ЛитМир - Электронная Библиотека

Сбив с ног зазевавшегося Питона, «плакуша» по инерции протопала несколько метров и, остановившись, быстро развернулась. Сапсан бросил взгляд на поверженного спортсмена, который, покряхтывая, уже поднялся на ноги. Колоды видно не было. Подняв обрез, сталкер ждал, когда мутант снова пойдет в атаку. Царапнув острым копытом по подвернувшемуся камню, «плакуша» кинулась на Сапсана.

Ближе. Еще немного. Еще! Ну!.. Бабушка, зачем тебе такие большие глаза?

С двух шагов трудно промахнуться даже во мраке. Заряд картечи разворотил огромное слезящееся глазное яблоко тяжеловесного мутанта и, пробив кость, засел в мозгу. Сапсан вовремя увернулся от уже мертвого тела, пробороздившего по траве плоской, словно вдавленной в плечи мордой.

Повисшую на несколько мгновений тишину прервал кашель – это Колода поднимался из небольшой ложбинки, в которую успел залечь перед последней атакой «плакуши». Питон, прихрамывая, подошел к замершему мутанту и присмотрелся.

– Свинья, что ли? – спросил он. – Чуть не затоптала меня, падла жирная! – Он с остервенением пнул мертвую тушу и обернулся к сталкеру: – Ловко ты ее, прямо в глаз. Тут второй такой не появится?

– Не думаю. Так бы они одновременно напали. Но обычно по окраине зверья мало ходит…

Сапсан не договорил.

Питон ударом ноги выбил оружие из его рук и, не дав опомниться, нанес оглушительный хук справа. Сапсан упал и тут же получил сильный удар ногой по ребрам, потом еще и еще. Спортсмен бил молча и умело. Он нанес не меньше пяти ударов, прежде чем раздался окрик Колоды:

– Хватит, Питон, остынь. Ты сейчас его замордуешь, а нам еще поговорить надо. Надо ведь, Игорек?

Подняв обрез и передав его Питону, старый зэк присел на корточки рядом со сталкером. Сапсан приподнялся на локте, вытер кровь, сочащуюся из разбитой губы, и едва заметно кивнул.

– Вот и молодец. Дай-ка ручку, я тебе встать помогу. Мы ж не отморозки какие. А то, что Питон перенервничал, – так кто сейчас не нервничает. Время такое, нервное. Вот давай сюда присядь, у камушка.

Под прицелом обреза в руках Питона сталкер доковылял до камня, который несколькими минутами ранее служил Колоде укрытием. Едва он опустился подле валуна, как со старого зэка слетело все напускное участие.

– Питон, глаз с него не спускай, – распорядился Колода. – Чуть дернется – колено прошиби. Ногу не оторвет, но все равно приятного будет мало. Ну что, просто Игорь. Рассказывай, негодник, что это за такое и куда мы попали?

Сапсан сплюнул накопившуюся кровь и усмехнулся:

– Тебе, старче, с самого начала рассказать? Так это долго будет. Сейчас светать начнет, и, кто его знает, какая зараза сюда еще подрулит. А патрон-то один. И тот на меня потратите.

– Будешь паинькой – не потратим, не бзди. С самого начала не надо, в общих чертах обрисуй. И улыбочку эту сотри, пакостник.

– Дай я ему втащу раза, епа, – подал голос Питон. – Сразу поймет, что к чему.

– Ты от ствола не отвлекайся. Он сам расскажет, если не дурак, а я уверен, что не дурак. – Колода ткнул пальцем в сторону остывающего трупа «плакуши». – Ну трави, Игорек. Для начала скажи, что это за стерва.

Сапсан прикрыл глаза и позволил себе немного расслабиться.

Бить наверняка больше не будут. Стрелять тоже. Пока не будут. Сейчас надо дать этим ухарям понять, что без него им больше километра не пройти. Что, кстати, чистая правда. А там посмотрим.

– Это «плакуша», – медленно сказал он. – Свинья-мутант. Тупая, как пробка. Не хищник, но и не совсем травоядное. Перебивается чем придется, хотя сдуру может и броситься. Ее, кстати, жрать можно, так что, если кто проголодался – валяйте.

– Ты давай с темы не съезжай. Эти крысы облезлые из кустов – тоже мутанты?

– Ага. Тушкари. Но они больше падальщики.

– И много тут этих зверюг? – спросил Колода. – «Плакуш».

– А я откуда знаю? – Сталкер пожал плечами. – Может, выводок у нее неподалеку, а может, просто приблудилась. Или ты популяцию по всей Зоне спрашиваешь? Тогда извини, мне их считать как-то недосуг было.

– Я ему сейчас точно втащу! – Спортсмен замахнулся.

– Не шуми, – снова одернул его Колода и обратился к Сапсану: – Ты еще не понял, что шутки кончились? Еще раз взбрыкнешь – и Питон на тебя последний патрон изведет, хрен с ним. И мы уйдем. И я даже допускаю, что далеко уйти не сможем. Но тебе будет уже все равно. Как думаешь, быстро тебя эти визгуны в зарослях сберляют, а? Так что не кобенься. Я уже понял, что нам без тебя тяжело будет. И ты это тоже понимаешь, потому и ершишься. Поэтому предлагаю сделку – даешь вводную, и идем дальше. Ровно идем, без трепыханий. А об этом, так сказать, инциденте, дружно забудем.

– Какие у меня гарантии, что…

– Никаких, – Колода осклабился, – кроме моего честного-пречестного слова. Ты не на рынке, парень. Рассказываешь – идем. Молчишь – ловишь маслину и отправляешься к своим тушкарям. Я за базар отвечаю.

– Вводную? – Сапсан усмехнулся. – Можно и вводную. Ты еще в поезде говорил, что знаешь про скачок радиации в две тысячи восьмом году. Правильно знаешь. Ровно столько, сколько положено было знать нормальному человеку, для которого мясорубка – это штука, на которой жена котлеты вертит. А о здешних «мясорубках», делающих котлету из самого человека, тебе, как и всем остальным, знать необязательно. Так наверху решили, когда поняли, что в Зону вернулись лихие девяностые. Но не те девяностые, которыми нас политики так любят стращать, а другие. Понимаешь меня?

– Типа снова Посещение? – спросил Колода. – Но ведь в прошлый раз никаких тварей не было.

– Они появились только пару лет назад, – ответил Сапсан. – Тогда все ждали, что следы Посещения снова исчезнут, как в девяносто пятом. А вышло, как видишь, совсем наоборот. Откуда мутанты взялись, я не знаю. Некоторые считают, что инопланетяне прилетали, другие говорят, что здесь вход в параллельный мир открылся, третьи… Короче, придумывают кто во что горазд. Может, это и не мутанты даже, а нормальные животные, только не для нашего понимания. Я фантазер никудышный, поэтому скажу так – Чернобыльская зона превратилась если не в ад, то в его предбанник точно. Долго рассказывать не буду, потому что всего не перебрать, но мякотка в том, что каждый шаг в Зоне Посещения может стать последним. Этих тварей здесь больше, чем ментов на Крещатике в праздничный день. И не только этих, и не только тварей. Я твоего слова не знаю, поэтому извини, все секреты местной фауны раскрывать не собираюсь. Такой вводной пока достаточно будет, остальное по дороге покажу, если вместе пойдем. А если не вместе, то сам все увидишь. Но уже поздно будет. Ну как? Сойдет?

– А ты борзый. Не в меру борзый, – задумчиво произнес Колода. – Питон, что скажешь?

– Че тут говорить? – Питон красноречиво переложил обрез из одной руки в другую. – Скинуть его, в натуре, этим тварям, и всего делов. С «плакушами»-макушами, и кто тут еще водится, как-нибудь разберемся.

– «Как-нибудь» не канает, – сказал старый зэк. – От «как-нибудь» уже столько честных фраеров сгинуло, что с ними и тайги бы не было – вырубили. А что ж ты раньше-то, в вагоне не сказал? – обратился он к Сапсану.

Тот невесело усмехнулся и в свою очередь спросил:

– А вот сказал бы я, куда бежать собираетесь, – и что? Побежали бы?

Колода прищурил выцветшие серые глаза.

– Я бы к черту в пасть побежал, лишь бы на воле сдохнуть.

– Так вот теперь ты поверь мне на слово, – сталкер подался вперед и пристально посмотрел на старого зэка. – К черту в пасть мы и попали. Но я – не в первый раз. Изображать супергероя не хочу и не буду, но так сложилось, что сейчас вывести вас двоих живыми могу только я. А если не вывести, то хотя бы очень сильно постараться. Гарантия, как и у тебя, только одна – мое слово. Сталкера Сапсана.

Повисла гнетущая пауза. Сапсану показалось, что он видит, с какой скоростью в мыслях Колоды прокручиваются варианты, каждый из которых наверняка просчитывается на несколько шагов вперед. Поверит – не поверит? Эту уголовную акулу на понт не возьмешь. Если только она сама не блефует. А она, похоже, так и поступает. Не дурак, дедуля, ой не дурак. Обязательно вспомнит, чьими мозгами Периметр переходили и как к тушкарям на завтрак чуть было не отправился. Вспомнит и…

7
{"b":"239047","o":1}