ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Спроси меня как. Быть любимой, счастливой, красивой, богатой собой
Академия Стихий. Танец Огня
Рассвет над бездной
Любимые английские сказки / My Favourite English Fairy Tales
Вино из одуванчиков
Благословите короля, или Характер скверный, не женат!
Хакерская этика и дух информационализма
Вечный. Черный легион
Снегач

Я запрыгнула на его стол, оттолкнулась и проскользнула к краю, сев прямо напротив Чейза. Я поставила ступни на его бедра и широко раздвинула ноги.

Чейз сквозь зубы втянул воздух.

— Вот этого ты хочешь, разве не так? — я почти прорычала ему. — Ты хочешь дикую киску, правда, Чейз?

Он сжал мои лодыжки и посмотрел мне в лицо.

— Да, — прошипел он.

И я хотела дать ему это. В постели я слетала с катушек только с Дьюсом. Я хотела сорваться опять. Я хотела свободы. Я хотела, чтобы страсть, переполнявшая меня, стала моей реальностью.

— Тогда поцелуй меня, — прошептала я, — наклоняясь вперед. За секунду до того, как его рот встретил мой, я отдернулась назад и врезала ему пощечину такую сильную, какую только смогла. Его голова от удара свернула вправо.

Он повернулся обратно ко мне, в его холодных глазах горела ярость. И это заводило меня.

Я сдвинула ногу с его бедра к его пульсирующей эрекции и подарила ему грязную ухмылочку. Поглаживая, я поманила его пальцем.

— Я думала, ты хочешь дикую киску, Чейз. Если хочешь, то придется попотеть.

Его глаза расширились, в них появилось понимание, что происходит.

— Блять… — прошептал он. — Я знал это.

Я наклонилась вперед, зацепив несколькими пальцами пуговицы на его рубашке.

— Ты ничего не знаешь обо мне, — прошипела я и дернула. Пуговицы полетели в стороны, и я соскочила к нему на колени.

У нас с Чейзом не было секса, и уж точно мы не занимались любовью. Чейз и я — мы сцепились друг с другом. Я заставила его отработать каждый поцелуй, каждое касание. Все это было извращенно возбуждающе. Грани разумного были перейдены, когда у него, наконец, получилось закинуть меня на спину и удерживать достаточно долго, чтобы с трудом раздвинуть мои ноги и силой войти внутрь меня, и этот момент мне безумно полюбился.

Я визжала во всю мощь своих легких: «ПОШЕЛ ТЫ НАХУЙ, ФРЭНКИ!».

Потом я перестала сопротивляться.

И вот тогда мы трахались. Трахались извращенно, развратно.

Чейз был профи в таких вещах, от которых большинство людей просто затошнило бы. Он заставил меня делать то, что я прежде никогда не делала, я и подумать не могла, что вообще способна на такие вещи, что я могу наслаждаться ими.

И я молила о большем.

Истощенная, с ноющим телом я покинула офис Чейза на трясущихся ногах, получив ключ от его номера в Вальдорфе[29] и предложение воспользоваться его личным водителем, когда бы он мне ни понадобился.

Я достигла пределов отчаяния, и мне было плевать на это. По факту мне теперь было плевать на всё.

***

Лежа в кровати, Дьюс посмотрел на свое обнаженное тело, на голову, ритмично двигающуюся между его ног, дрожь пробежала по его телу, и он сделал еще один большой глоток Джека[30]. Он не собирался кончать. Он невыносимо хотел кончить, но сегодня этому не суждено было случиться. Он был пьян, он был вне себя от злости, и он охуенно сильно хотел отпустить все это.

Ебаная Ева. Надо было бросить ее там на вечеринке. Эта сука не была его женщиной, никогда не была. Она всегда принадлежала Фрэнки, а он был… чем он был для нее? На разок отвлечься? Ебаной игрушкой?

Проклиная все, он оттолкнул Миранду, поставил ее на колени перед собой и погрузился внутрь нее. Он трахал ее, пока не загнал себя в ебаное забвение, и не отключился, так и неудовлетворенный.

И во сне он мечтал о Еве. Он всегда мечтал о Еве.

Глава 12

Это случилось примерно в то же время, когда мои встречи с Чейзом стали все более и более частыми. Он вызывал меня четырежды в неделю, вынуждая оставаться с ним на всю ночь в Вальдорфе, покупал мне всякую хрень, которая мне и не нужна была, но я продолжала просить все эти безделушки, повышая их цену из раза в раз. Он стал водить меня на обед в эксклюзивные рестораны и похабные клубы, о существовании которых большинство людей на Манхэттэне просто не знало. Он стал заставлять меня одеваться для него в такие вещи, на которые я бы и не посмотрела дважды, эта одежда была такой смехотворно-странной для меня, даже Ками не носила подобное. И это все было для наших обедов. То, что он заставлял меня надевать для походов в эти клубы, было намного, намного хуже. Как и сами эти клубы. Секс-клубы, работавшие с вечера пятницы до утра понедельника. Выпивка, наркотики, секс с кем захочешь, в любых его извращенных, жестоких, многообразных формах, и все это на публике.

Вся моя заторможенность быстро улетучивалась после того, как меня трахали на глазах у всего клуба, заполненного людьми, кто-то из них смотрел, кто-то трогал себя, другие также трахались при всех.

Я перестала общаться с Ками, я перестала появляться в клубе, я постоянно отменяла все обеды и ужины с отцом, пока Чейз был со мной, обсуждая дело Фрэнки.

А Фрэнки… Фрэнки ушел из моей жизни. Я не посещала его, я не писала ему, я сбрасывала его звонки. Ушел. И мне было плевать. И не плевать одновременно. Большую часть времени, когда я была на ногах, мне было просто непонятно, что я чувствую, заботит ли меня хоть что-то, возможно, потому, что Фрэнки не было рядом, чтобы сказать мне, как я должна себя чувствовать и чем я должна заниматься, а Чейз был слишком занят собственными переживаниями.

Мой и без того ненадежно пошатывающийся мир исчез, вырвался из-под контроля. Вся эта грязь, окружавшая меня, продолжала сочиться по поверхности моей жизни, пока не исчезала где-то в ином измерении. Я не пыталась остановить это. На самом деле я вообще ничего не пыталась поделать с этим, лишь выполняла желания Чейза, обычно включавшие в себя его член и отверстие моего тела. Или несколько отверстий.

Однажды мой мир перестал наматывать круги, остановился, и я шмякнулась лицом вниз.

Это был четверг, конец августа. Я сидела на моей постели в клубе и смотрела на телефон. Он продолжал звонить, и звонить, и звонить. Предполагалось, что я встречусь с Чейзом еще час назад за ланчем в его офисе, но я не могла оторвать взгляд от теста на беременность в моей руке. Едва описанный, он неумолимо показывал положительный результат.

Мой телефон снова начал звонить. Зная, что он не угомонится, я ответила.

— Где ты? — рявкнул Чейз.

— В клубе.

Он ничего не ответил. Он знал, что я больше не появлялась в клубе. Я почти что слышала, как шестеренки в его голове закрутились и заработали в ответ на эту новость.

— Послушай, Чейз… Я, эмм… не могу…

— Не можешь что? — выдавил он из себя.

— Я не смогу встретиться с тобой сегодня, — прошептала я, — я не очень хорошо себя чувствую.

— В чем дело, Ева? Вчера ты прекрасно себя чувствовала.

Нет. Меня тошнило вчера, я просто не сказала ему.

— Думаю, подхватила простуду, — продолжила я шепотом. — Я просто хочу остаться в постели, ладно?

— Ева, что нахуй происходит?

Я сделала глубокий вдох.

— Ничего, Чейз. Я просто нехорошо себя чувствую. Я не в силах выяснять отношения с тобой сегодня.

Он бросил трубку.

Я смотрела на мобильный. Надо было сказать ему. Если ребенок был от него, он имел право знать. Вот только я не была уверена, он ли отец. В июне я спала с Дьюсом.

Я закрыла глаза, вспоминая, как двигалась туда и обратно на его могучем теле, замечая малейшие изменения на его напряженном лице, пока мое тело обрабатывало его тело, и этот восхитительный момент в конце, когда он напрягся, наши глаза нашли друг друга, и я почувствовала, как он изливает себя внутри меня. Ненасытный момент. Даже в дымке желания я чувствовала, как ненасытны мы оба были. И на этот единственный миг мы перестали притворяться. Я хотела всего этого, я хотела нас, он хотел дать мне это. И когда момент прошел, я снова сбежала к Фрэнки.

Я давилась всхлипами. Какой же идиоткой я была. И я отчаянно нуждалась в Ками.

вернуться

29

Вальдорф — отель Waldorf Astoria New York, пятизвездочный

вернуться

30

Виски Джек Дэниэлс

31
{"b":"239071","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
FreshLife28. Как начать новую жизнь в понедельник и не бросить во вторник
Кето-кулинария. Основы, блюда, советы
Фаэрверн навсегда
Шестая жена
Пенсионер. История первая. Дом в глуши
Речь как меч
Заказано влюбиться
Материнская любовь
Жизнь взаймы