ЛитМир - Электронная Библиотека

…Угораздило же так глупо встрять. Три месяца потихоньку сбывал бирюльки по одной, а тут черт дернул сразу пять штук скинуть. Ведь как чувствовал, что покупатель темнит что-то. Как знал. Вот и встрял. И за что?! За две сотни кусков! А ведь канал бармена давно налажен и работает без перебоев. Отбил бы те же двести штук спокойно, под нормальной крышей. По времени вышло бы, конечно, намного дольше, но зато без проблем. Пусть платит Скряба сравнительно немного, но одно то, что он договорился с военными об относительно спокойном проходе через Периметр, – уже огромный плюс в деловых отношениях. Да к тому же и выход тоже не представляет особых трудностей. Главное – знать, когда подкупленные вояки отключат ток и снимут с маршрута патруль. А об этом бармен всегда заранее сообщает полезным для себя людям. Например, таким, как он – Сапсан. Ну а теперь все потеряно. Все. Попытка сбыть хабар в обход Скрябиных рук обернулась самой плачевной ситуацией, в которую только может вляпаться сталкер, находящийся вне Периметра, – арестом за контрабанду аномальных элементов из Зоны Посещения. Или, если короче, за нелегальный сбыт артефактов. А наказываются такие проделки строго. Мало того что за решетку попадешь лет эдак на пять, так еще и после освобождения на всю жизнь запретят подходить к Зоне ближе чем на сотню километров. Невесело. Совсем невесело. Эх ты, сталкер, сталкер! Почти два года жизни отдать Зоне, чтобы потом так нелепо съехать под откос…

С этими невеселыми раздумьями сталкер Сапсан не заметил, как провалился в глубокий сон.

Разбудили его весьма бесцеремонно – Питон настойчиво и весьма чувствительно толкал Сапсана кулаком под ребра, негромко повторяя:

– Э-э! Слышь, вставай! Вставай, епа, дело есть!

Сапсан приподнялся на локте и, недовольно щурясь от света тусклой лампочки дежурного освещения, повернул к Питону заспанное лицо.

– Чего тебе?

– Вставай, говорю. Колода тебя разбудить велел. Дело есть срочное, сползай вниз.

– До утра дело не дотерпит, что ли?

Сталкер взглянул в узкое окно, которое находилось аккурат на уровне его лежанки. За окном стояла темнота.

– Ночь на дворе. Сколько времени-то?

– Половина четвертого. Скорей давай.

– Да иду уже. Поспать не дадут человеку…

Но сон уже слетел окончательно. Свесив ноги, Сапсан упруго и бесшумно спрыгнул на пол.

Колода сидел на своей койке со скрещенными в позе лотоса ногами, словно старый факир из восточных сказок. Зэк исподлобья глядел в лицо сталкера, и только сейчас Сапсан обратил внимание на холодный блеск выцветших глаз. Выдержать такой взгляд было нелегко – сталкер почувствовал себя кроликом напротив удава.

– Слушай меня внимательно, парень, – сказал Колода. – Слушай внимательно и не перебивай. Сейчас мне нужно кое-что узнать, поэтому я задам тебе несколько вопросов, а ты постараешься на них ответить. Настоятельно советую отвечать честно, иначе нам придется с тобой сильно поссориться, а очень бы не хотелось. Согласен?

– Валяй. – Сапсан не удивился. Мало ли какие правила у этих уголовников. Ехать с ними ему еще долго, и ссориться, действительно, не стоит. К тому же скрывать ему почти нечего. Почти.

– За что тебя повязали?

Этот вопрос слегка смутил сталкера. Он не собирался рассказывать о своих делах, поэтому решил ответить, не вдаваясь в подробности.

– За контрабанду. Прямо во время сделки.

– Ширево или цацки? – Прищурился зэк.

– Цацки, – спокойно кивнул Сапсан.

– Ясно. На местности ориентироваться умеешь? Что-то подсказывает мне, что ты не городской закалки.

– Есть такое, приходилось до недавних пор по лесам побегать. А что?

– Ничего. На волю хочешь?

– Ты к чему это?

– Повторяю для особо одаренных. На волю хочешь? – Колода спрашивал спокойно, но настойчиво.

– Хочу. – Сталкер пожал плечами. – А что решает мое желание?

– Оно, парень, решает все. – Колода бросил быстрый взгляд на стоящего за спиной сталкера Питона и скомандовал: – Давай на шухер к решке.

Тот быстро подошел к отсекателю, прислушался и одобрительно кивнул. Кивнув в ответ, Колода снова обратился к Сапсану:

– Значит, слушай, парень. Времени в обрез, волынку тянуть некогда. Мы с Питоном рвем отсюда когти. Твое явление немного попутало карты, но мы перетерли, пока ты спал, и решили, что в стукачи тебя определять не стоит. Уж я насмотрелся на это сучье племя и мыслю так, что к красноперым ты никоим боком не относишься. Спрашиваю прямо, отвечай быстро – с нами пойдешь?

У Сапсана перехватило дыхание. Вот он! Шанс. Его Величество Случай! Эх, где наша не пропадала!

– Да! – выдохнул он.

– Заметано. Я был уверен, что ты согласишься. Смотри сюда.

Колода сделал руками движение, будто умывал их под краном, и в его ладонях появился маленький бумажный комочек. Не обращая внимания на удивленный взгляд сталкера, зэк быстро расправил его, и перед Сапсаном лег тетрадный лист с детально прорисованной тонким карандашом картой местности. С первого взгляда было понятно, что карту чертил мастер своего дела.

– Знакомые места? – спросил старый зэк.

– Конечно. – Сапсану хватило нескольких секунд, чтобы найти на бумаге исходную точку своей вынужденной поездки и ткнуть в нее пальцем: – Это сто тринадцатый, где меня взяли.

– Быстро соображаешь, молоток. – Колода провел татуированным пальцем вдоль жирной черной линии. – Вот дорога, по которой мы сейчас тащимся. Полчаса назад мы прошли этот мост, а значит, при нашей скорости, сейчас мы примерно здесь, – он отметил на карте место. – Через десять – пятнадцать минут поезд пойдет в гору и сбавит скорость. В это время нам нужно успеть соскочить. Ну а там как сам пожелаешь. Нам с Питоном на север переть нужно, в сторону Белоруссии. А ты уж по своим дорогам двигай. Что скажешь?

– Погоди. – Сапсан показал в самый верх карты, где неизвестный топограф не удосужился поставить ни одного обозначения. – Ты знаешь, что это?

– Конечно, знаю, – ухмыльнулся Колода. – Это Чернобыльская зона отчуждения. Интересное место, я тебе скажу. Там в восемьдесят шестом году станция атомная взорвалась, радиацией все загадила…

– А про Посещение знаешь? – перебил его Сапсан.

– Которое в начале девяностых было? – Колода небрежно отмахнулся. – Слышал. Что ловушки какие-то появились, вещи чудесатые, солдатня набежала, академики – знаю, знаю. А еще знаю, что через три или четыре года все затихло и расползлось, так что теперь это дело прошлое. Сейчас там уже никого нет, кроме мелкой ученой шушеры. Да и та, наверное, без огонька ерзает. Только тебе чего волноваться? С нами же идти не заставляем.

– Да я… – Сталкер замялся.

Выложить всю правду? Это хорошо, если не поверят. Но если струхнут уголовники? Струхнут запросто. И что тогда? Снова ждать у моря погоды? А вдруг второго такого случая не будет?

– Ну чего замолчал? – Колода пытливо глядел на него.

Сапсан, наконец, обдумал ответ:

– Ну как тебе сказать, – он, будто нехотя, пожал плечами, – примерно шесть лет назад в Чернобыле снова повысился радиационный фон, поэтому длительное нахождение на территории Зоны может привести к нехорошим последствиям.

– Про это я тоже слышал. – Зэк усмехнулся. – Ну и хрен-то с этой радиацией, парень! Мы ж там не жить собрались. За пару-тройку дней до границы доберемся, и всего делов. А там…

– Как уходить-то будем? – спросил Сапсан.

– Ногами, – ответил Колода. – Только обуть их не забудь. А вот рвать будем по плану. У нас с Питоном все рассчитано. Рассчитано, правда, на двоих, но третий игрок будет только на руку. Твоя задача – бить при надобности. Быстро и неожиданно. Справишься?

– Не волнуйся. – Сталкер усмехнулся. – Не впервой.

– Ну не подведи.

Через минуту Питон яростно сотрясал решетку отсекателя и, перемежая ее лязг гулкими ударами по двери, истерично вопил:

– Начальник! Ты кого нам подсунул, э?! Че за прожарки, в натуре?! Он же сдохнет сейчас!

2
{"b":"239047","o":1}