ЛитМир - Электронная Библиотека

«Стертый» шептал это, близко наклонившись ко мне. Так, что я хорошо разглядел его небритое лицо с недельной щетиной, уловил запах несвежего дыхания, и некую сумасшедшинку во взгляде. Не то чтобы я пожалел о своем обещании ему помочь, но был несколько разочарован. Мне показалось, что это обычный сумасшедший маньяк. Хотя бывают ли сумасшедшие маньяки обычными вопрос интересный.

— Я ничего не требую от вас. Просто возьмите, посмотрите. И если найдете нужным, покажите другим!

— Стоп! Вы, что знаете, где я работаю?

Дошло, наконец, до меня. Работал я на телевидении, инженером монтажа.

— Да.

Подтвердил незнакомец, закивав головой.

— Я наблюдал за всеми кто выходит с телецентра. Ваше лицо мне понравилось, — признался он. — Оно, извините меня, показалось мне неиспорченным, немного наивным.

Да, уж. Меня обзывают дураком, и признаются в том, что из-за этого только обратились Я невесело усмехнулся.

— Только поймите меня правильно и не обижайтесь. Но вы ещё не полностью кодированы.

— Что значит кодированный?

— Ну, это полностью поддерживающий власть. Вы посмотрите и сами всё поймете. Незнакомец заторопился. В зеркале заднего вида я увидел вдали огоньки полицейской машины.

— Мне пора, я пойду. Посмотрите обязательно! И вот ещё, что, — молвил он, вылезая из машины. — Если у вас это случайно найдут. Вас убьют! Если не сможете показать по телевидению. Выкиньте! Избавьтесь от флешки.

— Да брось те вы! — сказал я, заводя машину, — Во всем мире смертная казнь отменена.

Но незнакомец уже пропал. Только флешка осталась на сидении. Автомобиль мягко тронулся с места и в свете фар я заметил, как он скользнул вдоль стенки дома в ближайший двор. Полицейская машина, очень быстро обогнав меня, свернула следом за незнакомцем во двор. Не знаю почему, но мне стало жутко интересно узнать, чем дело кончится. Поэтому я прижался к обочине и остановил автомобиль. Вины я за собой никакой не чувствовал, но на всякий случай вышел из машины и, достав насос, сделал вид, что качаю колесо.

Во дворе раздались крики. Внезапно перепуганной птицей незнакомец выскочил назад. Полы расстегнутого пиджака развивались как крылья. С совершенно безумными глазами он выскочил на проезжую часть, под свет фонарей.

— Пук! Пук! Пук! — Раздались приглушенные хлопки и «стертый» рухнул. Поскользнулся на сухом асфальте и рухнул плашмя, лицом, со всего маха уткнувшись в землю.

От неожиданности я, забыв об осторожности, встал во весь рост у машины. Двое полицейских о чем-то тихо переговариваясь, вышли из тени двора. Следом выехала машина.

— Что случилось гражданин? — Спросил один из полицейских, мельком кинув взгляд на свой браслет на руке, где высветился мой инкод. Высветился зеленым.

— Да вот колесо спустило, — оправдался я. К лицу прилила кровь. — А у вас что случилось? Кто это? Чем это вы стреляли?

Указал я взглядом на «стертого».

— Снотворным, а это беглый сумасшедший, — недовольно отозвался полицейский, — сейчас загрузим и вернем в больницу. Развелось их последнее время. А у вас как, с колесом серьезно? У нас компрессор есть можем помочь подкачать?

Полицейский подошел ко мне ближе и всем телом загораживал происходящую картину. Меж тем, машина подъехала к телу и стала параллельно с ним, скрыв его от меня полностью.

— Спасибо офицер, за предложение, я уже закончил.

— Ну, ну, — усмехнулся он, приглядываясь к моему колесу, — Счастливого пути. Поезжайте. Время позднее, сами видите, психов развелось.

Мне ничего не оставалось, как сесть в машину и уехать. Полицейский стоял столбом и долгим взглядом провожал мою машину. Я видел это через зеркало заднего вида. И лишь когда я отъехал достаточно далеко, он отошел к своим.

Мне было жарко. Кровь по-прежнему приливала к лицу. А в жилке у виска билась мысль: «Не бывает такого снотворного, чтобы человек так сразу наповал. Не бывает!»

* * *

Пальцы механически выполняли мою работу. Они работали без меня, создавали образ «бессмертного» ведущего Севу Глумова. Голова тяжелая после бессонной ночи гудела как трансформатор, переваривая информацию. Не могу сказать, что всё мной увиденное и услышанное я воспринимал на веру. Все факты нужно было проверить и перепроверить. Но главное, информации я поверил. Глобальное вранье и околпачивание человечества, как я мог этому не поверить, если сам был частью системы. Сам создавал это вранье.

Дело в том, что популярный ведущий телепередачи «Выходной день» Сева Глумов никогда не существовал в природе. Он целиком и полностью был виртуален. Его создали психологи, аналитики и программисты. Приятное открытое лицо, в меру умное, чтоб не злить народ, в меру красивое, с приятным рассчитанным психологами тембром голоса вело передачу с такими же средними людьми. Средних людей создавали отдельно, по общепринятым типажам так, что каждому кто смотрел передачу, кто-то из героев обязательно казался близким и знакомым. Они были похожи на ваших коллег по работе, на ваших соседей по лестничной площадке, на ваших родных и на тех, кого вы не знаете, но с кем каждый день сталкиваетесь на улице, в магазине, на прогулке.

Так, что здесь по сценарию? Сева должен удивиться. как там наш Сева удивляется? Слегка поднимаем правую бровь, губы сводим. Далее, крупный план. Дались им эти крупные планы! — Чертыхнулся я про себя. При нынешнем качестве транслируемой картинки нужно, чтоб каждую морщинку нужно было видеть, поры на носу и капельку пота на лбу. А вот морщинки нужно наложить и не облажаться. Прошлый раз редактор заметил морщинку длиннее, чем в предыдущей передаче и прощай 100 кредитов. Господи! какой же чушью я занимаюсь. А рейтинги падают и заработок соответственно тоже. Это ж как нужно нынче расшевелить зрителя и главное чем? Чтобы он захотел нажать на пульте кнопочку «рейтинг» и символичная цифра 1 кредит перекачивала с его счета на счет передачи.

А на улице кризис. И каждый кредит у людей на счету. Накрылись нефтяные скважины. Ресурсы на исходе. Цена на топливо соответственно выросла, возросли транспортные расходы и далее как там у незнакомца?

— Срочная информация!

Донеслись голоса из коридора.

— Шеф! Опять самолет упал! Зиночка на линии! Давать в прямой эфир?

Я вздрогнул, и морщина на лице Севы скрылась за ухом, отчего стала походить на сабельный шрам. Господи! Незнакомец так и сказал самолеты падают из-за.

— Обойдется в прямой эфир её, — проворчал шеф, — они падают каждую неделю.

— Этим рейсом летел Абрамовский!

— Иди ты? — Удивился босс. — Тогда давай! Переключи Зину на меня, а там посмотрим.

Он так и сказал: «Самолеты падают потому, что в них летят люди. И среди этих людей есть те, кто обладает значительным состоянием. Вздор скажете вы? Богатые люди поездом не ездят, и будете правы. Но суть в том, что у этих людей есть крупные счета в банке, о которых кроме банкиров никто не знает. Зачастую не знают и банкиры. Счета могут быть анонимными, оформленными только на инкод пользователя. А что потом происходит с анонимными счетами? Правильно! Они переходят в пользу банка».

Помню, я ночью ещё удивился, просматривая графики падения, статистику по пассажирам. Откуда «стертый» мог обладать такой информацией? Видимо он был крупным аналитиком в солидной фирме. Но всё же? Без хакерства тут не обошлось.

Запись наших инкодов хранится только в госбезопасности. Именно на их серверы поступают запросы с браслетов полицейских при опознании людей. Но сами полицейские доступа не имеют. Только через браслет. Но через браслет невозможно влезть в сервер и взломать его! Невозможно. Я в этом кое-что понимаю. Что же это получается?

— Причиной аварии предположительно, — донеслось с соседнего кабинета. Прямая трансляция все-таки началась, догадался я, — явился теракт. По сообщению службы безопасности, в самолете находился гражданин республики Е-н, который входил в группу борцов за независимость.

Я хлопнул себя по коленкам. Вот оно! Спецслужба знала, что в самолет садится террорист и в самолет его пропустили? как это возможно с нашей-то системой инкодов? И тут незнакомец прав. «Ищи кому выгодно». Деньги переходят в банки. Банки у нас национализированы государством в начале века для преодоления кризиса. Госбезопасность — правая рука президента, левая — банки. Деньги и власть.

6
{"b":"239043","o":1}