Чем это кончилось? Он потребовал поклоняться себе как богу. Его добродетели были настолько очевидны ему самому, что он потребовал от других почитать их в себе, он совершенно серьезно уверовал в то, что он сверхчеловек, потому что окружающие его люди этими добродетелями не обладали в той же мере. В этом беда любой языческой праведности: чем больше добродетели человека, тем больше его гордыня. Поэтому, если бы Бог обратился не к Моисею, а к тому, кого мы назвали бы «хорошим человеком», Он, скорее всего, услышал бы: «Я должен рассорить евреев с египтянами и повести их в пустыню только ради того, чтобы они в Тебя уверовали? Тысячи жертв — лишь ради этого? Извини, не могу, да и кто Ты такой, чтобы мне приказывать?»

И получается, что такой хороший человек часто неспособен действовать тогда, когда требуется решительность и непреклонность. Будучи предоставлены себе, добродетели «сходят с ума» и норовят занять не свое место. Доброта понуждает нас уничтожать младенца во чреве («право женщины на свое тело»), милосердие ратует за умерщвление стариков («право каждого уйти достойно»), а справедливость — за то, чтобы налоги с бедных шли в пользу богатых (а кто против — тот на самом деле Шариков, «взять и поделить!»). И любой, кто попытается здесь что-либо переменить, увидит в первую очередь, что страдают те самые его ближние, ради которых он затеялся с переменами. Он услышит, как услышал Моисей: «Да видит и судит вам Господь за то, что вы сделали нас ненавистными в глазах фараона и рабов его, и дали им меч в руки, чтобы убить нас» (Исх. 5:21). И вот здесь очень важно не поддаться желанию «все уладить», оказаться сильнее своих добродетелей. Потому что, если поддашься, дело кончится ничем, и все станет хуже, чем было. И посему добродетели должны быть подчинены Господу, а подчиняет их вера.

Ольга Брилева

Ветхозаветные законы регламентируют всякую ерунду вроде кисточек на одеяле или режима питания. Какой в этом смысл?

Смысл в том, что уклад жизни, обычаи являлись в древности, как и языки, основным признаком различия народов. Сейчас мы можем поехать в Польшу, Англию, Швецию, США — и увидеть, что люди одеваются каждый день, в общем, одинаково и едят одно и то же. В древности было не то — уклад жизни народов разнился.

Бог дал евреям не только нравственные заповеди (Декалог и та часть заповедей Торы, где регламентируются личные и общественные отношения), но и заповеди чисто ритуального характера, чтобы создать особый уклад жизни и отделить евреев от соседних народов, укрепить их в том, что они — особенный, избранный, «святой» народ. В целом, запреты на смешанные ткани или употребление в пищу мяса и молока разом имеют не больше смысла, чем обычай есть палочками на Дальнем Востоке и руками — на Ближнем. Но эти обычаи введены искусственно и возведены в ранг сакральных именно для того, чтобы евреи в любых обстоятельствах оставались евреями.

Ольга Брилева

Почему Бог избрал именно евреев и вел их таким страшным путем — велел им истребить хананеев, карал за отступничество, и все затем, чтобы они верили в Него одного… Что же Он за мономан такой?

Прежде чем должен был прийти Иисус, Ему нужно было приготовить место, куда прийти. Должен был появиться народ, верующий в того Бога, каков Он есть, народ, готовый к Откровению, воспитанный Откровением. Иисус не мог прийти ни к римлянам, ни к хананеям, ни к индусам, потому что тогда диалог с Ним выглядел бы так: «Я сын Бога Живого». — «Заходи, двадцать пятым будешь». — «Нет, люди, вы не поняли: вы тут все мертвы, и Я должен умереть и воскреснуть, чтобы верующий в Меня воскрес вместе со Мной». — «Поняли, поняли, ты должен умереть и воскреснуть, эта аватара должна присмотреть за плодородием, а вон та — за порядком, у каждого своя работа, располагайся, будь как дома». — «Вы не поняли, друзья: все другие аватары — полная чушь, только во Мне спасение, в Моей плоти и Крови…» — «Ага, понял, понял… Ну что ж, друг, ложись на алтарь… Тебя как подавать — с кровью или прожаренным?» В таком примерно духе. Вне Израиля Иисусу делать было совершенно нечего.

Вопрос стоял вовсе не так: какой народ облагодетельствовать? — покойников облагодетельствовать невозможно; вопрос стоял так: через какой народ воскресить всех?

Вот и получается, что если бы евреи не вырезали хананеев до единого, то Иисус не мог бы воскресить этих хананеев в последний день — не было бы Иисуса, поскольку не было бы страны, куда Ему имеет смысл приходить.

И прежде чем говорить о том, что всемогущее существо могло бы найти другой способ, нужно вспомнить (и вообще это постоянно держать в голове), какой способ оно все-таки нашло: Крест. Я не думаю, что Ему так уж хотелось умирать самой мучительной и позорной смертью. Если бы другой способ был, Он бы нашел его. И если бы был другой способ создать Израиль, Он не приказывал бы брать Ханаан.

Вспомним историю Лота Праведного, которого ангелы выводят из Содома.

И вышел Лот, и говорил с зятьями своими, которые брали за себя дочерей его, и сказал: встаньте, выйдите из сего места; ибо Господь истребит сей город. Но зятьям его показалось, что он шутит. Когда взошла заря, Ангелы начали торопить Лота, говоря: встань, возьми жену твою и двух дочерей твоих, которые у тебя, чтобы не погибнуть тебе за беззакония города. И как он медлил, то мужи те (Ангелы), по милости к нему Господней, взяли за руку его и жену его, и двух дочерей его, и вывели его, и поставили его вне города (Быт. 19:14–16).

Лота приходится спасать, чуть ли не за шкирку вытаскивая из обреченного города. Он еще колеблется, он еще медлит. Он ставит Ангелам условия. Так это же самый большой праведник Содома — зятья вообще подумали, что он шутки шутит. Люди не готовы принимать Бога всерьез, пока им на голову не посыплются огненные камни.

Израиль был подобен Лоту: из Содома смерти и греха Господь выволакивал его за руку, всеми силами преодолевая его пассивное и активное сопротивление. И было мало просто отдать ему Ханаан, землю предков, — потому что образовавшийся там иудео-хананейский народ тут же начал делать то, за что поколение назад хананеев резал. И тянулась эта волынка вплоть до времен римского завоевания.

Ольга Брилева

Причиной исхода из Египта, которая была названа Моисеем фараону по приказанию Бога, было совершение служения, что занимало всего три дня (см., например, Исх. 3:18) Но евреи, несмотря на свои обещания, ушли навсегда опять же по приказанию Бога. Несмотря на это в Библии христианский Бог называется всеправедным и всечестным (см., например, Втор. 32:4). Как же решить подобную несостыковку?
22
{"b":"239008","o":1}