ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Заговор
Дневник чужих грехов
Содержать меня не надо, или Мужчинам со мной непросто
Жизнь по своим правилам
Пушкин
Приход Теней
Дорогой сводный братец
Любовь по рецепту
Порченая кровь

Фрэнки потянулся за мной, я отскочила, шлепнув его по рукам. Я пошла в ванную одеться, не спуская с него взгляда.

— Напомни-ка, почему мы должны заниматься этим в клубе? — спросила я, надевая трусики, затем через голову проскальзывая в хлопковое джерси-платье.

— Встреча этим утром.

Я собрала свои волосы на затылке и включила кран. Набирая воду в ладошки, я стала умывать лицо.

— Ну, так почему я должна оставаться в клубе, если встреча у тебя?

— Не могу заснуть без тебя, детка.

Схватив зубную щетку Фрэнки, я выдавила на нее пасту и засунула в рот.

— По какому поводу собираетесь? — промямлила я с щеткой за щекой.

— У нескольких клубов образовались проблемы с Анжело Буонаротти. Похоже, что этот мудак нанял на одну и ту же работенку сразу нескольких ребят. Все вышло из под контроля, один из наших погиб. Надо разобраться, что за херня происходит. Возможно, Буонаротти пора присмотреться к месту на кладбище. Посмотрим.

Я сплюнула, промыла щетку и вернула ее обратно на место. Затем схватила косметичку и стала приводить себя в презентабельный вид.

— Собираюсь позавтракать с Ками, пока ты занят.

— У нее?

Я склонилась к зеркалу, легко набивая пальцем консилер под глаза.

— Скорей всего.

— Не переношу этого долбоеба, ее мужа, — проворчал Фрэнки.

Я ухмыльнулась.

— А кому-то он вообще нравится?

Чейз Хендерсон был высоко оплачиваемым адвокатом в известной юридической компании. В двадцать пять он получил партнерство в ней. Мы вместе ходили на подготовительные занятия, но он свалил в Гарвард в итоге, а мы с Ками остались на Манхэттэне, готовясь поступать в Университет Нью-Йорка. Их родители давным-давно согласовали этот брак. В школе над такой помолвкой посмеивались, но для их круга это не было чем-то из ряда вон выходящим. Во многих состоятельных семьях политиков по-прежнему были распространены договорные браки.

Чейз был невероятно хорош собой — в стиле «любимец Америки из рекламы белья Кэлвина Кляйна». Я ни разу не видела, чтобы он появился небритым, каждый его выход был, как с обложки журнала. Из уложенных гелем волос не выбивалась ни одна прядь. И самая главная деталь образа — вечно надменное, раздраженное выражение лица. Аура напряжения и дискомфорта сопровождала его. Размышляя о Чейзе, я представляла дом, который был чрезмерно дорогим, слишком новым, слишком вылизанным, слишком идеальным, чтобы расслабиться и почувствовать себя в нем комфортно.

Ками презирала его.

Она наставляла ему рога с ее персональным тренером с того момента, как закончился их медовый месяц. Он изменял ей с множеством разных женщин, ни с одной из них не встречаясь дольше двух-трех недель.

Театр абсурда какой-то.

— Мне не нравится, как он смотрит на тебя.

Я фыркнула.

— Фрэнки, тебе вообще не нравится, когда кто-то на меня смотрит. Вспомни. Тебе не нравилось, как профессор в колледже посмотрел на меня, когда я подняла руку. Профессора Рейнольдса помнишь? Папочке пришлось сильно раскошелиться за то, что ты избил его. К тому же я для Чейза — байкерское отребье.

— Сука, открой глаза, наконец! — крикнул Фрэнки. — Этот козел пялится на тебя, как будто он нахуй три дня не ел, а ты чертов стейк!

Я закатила глаза, распуская волосы. Мужчины. Когда они вообще не бывают голодны? В любом из смыслов.

— Разве тебе не пора идти на встречу?

— Жду твою сладкую задницу, чтобы закончить с тобой.

Я покачала головой и улыбнулась ему.

Фрэнки выглядел великолепно. Длинные коричневые волосы, неряшливая борода, тело, будто созданное для секса, покрытое татуировками и сексуальными шрамами. И да, он был хорош в постели: хорошее сочетание внимательности и требовательности, и он не шлялся налево. В этом я была уверена, поскольку, где бы я ни была — дома, в клубе, в супермаркете, в душе — Фрэнки был там же. Или где-то поблизости. Или где-то на полпути ко мне. Или доставал по скайпу. Или отслеживал мое местонахождение с помощью программы на его мобильном.

Три года назад я вернулась домой из Монтаны и столкнулась с таким безумием, какого прежде не видела. Клуб был перевернут и находился в состоянии хаоса. Во-первых, из-за моего отсутствия. Во-вторых, потому что у Фрэнки съехала крыша, и он бросался избивать каждого, кто появлялся рядом с ним неподалеку, он избивал себя рукоятью пистолета, разбивал себе голову и свои кулаки о стены, пока не начинал истекать кровью, крича, матерясь и проклиная меня.

Не обратив внимания на отца, желавшего закатить мне истерику и прочитать лекцию об ответственности, я пошла сразу в комнату Фрэнки и нашла его, покрытого кровью, свернувшимся в калачик в углу.

— Твою мать! — тихо ругнулась я, опускаясь на колени перед ним. — Фрэнки, малыш, посмотри на меня.

Он среагировал мгновенно: резко вытянул руки и вцепился в меня. Повалив меня на пол, он забрался сверху на меня. Его налитые кровью глаза смотрели на меня, моргая.

— Ева, — прохрипел он, — где ты нахуй была?

— Мне надо было передохнуть, малыш, прости, что покинула тебя.

Он охватил ладонями мои щеки, пробежался пальцами по волосам, по моим плечам вниз и обратно, по моим рукам. Прежде чем я сообразила, что происходит, его руки были на мне, срывая верх моего летнего платья, обнажая мою грудь. Он взял одну из них в руку и затем в свой рот.

— Блять, — выдохнула я, — Фрэнки, нет…

— Больше я ждать не буду, детка, — пробормотал он, не оставляя мою грудь. Приподняв бедра, он задрал подол моего платья.

Я пыталась столкнуть его с меня.

— Я не уйду от тебя снова! — обещала я ему. — Нам не нужно это вот так делать!

Пальцами Фрэнки втискивался между моих коленок, заставляя раздвинуть ноги. Он с силой подался бедрами вперед между моих ног, чтобы я не успела свести их обратно, потом рванул пряжку своего ремня. Я начала паниковать.

— Пожалуйста! — я заплакала. — Пожалуйста, не делай этого!

— Нет, детка, — прорычал он, — я нахуй больше не позволю говорить мне «нет» снова. Поняла? Ты нахуй больше не сбежишь от меня. Я давно тебе сказал, что ты моя, и пора блять вдолбить в тебя эту сраную мысль.

Все это было сказано, пока он расстегивал джинсы и ремень. Сейчас он оттягивал мои трусики в сторону, и я чувствовала, что он пытается войти в меня.

— Подожди! — я плакала, упираясь руками в его грудь. — Не надо!

— Блять, — пробормотал он. Он сплюнул на свои пальцы и начал растирать меня ими, увлажняя меня, затем убрал руку и вошел внутрь.

— Фрэнки! — я заорала, пытаясь сдвинуться в сторону и не дать ему продолжить начатое. — ХВАТИТ!

Он грубо заткнул мне рот рукой. Я продолжала визжать, но звук был тихим и смазанным, и кроме нас двоих никому не был слышен.

— Так охуенно долго ждал этого, — хрипел он, проталкиваясь жестче, придавив меня своим тяжелым торсом, пресекая любые попытки сдвинуться.

Он продолжал. Грубо. И силой взял свое. Я застыла, смотря на него, слезы в глазах. Фрэнки насиловал меня — мой Фрэнки. Все было, как во сне, как в каком-то фильме, который я едва могла припомнить. Нереально, сбивало с толку. Это не могло происходить по-настоящему.

— Сомкни ноги за моей спиной, — с хрипом выдохнул он. Все еще в шоке и оцепенении, я сделала, что он приказал. Он убрал руку от моего рта, чтобы схватить мой зад и всаживать еще жестче. Онемев, я слушала, как его кожа шлепалась о мою, слушала его тяжелое дыхание, слушала, как моя голова макушкой ударялась о стену.

— Как ты блять могла сбежать от меня? — выдохнул он. — Я нахуй спать без тебя не могу, я не спал ебаную вечность. Это ты, сука, сделала это со мной. Ты блять допустила это.

Да, сделала. Знала, что он будет в ярости, и все равно оставила его. Я должна была предвидеть, что это случится, что он сорвется и захочет привязать меня к себе тем способом, который, как он думал, будет самым надежным. Господи, это была целиком и полностью моя вина.

— Мне жаль, — прошептала я, — Боже, Фрэнки, мне так жаль. Больше это не повторится, обещаю, — мой голос надламывался.

20
{"b":"239071","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Красавиц мертвых локоны златые
Магнетические тексты. Как убеждать, «соблазнять» словом и зарабатывать на этом деньги
Трезориум (адаптирована под iPad)
Одна маленькая вещь
Самый главный приз
Ярослав Умный. Первый князь Руси
Вообразить будущее
Вечный. Черный легион
Варвара-краса и Тёмный властелин