ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Некоторые люди ни разу не замечали шипы на розе, поскольку смотрят на саму розу. Смотря на розу, чувствуя ее красоту, радуясь в этот миг, они начинают чувствовать, что даже шипы не так страшны. «Они не могут нести зло, так как растут на том же кусте, что и цветки роз», - говорят они. Они сосредоточивают мысли на розе, и на шипы тоже смотрят иначе, ведь они полагают, что шипы призваны защищать цветы. Шипы уже не уродливы, теперь их присутствие вполне уместно. Шипы больше не противостоят розе, и у людей возникает положительное отношение к шипам.

В ваших силах добиться всего, что вы хотите от жизни. Просветленное сознание облагораживает даже смерть. А непросветленное сознание уродует даже жизнь. Для просветленного сознания существует только красота, исключительно красота. Для такого сознания есть только блаженство, и больше ничего.

Итак, вопрос не в том, как превратить уродство в красоту, боль в удовольствие, а несчастье в счастье. Нет. Вопрос в том, как превратить бессознательность в сознательность, как просветить свой взгляд на вещи, как изменить свой внутренний мир, как достичь истинных жизнеутверждающих ценностей и отбросить все, что противно жизни.

Я так называемый психолог. Обычно я получаю удовольствие от своей работы. Недавно я начал воздавать должное свидетельствованию. И вот теперь я гадаю, не утратил ли я квалификацию для занятия своим ремеслом. Карл Роджерс пользовался фразой «безусловное положительное отношение», обозначая ею суть психотерапии. Сострадание для меня новое, незнакомое понятие. С вашей стороны будет очень любезно ответить мне.

Все психологи именно так называемые. Дело в том, что настоящей психологии еще нет, ведь человек до сих пор не познан. Психологи бродят ощупью во тьме. Психология еще не стала наукой, потому что находится на самой первой стадии развития.

Поэтому каждый психолог именно так называемый, поскольку психология еще не оформилась в полноценную отрасль науки. Настоящей психологии еще только предстоит родиться. Но так называемая психология подготавливает почву для своего расцвета, поэтому и в ее нынешней стадии развития есть определенная ценность. Когда я к слову «психология» добавляю фразу «так называемая», я ничего и никого не осуждаю.

Точно так же когда-то алхимия предшествовала химии, а астрология - астрономии. Так называемая психология представляет собой необходимое условие, она предшествует настоящей психологии, которой еще только предстоит родиться. Алхимиков в наше время уже никто не помнит, о них забыли, вы даже не сможете назвать их имена - вот точно так же со временем забудут Фрейда, Юнга и Адлера, ведь это алхимики внутреннего мира.

Придет время, когда вы удивитесь тому, что ныне известные имена уйдут в тень, и более значимыми признают другие имена, известные сейчас лишь узкому кругу людей. Например, в двадцать первом веке Гурджиев станет важнее Фрейда, поскольку последний попытался дать ключи к новой объективной психологии. Успенский станет важнее Юнга. И еще несколько неизвестных имен услышат все люди на земле.

Но Фрейд, Юнг и Адлер принесли людям большую пользу. Они подготовили почву для развития психологии. Без алхимии не было бы химии. Нынешняя психология представляет собой необходимое условие, но она все равно так называемая. Мы называем это явление психологией, так как у нас больше ничего нет, но от своего названия она еще не становится полновесной наукой. Благодаря этому предмету врачи наблюдают за людьми с самой низкой ступени лестницы.

Вообразите, что вы стоите у пруда. Вы видите лотос, который пробивается из грязи. Современные психологи превращают лотос в грязь. Они утверждают, что лотос это не что иное, как сгусток мути. В каком-то смысле все так и есть, но вместе с тем это понимание далеко от истины. Такая установка верна в том смысле, что лотос нуждается в болотистой почве, то есть он возникает из грязи. Но сводить лотос на уровень грязи некорректно.

Если вы спросите Будду или Патанджали, зачинателей настоящей психологии, которая и поныне еще не набрала силу и не утвердилась в человеческом сознании, продолжая искать себе пристанище, они ответят вам, что предпочли бы вознести ценность грязи на уровень ценности лотоса, вместо того чтобы превращать лотос в грязь. Зачем утверждать, что лотос происходит из грязи? Почему бы ни сказать, что грязь содержит в себе лотос, что грязь представляет собой обитель лотоса, его храм? Почему бы вам ни поднять цену грязи? Мне кажется, что такое развитие ситуации было бы более осмысленным и совершенным.

То, что ниже, никогда не должно объяснять то, что выше. Низшее не способно объяснить высшее, но вот высшее как раз может объяснить низшее.

Подумайте... Дарвин говорит, что человек происходит от обезьяны, значит человек не что иное, как обезьяна. Фрейд говорит, что искусство берет начало из сексуальности, значит искусство не что иное, как сексуальность. Медитация, религия, Бог - все это не что иное, как заведомое ожидание неудачи, подавленность и психологические комплексы. Тогда религия принимает вид массового невроза.

Дарвин и Фрейд превращают высшее в низшее. Но в таком случае не нужно останавливаться на пол пути. От кого произошли обезьяны? Проследите их путь развития, исследуйте их прошлое... в конечном счете вы придете к материи. Так все превращается в материю. Тогда даже Дарвин превращается в материю. Вы сводите религию на уровень подавленной сексуальности, а как вы тогда отнесетесь к самому Фрейду? Что представляет собой на этом фоне психология? Опустите и психологию.

Послушайте анекдот. Адлер разговаривал с друзьями и несколькими посетителями. К нему пришла группа американцев, и он говорил о своей любимой теории комплекса неполноценности. Адлер сказал: «Если человеку чего-то недостает, он пытается компенсировать этот недостаток. Например, Ленин был маленького роста, у него были короткие ноги при длинном туловище. Когда он сидел на стуле, его ноги не касались пола. По этой причине Ленин достиг такой политической высоты, ведь он хотел доказать, что он могущественный человек, а не сморчок». Адлер говорил все в таком духе и привел множество примеров, подтверждающих тезис о том, что люди, которым чего-то недостает, всегда рвутся к власти.

Тогда какой-то посетитель встал и спросил: «А как же психологи? Может быть они тоже затаили в себе какой-нибудь комплекс, поэтому и выбрали такую профессию? Может быть, они интеллектуально уступают другим людям, поэтому пытаются компенсировать недостаток сплетением теорий и разглагольствованиями об уме?» Я не знаю, что ответил на этот вопрос Адлер, но по-моему на этот вопрос вообще нельзя ответить. Если религия, искусство и наука это подавленная сексуальность, тогда что такое психология? Кем тогда окажутся Фрейд, Юнг, Адлер? Так вы все время откатываетесь назад, и в конечном счете от вас ничего не остается кроме материи.

Но все на свете появляется из материи! Я имею в виду, что все состоит из материи. В таком случае материя не столь банальна, в ней скрыт божий дух... потому что среди нас родился Будда, среди нас цветут лотосы.

На Востоке относятся к психологии совсем иначе. Здесь считают, что низшее не должно объяснять высшее. На Востоке говорят, что секс это не что иное, как низшая ступень сверхсознания. Точка зрения смещается, и вы получаете возможность развиваться.

Современная психология не оставляет возможности для роста. Она все превращает в грязь. Так ничто не может расти. На самом деле, расти нет смысла, поскольку всякий результат выдаст в вас подавленную сексуальность. Если вы послушаете современных психологов, то узнаете от них такое определение нормального человека, которое обесценивает жизнь.

Эйнштейн ненормален, потому что нормальный человек никогда не интересуется математикой. Зачем ему это? Микеланджело ненормален, по-видимому у него было душевное расстройство, иначе откуда бы взяться такому богатому воображению? Ван Гог тоже ненормален. Будда, Иисус, Кришна - все они невротики. Это ненормальные люди, психи. И всех этих людей осуждают. Кто в таком случае нормален?

36
{"b":"239038","o":1}